Большие Надежды (СИ) - Оськина Варвара - Страница 70

– А у вас чертовски дерзкий язык.

– Вы уже начали свой анализ или пока просто констатируете факты?

Алекс громко рассмеялся, отчего внутри Флор что-то радостно сжалось, и тряхнул головой. Длинные русые пряди упали ему на лицо, скрыв опасную ухмылку.

– Откуда вы, чёрт возьми, такая взялись? – спросил он, но тут же поднял руку, останавливая уже открывшую рот Флор. – Нет, не говорите. Я сам.

Он опять чуть склонил голову набок, окинул взглядом и заговорил:

– Вы удивительно нахальны, но никогда не переходите границ. Вам знакомо почтение, но, уверен, большая часть людей в этом зале не вызывает у вас того пиетета, который вы обязаны демонстрировать. Я видел вас на официальной части. И, должен сказать, это опасная черта, но мне нравится, с каким смирением вы осознаёте своё положение. Это достойно уважения, потому что в вас достаточно гордости, чтобы держать голову прямо даже сейчас.

– Я просто пока не понимаю, это оскорбление или же комплимент.

Алекс протянул руку и неожиданно коснулся края зелёных кружев на плече Флор.

– Ни то и ни другое. Просто факт. Вы очень умны. Я бы сказал, опасно умны. Особенно для того идиота, который, наглотавшись самодельного пойла из остатков гнилья, с чего-то решил, будто сможет своим пьяным нахальством взять вашу дерзость. Вы предпочитаете растения живым людям, не привязываетесь, не доверяете, но постоянно о чём-то мечтаете. У вас темперамент учёного, хотя вы прекрасно знаете своё место, и в этом ваша основная проблема. Всё внутри вас хочет и требует большего, но упирается в одну банальную и несправедливую вещь. – Алекс замолчал, а потом медленно провёл по руке Флор, и даже сквозь ткань она ощутила это прикосновение. – Будь всё немного иначе, и цвет вашего платья сегодня был бы светлее и ярче, соответствуя вашему статусу и уму. Возможно, как вот эти цветы. Но вы живорождённая, а ещё нагло соврали мне о своём имени.

Он замолчал, а Флор, что до этого слушала его с ехидной улыбкой, вздрогнула и отшатнулась. Бокал полетел вниз, но Алекс, кажется, был к чему-то такому готов, потому что не глядя легко подхватил зелёную склянку и вложил обратно ей в руку.

– Как вы узнали? – спросила она и подняла испуганный взгляд. Алекс пожал плечами.

– Оно просто вам не подходит.

– Так себе объяснение, – проворчала Флор и машинально сделала глоток, стараясь скрыть неловкость. Она была растеряна и, наверное, впервые за этот вечер напугана, не зная, чего ждать от столь необычного, но явно намеренного откровения. Однако в этот миг неведомый напиток слегка обжёг нёбо, и она закашлялась от удивления. – Что это?!

– Вы никогда не пробовали игристой воды?

– С чего бы? Как вы только что любезно напомнили, я живорождённая. Ну а раз так, то моё место под самой крышей, и знаете, обычно туда не доносят подобных изысков.

Алекс недовольно поморщился.

– Я… не подумал. И не хотел вас обидеть, – вздохнул он, а потом легонько подтолкнул её руку. – Попробуйте ещё. На второй раз эта штука кажется намного приятнее.

Флор с подозрением уставилась в свой бокал, не зная, стоит ли рисковать.

– Вы же понимаете, что будет, если меня обнаружат здесь вот с этим… в руках? – Она слегка качнула фужером и подняла взгляд на Алекса, а тот смотрел на неё спокойно и прямо. – Это не шутки. Мне и правда нельзя.

– А если я скажу, что разрешаю?

– Не думаю, что у вас есть подобное право.

– И всё же? – Теперь Алекс смотрел в упор, и Флор не выдержала. Она отвела взгляд и вздохнула.

– Давайте начистоту. Я понятия не имею, кто вы такой: сам Канцлер, Суприм или попросту сумасшедший. А у меня не то положение, чтобы доверять первому встречному, даже если он приводит меня в индивидуальную ложу, ведёт себя столь любезно, а потом пытается напоить. Правда, я благодарна вам за внимание, но, согласитесь, единственное верное для меня решение будет прямо сейчас вежливо попрощаться и тихо уйти.

