Отель «Нантакет» - Хильдебранд Элин - Страница 71

Ей хотелось соврать, что у нее болит живот, и пойти домой. Но до конца смены оставался всего лишь час, и домой ей приходилось ездить вместе с Раулем: на ее джипе сломалась коробка передач. Поэтому Алессандра решила взять себя в руки и продержаться остаток рабочего дня.

Вскоре Алессандра пришла к выводу, что поступила верно и получила за это награду свыше: в холл зашел привлекательный широкоплечий джентльмен с портфелем для бумаг в руке и чемоданом на колесиках. Он переводил взгляд с Эди на Алессандру. Да, Алессандра перестала относиться к работе за стойкой регистрации как к конкурсу красоты или соревнованию в популярности, однако она все же улыбнулась вошедшему мужчине. Тот ответил тем же и подошел к ней. «Хороший мальчик», — подумала Алессандра. Не пройдет и минуты, как он будет полностью в ее власти.

— Добрый день! Рады видеть вас в отеле «Нантакет», — сказала она. — Заселяетесь в номер?

«Пошел ты, Ксавьер Дарлинг. Ты даже не знаешь, кого потерял».

Джентльмен протянул Алессандре водительское удостоверение (Роберт Иануччи из Холлистона, штат Массачусетс) и золотую карту American Express.

— Меня зовут Боб Иануччи. Останусь тут на две ночи. — Он подмигнул ей. — У вас бейджик вверх ногами.

— Ой, спасибо, что заметили! Я Алессандра, главный администратор. Очень рада знакомству с вами.

Боб Иануччи (итальянец — это Алессандре понравилось) не носил обручального кольца. Алессандра зарегистрировала его, размышляя: у него была золотая, а не платиновая карта; он забронировал обычный номер, а не люкс; он жил в Холлистоне, пригороде Бостона, — в хорошем, но все же пригороде. Боб Иануччи был недостаточно богат по ее меркам, но ей так хотелось самоутвердиться после случая с Ксавьером! Алессандра протянула ему ключ-карты, приклеив к ним листочек со своим номером телефона.

— Если захотите забронировать столик в ресторане, обращайтесь ко мне, — сказала она. — Вот мой личный номер. Выполню любые ваши просьбы.

Боб Иануччи отклеил листочек и посмотрел на нее с удивленным выражением лица.

— Вы намекаете на услуги такого типа?

Алессандра еще раз осмотрела мужчину и заметила то, на что сначала не обратила внимания. Он был одет крайне по-деловому: серые брюки, белая рубашка, темно-синий галстук в полоску, часы от Seiko. Его волосы были коротко, по-армейски подстрижены, он был гладко выбрит, взгляд у него был прямой и серьезный. «О нет», — подумала Алессандра. И как она сразу не заметила?! Боб Иануччи был полицейским. Или, что еще хуже, следователем.

— Что? Нет! — ответила она, рассмеявшись.

Боб Иануччи тоже рассмеялся, и вся ситуация свелась к шутке. Мужчина отправился к лифту, катя за собой чемодан. Едва двери за ним закрылись, Алессандра повернулась к Эди.

— Прости, но меня вот-вот стошнит.

— Идите домой! Я, если что, прикрою, — сказала Эди.

Алессандра была так благодарна девушке, что хотела обнять ее, но сказала, что «не хочет ее заразить». Женщина взяла сумку и отправилась к двери, выходя на улицу, в яркий и неожиданно непонятный для нее мир.

Глава 23. Во все тяжкие

Ресторан «Брант-Пойнт Гриль» принадлежал курортному отелю «Уайт Элефант» — конкуренту отеля «Нантакет», поэтому идти туда казалось странным. Но мисс Инглиш выбрала именно это место, и разве Чад мог с ней поспорить?

Барная стойка была сделана из темного дерева, на ней стояли крупные зеркала, клиенты ресторана были старше и с более утонченным вкусом, чем в заведениях, куда обычно ходил Чад (по крайней мере в прошлом). В углу играла джаз-группа: пианино, барабаны, контрабас. Дальше барной стойки располагался элегантный обеденный зал с панорамными окнами, из которых открывался великолепный вид на ровную голубую простынь гавани Нантакета, на которой тут и там виднелись небольшие корабли.

