Ведьма для императора (СИ) - Ву Дарья - Страница 4

— Пить, — пискнула она и потянулась к кувшину. — В горле пересохло, — добавила смущëнно.

Она взяла наполненный соком. Дрожащей рукой наполнила высокий стакан. Вцепилась в него обеими ручками и закусила край. Я лëг на спину, прикрыл глаза.

— Да, с тобой мне легко, — сказал, ощущая, как взбесилась непонятная энергия, окружающая девушку подобно защитному кокону. — А тебе нет.

В грудь пришёлся удар. Распахнув глаза, я сел. Стакан, выпавший из девичьих рук, покатился по полу. Моя рубашка промокла и липла к телу.

— Прости! Я, я… Давай, вытру.

Не зная, за что взяться, Летта глупо озиралась по сторонам. Сила же, что окружала её, не менее взволнованно колыхалась, наводя на мысли о несоответствии. Вот вроде передо мной юная хрупкая человечка, а энергетически заряжена, словно бы нет. Предположение о спрятанных артефактах я отбросил почти сразу, ведь сила от артефакта скапливается в нём самом, а не распространяется по всему носителю. И, раз уж девушка вся излучала колючую энергию, оставался лишь вариант того, что передо мной полукровка.

Летта в поисках тряпицы глядела у тумбы, сползла в изножье постели. Встала на колени и низко склонила голову. Едва ощущая лёгкие покалывания, я опустил ладонь ей на макушку. Энергия стихла. Улыбнулся, поглаживая по волосам в надежде остановить метания Летты. Вздохнул.

Рубашка неприятно липла к телу, так что я развязал шнур на вороте и стянул её через голову.

— Боюсь, сладость больше подходит девам. Подождëшь меня? Я скоро.

Она смотрела на меня столь растерянно, приоткрыв раскрасневшиеся от покусывания губки. Было бы глупо не наклониться к еë лицу и проигнорировать манящий ротик.

Летта замерла и перестала дышать. Я ощутил, как стихла полыхающая энергия, но напряжение не исчезло, намекая на настроение своей хозяйки. Делать нечего. Я так и не коснулся еë губ. Поднялся и скрылся в ванной.

Зашумели трубы, выплёскивая едва нагретую воду.

«И что я от неë хочу?» — задавался вопросом, понимая, что девушка избегала говорить о себе. Как бы я ни расспрашивал, точного ответа на вопрос: откуда, не получил.

Пообщавшись с девушкой, я понял, что обязан взять еë под своë крыло. Ведь Летта непроста. Совсем не проста. Я знал, чувствовал, что-то в еë силе не так. Энергия неслабая, хоть и ощущается едва-едва. Вот только как привести иноземку к себе? Я сомневался, что времени хватит на поездку домой и возвращение обратно, а таскать Летту на задание — так себе затея. Того гляди ляпнет или сделает, что не то, а меня рядом не окажется.

Я сполоснул лицо, опустил под воду голову, позволяя каплям стекать по затылку и волосам, как вдруг услышал какой-то стук. Выключил воду. Схватил полотенце и вернулся в комнату.

Створки окна свободно покачивались. Постель пустовала. Выругавшись, я подскочил к окну и заметил внизу, среди прохожих, низенькую фигурку Летты. Она, торопясь, удалялась. Остановилась. Оглянулась, словно почувствовала мой взгляд.

Глаза девушки расширились в ужасе. Она споткнулась и на кого-то налетела. Раздался недовольный крик прохожего. Немыслимо.

Однако Летта осталась в порядке. Заминка лишь ускорила беглянку, пуская еë в торопливый полубег-полушаг. В то же время в окно впорхнула чёрная теневая птица. Посмотрела на меня немигающим глазом и растворилась. Я невольно простонал от бессилия, понимая, что времени гоняться за иноземкой нет.

Таких птиц создаёт и рассылает лишь император, а это значит, он ожидает отчёт в ближайшие дни и уже знает, что я вернулся в Саад.

Поразмыслив, я вытянул руку ладонью вверх и прикрыл глаза, обращаясь к теням. Да, птиц создаёт лишь император, но и я кое на что да способен.

— Не отпускай, — шепнул теневому жуку размером с ноготь и пустил его вдогонку за беглянкой, надеясь с его помощью выследить Летту.

