Последнее воплощение - Белозеров Антон - Страница 130

— Пасть в бою за освобождение Родины — самая величайшая честь для воина-патриота! — гордо заявил Криго.

— Ты повторяешь внушенные с детства лозунги, и не можешь осознать, насколько они лживы. Твое сознание искажено и вывернуто наизнанку. Но я спасу твою жизнь и жизни других солдат, даже если вы этого не хотите. Подумай над моими словами, лейтенант Криго! И вы все — тоже подумайте! На Гавабардане не закаляются сердца воинов, здесь калечатся души и извращается правда!

В кроваво-красной ауре лейтенанта проскользнули голубые искорки. Комета не надеялась на то, что Криго сразу же превратится в ее союзника, она была удовлетворена и этими посеянными семенами сомнений и раздумий.

Немой подстраховывал Комету, держа под прицелом пленных офицеров. Карибло суетился, подталкивая самодвижущиеся кресла адмиралов, и раздавая пинки генералам. Толстячок искренне наслаждался своей ролью. Так они прошли по коридорам базы Аор-Науф и оказались на посадочной площадке возле космического челнока.

— Внутрь, быстро! — прикрикнула Комета.

Она стояла у входа вместе с Урл-Азурбаром, пока Карибло и Немой загоняли в люк генералов и адмиралов. Эсэсовцы, узнавшие о захвате всей верхушки армии, сгрудились у входа в подземные помещения, но не могли ничего предпринять. Любая попытка применить оружие могла привести к гибели Верховного Генералиссимуса и, следовательно, к распаду всей его межпланетной империи.

— Все, Комета, мы можем лететь! — крикнул Немой из глубины челнока.

— Мы отправляемся на Кси-Лодердолис! — объявила Комета эсэсовцам. — Не вздумайте увести звездолеты с орбиты. Если я не найду корабля для космического путешествия, то разверну челнок и врежусь в эту базу. Я не блефую! Мне уже терять нечего!

После этого девушка затащила Урл-Азурбара в челнок.

— Давай его сюда! — Карибло стоял наготове возле грузового отсека. Там уже находились подавленные и растерянные офицеры Генерального штаба.

Комета втолкнула Верховного Генералиссимуса внутрь. Карибло тотчас же захлопнул люк и набрал код запирающего устройства.

— Половина дела сделана! — весело произнес толстячок и похлопал металлическими ладонями, словно стряхивал с них невидимую грязь.

— Идите в кабину! — послышался слегка искаженный голос Немого из динамиков. — Надо быстрее взлетать. Как бы нас не попытались задержать.

Комета и Карибло быстро добрались до кабины и заняли места в противоперегрузочных креслах. Немой сидел на месте пилота, но не касался пульта управления. Комета увидела, как зеленая составляющая его ауры расширилась и уплотнилась. Одновременно с этим глаза Немого закатились, а в углах рта показалась пена. Он вошел в транс, который позволял ему управлять электронными системами.

Челнок мелко задрожал, и через несколько мгновений перегрузки вдавили Комету в кресло. Маленький космический корабль рванулся в космос.

— Звездолет на месте? — спросила Комета, не слишком рассчитывая на то, что Немой ее услышит.

Но он услышал ее через микрофоны в кабине и ответил:

— На месте. Как я и предполагал, это звездолет класса «Игла». Я смогу им управлять. Или ты хочешь сделать это сама?

— Нет. Я ничего не смыслю в управлении звездолетом и в космической навигации. Я вижу ауру живых существ и предметов. Я вижу потоки энергий и силовые линии полей. Я могу их изменять. Но для того, чтобы изменять их так, как нужно для управления кораблем, мне придется долго разбираться с его устройством. Так что я целиком полагаюсь на тебя, Немой.

Тот издал звук, похожий на рычание. То ли он слишком вошел в свою роль на Гавабардане, то ли таким образом выразил свою уверенность в успехе.

— А вы оказались непростыми ребятами! — хитро подмигнул обоим Карибло. — Здорово вы все это провернули. Вы из спецслужб Кси-Лодердолиса?

— Я — нет, — ответила Комета. — Я всего лишь инкарнация третьей степени, которая борется за справедливость во всем мире.