Чад уже однажды был в этом ресторане — ел поздний пасхальный завтрак вместе с семьей. В том году Пол и Уитни решили, что «будет здорово» побывать на Нантакете вне туристического сезона. Однако Чада и Лейт поездка не впечатлила: девятого апреля было так холодно, что они ходили в зимних куртках, и в центре города почти все было закрыто, в том числе «Джус Бар» и яхтенный клуб. Поэтому они и оказались в «Брант-Пойнт Гриль».

Мисс Инглиш проводила Чада к двум стульям за барной стойкой. Они были напротив зеркала, так что Чаду пришлось смотреть на то, как он сидит в баре со своей неожиданно модной начальницей.

— Что будешь пить, Лотерейный Билетик? — спросила мисс Инглиш. — Я плачу́.

— Я могу сам! — возразил Чад.

Мисс Инглиш в ответ только рассмеялась и подозвала бармена, который тут же поспешил к ним.

— Для меня как обычно, Брайн.

— Понял, Мегда! Appleton Estate двадцатиоднолетней выдержки, — подмигнул ей бармен.

«Они знают друг друга! — подумал Чад. — Мисс Инглиш часто бывает здесь, в ресторане отеля-конкурента!»

Он решил, что это лучше, чем пить в «Лазурном баре» — там мисс Инглиш, можно сказать, все еще была на работе, и все ее знали. А еще Чад понял, что еще один плюс «Брант-Пойнт Гриля» — анонимность: они терялись среди гостей отеля.

— Я возьму…

Чаду не хотелось заказывать то же, что и обычно, а именно водку, разбавленную газировкой, — это же стереотипный любимый напиток мажоров! В тот самый поздний завтрак его родители заказали «Кровавые Мэри», и их подали довольно необычно: один коктейль украшал хвост лобстера на шпажке, а с другим принесли небольшой чизбургер. Однако Чаду не хотелось, чтобы мисс Инглиш пришлось платить за что-то столь дорогое.

— Пиво. Whale’s Tale, разливное, если можно.

— Разумеется, — кивнул Брайн.

Он отошел за их напитками. Чаду не терпелось задать мисс Инглиш вопрос, занимавший все его мысли, но он взял себя в руки и подождал, пока им принесут алкоголь. Чад поднял кружку, мисс Инглиш — бокал.

— Спасибо, что пригласили меня, — сказал парень.

— Спасибо, что пришел, Лотерейный Билетик. Давно было пора.

«Правда?» — подумал Чад. Однако он не стал размышлять о том, насколько давно мисс Инглиш хотела пригласить его выпить — очень уж не терпелось узнать, что случилось с Биби.

— Так что?..

— Барбара написала заявление об увольнении в начале прошлой недели, — ответила мисс Инглиш. — Ее приняли на льготное место в университет Массачусетс Дартмут. Будет обучаться на факультете уголовного права.

— Что?! — округлил глаза Чад. — Правда?

— Представь, да! Барбара даже переслала мне письмо о зачислении: боюсь, она думала, что иначе я бы ей не поверила. Сегодня у нее был первый учебный день.

Биби не уволили. Она не рванула искать Джонни Цента посреди ночи. Над ней не издевались Октавия и Невеш (об этом даже думать было странно). Она поступила в университет на льготное место! К стыду Чада, в уголках его глаз появились слезы: он так ею гордился!

— Но почему она мне не сказала? — спросил Чад.

К радости примешалась горечь предательства. Вчера Биби просто ушла, как будто ничего не произошло. «Пока, Билетик!»

— Она попросила, чтобы тебе об этом сказала я. Мне кажется, ей не хотелось прощаться эмоционально. Есть такие люди. — Мисс Инглиш слегка ткнула его локтем. — А вы с ней так сблизились за лето!

— Не в том смысле, — возразил Чад, делая большой глоток пива. Он пил алкоголь впервые с двадцать второго мая, и спиртное сразу ударило ему в голову. — Мы просто дружили.

— Нет, вы не просто дружили, — ответила мисс Инглиш. — Ты положил тот ремень в прачечной, чтобы защитить ее.

«Неправда», — хотел ответить Чад, но не смог соврать и лишь пожал плечами.

— Ремень принадлежал твоей матери, верно? — спросила мисс Инглиш. — Она не заметила пропажи?

Ха! Нет. Вот о том, что мать не найдет свой ремень, Чад точно не беспокоился.

— Я подумал, что, возможно, Биби украла ремень. Не хотел, чтобы у нее были неприятности.