Глава 6

Летта

За пару дней в Сааде я уверилась: воришка из меня никудышная. Стоило забраться в чей-то двор, как пожилая пара, хозяйничающая в нëм, пожалела сиротинушку и отдала фруктов с корнеплодами. Ещë и сумку подыскали, чтобы было в чëм добро утащить. В соседней деревушке меня поймали за воровством плаща с бельевой верёвки. В тот раз, правда, добра не получила, лишь пинки с пожеланиями идти куда подальше. Однако ж еда заканчивалась, а погода разыгралась дождями да ветрами. Тряпичная курточка и лëгкие штанишки не давали необходимого тепла, а денег на нормальный ночлег не имелось.

Деревушки и полупустые дороги остались позади. Перед глазами замаячил город. Шумный, крупный, яркий, но главное — в нëм можно было затеряться и остаться.

Я верила, всë получится. Чувствовала, что смогу найти работу и осесть в безопасности. Улыбка сама просилась на лицо.

Я прошла город от и до. Посмотрела, где что находится. Порадовалась, увидев разок человека. И когда пришла пора постучаться в любой магазинчик, предлагая помощь, я испугалась. Подойти к двери сумела, а найти силы поздороваться — нет.

Похлопав ладошками по щекам, я убедила себя, что готова отправляться на поиски работы.

Собравшись с силами, я, наконец, постучала. Для начала в цветочную лавку. Там меня встретила улыбающаяся мэо. Однако, убедившись, что перед ней не покупательница, улыбаться перестала. Затем была булочная. В книжном сообщили, что той, кто не умеет нормально говорить, не место среди книг.

Подумаешь! Попытался бы он сам сказать хоть фразу на урсуйском, вот бы я над ним посмеялась. Я точно знала, что говорила на саадском более, чем сносно. Даже могла прочесть простой текст, а то и написать несколько обидных фраз.

Дело шло к вечеру. Круглый и неизвестный ранее корнеплод, что отдавал горечью, сошëл за ужин. Вот еда и закончилась. Я глазела по сторонам. Несмотря на сгущающиеся сумерки, народ не расходился. Лишь загорались магические огоньки над особенно широкими дорогами и возле входных дверей.

Моё внимание привлекла одна харчевня, вернее, её витрина. Вместо одной из стен высились полки с кувшинами и снедью. Там был один пухлый, тёмный кувшин, на которым витиевато написали название вина. Вилетта, так оно звучало. Созвучно с моим именем, заметила я и решила, что это знак.

Приободрившись, я направилась к двухэтажной харчевне. Хозяйку нашла без труда. С виду приветливая женщина придала мне дополнительную уверенность в своём выборе.

— Я знакома с такой работой, поверьте, — не отчаивалась я и теперь убеждала в своих способностях хозяйку харчевни. — Заказы запоминаю прекрасно, ни разу не перепутала и ничего не пролила.

— Мы подаëм пьянящие напитки.

— Не страшно.

— И сколько тебе лет? — склонила добрая женщина голову набок.

Я улыбнулась как можно приветливее.

— А где твой отец?

— Его нет.

— Брат?

— Я одна, — опустила взгляд на красивые туфельки хозяйки.

— Даже матери нет? Откуда же ты такая взялась? Заходи, что-нибудь придумаем. Ночью я тебя на улице не оставлю. Как, говоришь, зовут?

— Летта.

Хозяйку звали Сара. Она завладела харчевней, когда еë муж отошëл в мир иной. О чëм, казалось, не жалела. Сара беспокоилась, что я слишком юна, что слишком человек, что излишне бросалась в глаза моя иноземность.

Она постоянно поправляла меня. Каждую фразу. И ударения неверны, и слова перепутаны. К счастью, для разносчей достаточно знать пару фраз: «Что желаете?» и «Ваш заказ» — их я заучила безупречно.

Сара сама вела все дела. Умелая мэо, она прекрасно справлялась с обслуживанием как других мэо, так и заглядывающих время от времени тенери. Я успела заметить, что для последних все в харчевне особенно старались. Едва в дверях появлялся представитель рогатого народа, как к нему тут же подходила приветливая работница. И даже если другие посетители ожидали свои блюда, тенери получал всë в первую очередь. Особенно если тенери, прибывший в харчевню, носил армейскую форму, либо вид его, и поведение кричали о высоком статусе. Меня Сара в такие моменты прятала.

— Подойди ты, Летта, — спустя пару недель повелела Сара, когда зашли двое тенери.