— И я — нет, — произнес Немой в тон девушке. — Я всего лишь путешественник, который хочет вернуться домой.

— А где твой дом?

— Свою планету мы называем Умманнан.

— Умманнан?! — воскликнул Карибло. — Мифическая планета генетических модификаций? Я слышал о ней, и даже пытался найти. Но не смог.

— Не удивительно. Мы, генетические модификации, не слишком любим непрошеных гостей. А сейчас извини, Карибло, мне нужно состыковаться со звездолетом.

В кабине челнока не было иллюминаторов. Изображение на мониторы поступало с внешних камер обзора. Но ни на одном из них не было видно никакого звездолета. Комета попыталась проследить за действиями Немого и подключиться к тем же информационным каналам, которыми пользовался он. В голову девушки хлынул мощный поток цифр, символов и образов, и она вынуждена была прервать связь. Несмотря на все ее таланты, управление кораблем оказалось даже более сложным, чем она предполагала.

Однако Комета все же успела понять, что звездолет Верховного Генералиссимуса находится прямо перед ними. Он походил на гигантскую иглу (что дало название его классу), одна только заостренная передняя часть которого была длиной более двухсот метров. Этот рассекатель был изготовлен из сплошного высокопрочного сплава, он должен был оберегать корпус от столкновения со случайными астероидами. Сам же корпус представлял собой гладкий цилиндр. Ни сопел реактивных двигателей, ни каких-либо иных внешних движителей Комета не заметила. Весь звездолет был покрыт темной оболочкой, поэтому-то на фоне черного космоса был невидим обычным зрением.

Немой направил челнок к корме звездолета и уверенно ввел его в открытый люк.

— На звездолете три пилота из дежурной команды, — сообщил Немой Комете. — Я приказал им покинуть кабину и пройти в пассажирский отсек. Пусть подготовят отсек к приему высоких гостей.

— Мы погрузим их в анабиоз? — спросила Комета.

— На таких звездолетах нет систем анабиоза. Это не какие-то тихоходные транспорты. На «Игле» мы доберемся до Кси-Лодердолиса всего за десять-двенадцать дней.

Такая перспектива вполне устраивала Комету. Она попыталась мысленно проникнуть в звездолет, чтобы проверить, выполнила ли его команда приказ Немого. Но вместо четкой и ясной картины в ее голове возникли расплывчатые и неясные образы. Да и окружавшие ее предметы размазались и исказились.

Комета отнеслась к этому явлению достаточно спокойно:

— Немой, действие моего таланта заканчивается. Надо поторопиться.

— Мы можем выходить. Стыковка закончена. Продержись еще несколько минут, Комета. У тебя получится. Ты и так уже пользуешься магическим видением дольше, чем любое другое существо.

Комета, Немой и Карибло вывели своих пленников из посадочного челнока. В отличие от транспортного звездолета, на «Игле» была нормальная сила тяжести. «Этот космический корабль использует гравитационные преобразователи, — возникла мысль в голове девушки. — Вот почему внутри него легко установить нужную силу притяжения. Но откуда у Верховного Генералиссимуса такая техника? Почему все звездолеты не оборудованы такими устройствами?»

Отвлеченные размышления помогали Комете сохранять сознание. Мир вокруг дрожал и таял, позволяя разглядеть лишь смутные искаженные очертания предметов. Девушка не только потеряла способность видеть ауру, но и с трудом пользовалась обычными органами чувств.

Только усилием воли она держалась на ногах и изображала из себя сильную и решительную воительницу. К счастью, пленники не попытались взбунтоваться. Урл-Азурбар и его Генеральный штаб были несколько помяты резким стартом Немого, поэтому на возражения или сопротивление сил у них не осталось. Они покорно проследовали в пассажирский отсек, который располагался рядом с ангаром для челнока — в кормовой части звездолета. Он состоял из коридора и довольно аскетических двухместных кают. Платой за высокую скорость космического корабля был сравнительно небольшой размер пассажирских помещений и, соответственно, отказ от многих удобств. Тем не менее водой, пищей, а также системой регенерации воздуха и продуктов жизнедеятельности пассажиры были обеспечены с избытком.