Она поджала губы, не зная, как ещё объяснить, и оглянулась в поисках, куда бы поставить бокал, но в этот момент послышался тихий смешок. Флор обернулась. Алекс смотрел на неё с каким-то неожиданным умилением, прежде чем фыркнул и закатил глаза.

– Тихо и вежливо – это не ваш стиль. Пейте, дерзкая девчонка. Пейте, а потом я кое-что покажу. Обещаю, вам это понравится.

– Вы не слышали, что я сказала?

– Слышал. Каждое слово. А теперь услышьте и вы меня. – Алекс шагнул вперёд и замер перед Флор, глядя на неё так серьёзно, словно собирался то ли клясться, то ли оглашать приговор. – Я никогда не причиню вам вреда. Что бы вы ни сказали, что бы ни сделали, это останется правилом между нами.

– Не говорите, о чём не знаете, – одними губами произнесла Флор.

– Я не причиню вам зла, – с нажимом повторил Алекс, а потом так же чётко добавил: – Вы вызываете другое чувство.

Флор подняла на него растерянный взгляд.

– Какое же?

– Вас хочется защищать, – негромко произнёс он и едва заметно усмехнулся. – Довольно неожиданное ощущение, но при этом привычное. Я постоянно что-нибудь защищаю.

– Вы весьма своеобразный альтруист, – пошутила донельзя смущённая Флор.

– Вряд ли меня можно назвать именно так.

– Но ваши слова говорят мне об этом.

– Не каждое слово соответствует действию, – отчеканил Алекс, и Флор отвела взгляд.

– Да. Это я уже знаю.

– Тогда пейте, и закончим на сегодня нелепые споры. Вперёд! – скомандовал он, и под его пристальным взглядом Флор сделала глоток.

В этот раз жжения не было, только сладость, которая осела на языке и неожиданно растеклась где-то в груди. Она прокатилась тёплым шаром по всему телу и будто зажгла на кончиках пальцев маленькие огоньки. Стало жарко, и Флор невольно прижала ладонь к горячей щеке.

– Думаю, мне хватит, – пробормотала она.

– Вот как? Я ожидал от вас большего, – хохотнул Алекс, но забрал протянутый бокал, и Флор услышала тихий звон. Значит, столик здесь действительно где-то был, но теперь это её почти не волновало. В голове поселилась лёгкость и безмятежность.

– Это довольно опасная штука.

– Если пить в таких же количествах, как ваш сегодняшний ухажёр, то конечно, – послышалось фырканье, затем характерный щелчок замка, а потом в приоткрытую дверь хлынул яркий свет коридора. – Пойдёмте. У меня есть немного времени до конца этого мракобесия, и хотелось бы провести его с пользой.

Он посторонился, давая Флор возможность пройти, и она уже было двинулась к выходу, но вдруг замерла рядом с Алексом и повернулась к нему.

– Зачем вам это? – спросила она, на что получила в ответ весьма хитрую ухмылку.

– Если уж я решил, что сегодня мы нарушаем все правила, то будем нарушать их по полной. Вперёд! – Он слегка подтолкнул Флор в спину, и разговор оборвался.

Когда они вышли в коридор, там было пусто и даже прохладно. После тёплого воздуха ложи, неизбежные сквозняки пустого пространства вынудили Флор поёжиться.

– Так чем вы всё-таки занимаетесь? – спросила она, когда они миновали ряд закрытых дверей. Только один раз где-то тихо скрипнули петли, но Флор никого не увидела.

– Ваши догадки были очень близки. Можно сказать, я занимаюсь и охраной Щита, и людей. Города в целом.

– Наверное, довольно хлопотное занятие.

– Вы даже не представляете насколько. Особенно когда кому-то приходит в голову, что правила созданы для всех, кроме него.

Флор рассмеялась.

– Вы говорите прямо как мой знакомый.

– Знакомый?

– Да. Он ужасно злится всякий раз, когда ему кажется, что я недостаточно сознательный гражданин.

– Так, может, он просто переживает за вас?

Она бросила на Алекса насмешливый взгляд и невоспитанно фыркнула, покачав головой.

– Нет. Это точно не про него.

– Почему?

– Потому что такова жизнь, – отрезала Флор.

Веселье в груди резко померкло, когда на ум пришла мысль, что только в полном бреду Артур Хант станет переживать за жизнь и здоровье надоедливой Мэй. И хотя в этом не было ничего ни обидного, ни удивительного, но на мгновение Флор ощутила жалость к себе. Порой быть ненужной вообще никому было до ужаса сложно.