Мое темное желание (ЛП) - Хантингтон Паркер С. - Страница 22

Он не ценил опозданий.

Я понизила голос до шепота и обвела глазами клуб.

— Мне нужны деньги.

Не совсем так.

Мне нужен был клиент.

Но не дай бог какой-нибудь засранец подслушает наш разговор и передаст его Вере. Для такой лентяйки и аллергика на математику, как моя мачеха, она точно следила за моими финансами.

— Моя академия, мои правила. — Андраш подался вперед, и наши носы почти соприкоснулись. В животе у меня заклокотало от страха. — Я здесь не для того, чтобы помогать тебе поддерживать твое хобби. Я здесь за золотой медалью, и ты — мой лучший шанс. Ты самый талантливый ученик под этой крышей. Если у нас не будет одной цели, одной дисциплины, ты знаешь, что тебе пора уходить.

О, Фэр.

Как же ты заблуждалась, называя этот прямо-таки кубриковский взгляд ласковым.

Такие глупые человеческие эмоции не могли проникнуть в густое облако одностороннего разума Андраша.

Он жил и дышал фехтованием.

Для него не имело значения ничего, кроме олимпийского золота.

Я сглотнула горький ком, застрявший в горле. Я многое хотела сказать.

Что у меня не было времени.

Что иногда он двоился в моих глазах, когда мы дуэлировались, и недостаток сна играл с моим сознанием.

Мозоли от уборки пересилили мозоли от фехтования, и теперь рукоять шпаги странно ощущалась в руке.

А главное, я даже не была уверена, что смогу попасть на Олимпийские игры с моим послужным списком и штрафом, который я все еще выплачивала.

В конце концов, я сказала:

— Принято к сведению. А теперь… могу я, пожалуйста, переодеться до прихода моего ученика?

Не говоря ни слова, он развернулся и помчался в противоположном направлении, к приемной.

Андраш всегда так ходил. Как генерал Оси из 40-х годов.

Я пожевала внутреннюю щеку и наконец добралась до раздевалки. Там я достала свое фехтовальное снаряжение и провела пальцами по верхней части руки.

Андраш оставил на ней легкий порез, как и обещал. Только ему удавалось проколоть мое фехтовальное ламе и мягкий пластрон.

Они должны были порваться заранее, и он это знал. Грубое нарушение спортивной этики. И именно то, что сделал бы Андраш.

Засранец.

Тонкая струйка крови потекла по руке, пробираясь до самого локтя.

Я включила кран и ополоснула руку теплой водой, а затем достала из шкафчика аптечку и перевязала себя.

Потные, неровные локоны желто-белых волос падали мне на глаза. Стрижки были для тех, у кого есть деньги.

Очень скоро они доберутся до моей задницы, и Андраш проклянет меня за мою бережливость, а затем вырежет ее ржавыми кухонными ножницами.

И так до бесконечности.

Я проверила время на телефоне.

До урока оставалось восемь минут.

Андраш платил мне под столом (чтобы сэкономить на налогах), но я выбрала преподавание не для этого.

У меня был всего один ученик, и я взяла его, потому что мне нужна была информация. На самом деле этот самый студент однажды сказал в интервью, что данные — это новое золото.

Не могу не согласиться.

Оставалось семь минут.

Достаточно времени, чтобы ответить на ряд сообщений, которые оставила мне моя лучшая подруга из фехтовальной академии в Сеуле.

Ари:

Не могу поверить, что тебя нет здесь, когда я планирую свадьбу.

Предательство пронзает так глубоко.

Ари:

[Кристиан Бэйл в крови, прикуривает сигару GIF]

Ари:

Когда ты снова приступаешь к работе над "Американским психом"?

Ари:

(Они должны полностью перезапустить это в качестве нового фильма с участием "Солнца").

Я ухмыльнулась, мои большие пальцы летали по экрану, когда я отвечала ей.

Фэрроу:

Не раньше понедельника.

А что?

Ари:

Я хочу, чтобы ты занялась с ним горячим, злым сексом.

Фэрроу:

Я действительно не думаю, что он заинтересован во мне в таком смысле.

Ари:

Тогда я хочу, чтобы ты просто позволила мне одолжить тебе деньги, которые нужны для оплаты штрафа и борьбы с мачехой.

Ари:

Серьезно, ты можешь выплачивать мне долг понемногу.

Ты же знаешь, что моя семья может себе это позволить.

Фэрроу:

Я знаю.

Но это мой путь.

Фэрроу:

Я очень ценю это. Я просто не смогла бы жить с собой, если бы сделала это.

Ари:

Уф. Я тебя ненавижу.

Фэрроу:

Я люблю тебя.

Ари:

Ладно.

Ари:

Я тоже тебя люблю.

Фэрроу:

Передай от меня привет Чон Хэ Ин.

Я взглянула на часы, висевшие над старой голубой плиткой.

7:02 утра.

Черт.

Вздохнув, я собрала волосы в тугой хвост, закрепив его на маске для фехтования.

Я еще раз проверила в зеркале, нет ли у меня выбившихся прядей, заправила их под маску и надела перчатки, собирая с пола свое снаряжение.

За последние десять минут коридор опустел. Я заставляла себя делать осторожные шаги. Чтобы замедлить сердцебиение.

Подросток в форме открыл передо мной дверь. Я размяла пальцы под перчатками, впитывая в себя происходящее.

Дюжина фехтовальщиков в полном снаряжении танцевала на трассах, расставленных по всему огромному залу. Мечи звенели в уникальной симфонии, от которой у меня мурашки бегали по позвоночнику.

Со времени нашего последнего урока прошла неделя.

Шесть дней прошло с вечера.

Осталась последняя пятница перед моим официальным началом работы в логове короля.

Мой ученик стоял один на трассе, единственный фехтовальщик, который все еще ждал.

Спиной ко мне. Руки сцеплены за спиной. Его лицо молча смотрело в окно, словно окружающие его скромные ученики не заслуживали его внимания.

Шпага — его дисциплина и оружие, которое он выбрал, — дополняло его. Это был самый медленный, самый продуманный бой. Целью было все тело.

Что еще важнее, в этом стиле фехтования не действовало право прохода. Поэтому из трех дисциплин этот был самым жестоким.

Именно поэтому он подходил Закари Сану.

Он не был рыцарем в сияющих доспехах. Герой высокой морали, пришедший спасти положение.

Нет, он был хищником.

Монстр, который убивал кого угодно и как угодно, лишь бы это приближало его к цели.

Каким-то образом этот безжалостный хищник убедил Веру нанять трех уборщиц в нашу компанию, прежде чем он уехал на днях.

Я не могла поверить своим ушам, когда она усадила меня и моих сводных сестер, чтобы сообщить новость.

Она не переставала восторгаться им. Как он восхищался ее бизнес-планом и как в свое время предлагал ей новые идеи по его расширению.

— Это новая эра, девочки. Я открыла дверь к величайшим возможностям для бизнеса. Ваша мать добилась того, чего никогда не смог добиться ваш отец.

— Джейн Доу. — Зак по-прежнему смотрел в окно, возвращая меня в настоящее. — Ты опоздала.

Несколько недель я почти не разговаривала с ним, пока мы тренировались. С его проницательностью ему не потребовалось бы много усилий, чтобы узнать мой голос.

Я не могла рисковать.

Не для того, чтобы собрать столько информации о его партии.

Теперь не было необходимости сохранять свое прикрытие.

Я прокралась к лыжне и заняла позицию перед ним.

— Меч. Маска. Поза.

Он крутанулся на пятках и сократил дистанцию, надвинув маску на свое богоподобное лицо и подняв при этом шпагу.

Я наклонила подбородок.

— En garde (пер. Защищайся).

Он встал в позу, словно был рожден для искусства фехтования, движения были настолько легкими, что мне захотелось закричать.

Его правая нога выставлена вперед, под углом к моей позиции, колени над пальцами. Спина прямая. Всегда. Руки свободны.

Критиковать нечего.

Я вышагивала по полосе, тяжело дыша в металлическую маску.

— Сегодня я буду безжалостна, — предупредила я.

— Выкладывайся по полной.

Таймер фехтовального аппарата начал тикать. Я опустилась в глубокий выпад.

Для фехтовальщика Зак предпочитал агрессивную игру. Он пропустил пробные выпады и продвинулся вперед всего за несколько секунд до конца наших первых трех минут.