Избежать развода. Влюбить мужа (СИ) - Орлова Ирма - Страница 32

Марго проводит пальцем по своему рисунку, от первого зала ко второму, где изображены уже явно подростки.

— Дальше — зал для школьного возраста. Не продумала, что тут будет, фастфуд, бургеры всякие или еда из школьных столовых. Разумеется, в нормальной подаче — ты бы видел, как наши повара могут презентовать обычное картофельное пюре с сосиской! Думаю, здесь можно устраивать кинопоказы всяких молодежных фильмов, чтобы они как бы шли фоном. А может, это будет отвлекать от еды и разговоров, тогда можно что-то поспокойнее.

Следующая картинка — уже больше напоминающее бар.

— Третий этап — место для тусовки. Конечно, не настоящий бар, но здесь уже можно подавать алкоголь. Создать атмосферу молодежного места, музыка чуть погромче, все такое. Чтобы потом, когда человек «вырос», он мог перейти в следующий зал и отдохнуть. Спокойный, размеренный, с официантами в деловых костюмах, все по-взрослому. И последний — мой любимый зал. Там даже нет столов, видишь? — Марго показывает на последний рисунок. — Кресла-качалки напротив каминов или искусственных фонтанчиков. Бокальчики вина или сока, легкая закуска. Пледы, игры в лото, обсуждение пенсии и стоимости лекарств.

Я не могу удержаться от улыбки, пока слушаю ее.

— Итого четыре зала, — подытоживаю я. — Машина времени. Можно бронировать конкретные столы?

— Можно. Или заказать сразу билет на все путешествие! От младенчества к спокойной старости. Там будет сбалансированное фиксированное питание, чтобы гости успевали наесться, но при этом не переесть. Билеты с включением алкоголя или без. А главная фишка — в каждом зале персонал будет относиться к ним как к людям определенного возраста. В первом — можно разводить сюси-пуси и уговаривать «покушать кашку». В последнем — поставить столик для измерения давления и повесить график работы поликлиник.

У меня уже щеки заболели от улыбки. Марго так забавно размахивает руками и тыкает в рисунки пальцем — она сама похожа на ребенка, который только что узнал, почему небо голубое. Такой восторг! За этим приятно наблюдать, безумно приятно.

— Ну это все бред, я понимаю, — вдруг прерывает сама себя Марго, и я не могу удержаться — кусаю ее за ухо, причем довольно больно. — Ай!

— Еще раз назовешь свои идеи бредом, и я укушу сильнее. Поняла?

— Ну я же… — Она слегка растерялась и потерла ухо. Я в качестве извинения поцеловал ее в укушенное место. — Это ведь просто в качестве игры, правда? Вряд ли такой ресторан будет пользоваться популярностью. Это больше шутка…

— А бы с удовольствием посидел бы с тобой у камина с бокальчиком вина. И будет здорово, если для этого не придется дожидаться старости.

Сначала говорю, а потом включаю голову. Это что же, я только что признался, что с удовольствием встретил бы с ней старость? А может… может, не такая уж это и не правда. Марго — первая девушка, с которой мне настолько комфортно. Даже когда мы еще собачились по каждому поводу, она пыталась сделать шаг мне навстречу, подружиться, поговорить. Я сам виноват, что вел себя как козел, не видел ее открытости. Вот бы еще подарить ей немного уверенности…

— Расскажи мне еще что-нибудь, — прошу я. — Допустим, если я захочу построить свой ресторан, что я должен знать? Какие помещения там должны быть, ну, помимо зала, кухни и туалета, конечно. А персонал? Как вы ищете всех этих супер-пупер-мишленовских гениев? Они вообще настоящие? Или сгодится любой шашлычник с соседнего двора, главное, чтобы был похож на француза?

Марго смеется от моих вопросов и, кажется, с большим удовольствием отвечает на них. Временами даже делает зарисовки, показывая, что вот такая подача блюд — это зашквар и прошлый век, а вот такая — это круто и престижно. А если сделать вот так — набегут фрики, любители всего необычного, и разнесут весть о необычном месте на весь интернет.

— Я общаюсь с коллегами из других городов. Особенно прикольно в туристических, — рассказывает Марго. — Там, если попасть в подборку каких-нибудь самых необычных заведений, каждый гость города захочет побывать у вас. Тут, главное, не скатываться в вариант, как на Мальдивах: там такой поток людей, что вообще без разницы, как готовят на кухне и обслуживают в зале, все равно через неделю приедут новые посетители. Необязательно делать что-то качественно, главное — показать красивую картинку, чтобы случайные прохожие соблазнились и вошли.

— А твой вариант с «Машиной времени»? Как думаешь, это больше для туристического города или подойдет и для нашего? — спрашиваю я.

— В большом городе будет больше гостей. Тут, видишь ли, важно учитывать сменяемость посетителей. Если в какой-нибудь стандартный ресторан с хорошей кухней, но без вычурности, может зайти кто угодно, то в какой-нибудь рок-бар пойдут только любители рока. И нужно понимать, наберется ли в городе столько рокеров, чтобы заполнять каждый день достаточно столиков. С «Машиной времени»… Не знаю. Это может как выстрелить у нас, все-таки город довольно большой, так и полностью провалиться. И второй вариант даже ближе.

Мы с Марго болтаем о ресторанном бизнесе до глубокой ночи. Она говорит обо всем с особым задором, и главное, со знанием. С его ее отец решил, что Марго совсем не разбирается? Она умело рассуждает о таких тонкостях, что я бы и не задумался о них. Чертов старик просто не верит в свою дочь, и она, следуя его примеру, тоже не верит в себя. Смогу ли я это исправить? Хватит ли одних разговоров и поддержки, чтобы Марго расправила крылья?

Уже за полночь ее голос становится все тише и неразборчивее. Марго засыпает у меня на плече, и мне остается только укрыть ее и себя легким одеялом. Сегодняшний вечер подарил мне много тем для раздумий…

Глава 29. Мама

Жизнь преобразилась так быстро и внезапно, что я никак не могу к этому привыкнуть. К тому, что дома меня ждут. К тому, что я сама, будучи дома, тоже жду кого-то. К тому, что вечера, оказывается, можно проводить не за ноутбуком, обложившись бумажками, документами и переписками, а в компании милого сердцу человека… И меньше всего я ожидала, что таким человеком станет Феликс!

Он и сам будто бы изменился. Воспоминания о первых наших совместных неделях затерлись новыми ощущениями: тем, что мы теперь вместе и не только ненавидим друг друга, а наоборот… Нет, слово «любовь» мне пока сложно озвучить даже в мыслях. Но я определенно скучаю по нему, когда его нет рядом, и чувствую невообразимое счастье, когда он со мной. Чувствует ли он то же самое? Как будто бы да.

Сегодня я спешу приехать из офиса пораньше — так попросил муж. Хотя не все его просьбы кажутся мне логичными. Например, почему он просил не встречаться и не говорить с моим папой? Мы пересекались на этой неделе несколько раз, и ничего страшного отец мне не сказал. Только спросил как-то:

— Как у вас дела дома?

— Потихоньку, — односложно ответила я. А что я могла сказать? Не буду же расписывать, что теперь стала хуже высыпаться, потому что ночью муж не выпускает меня из объятий, пока не насытится? Или рассказывать, что наши ссоры подошли к концу? Так отец о них и не знал, я пожаловалась ему лишь раз — после этого он прислал Ольгу на помощь.

В общем, папа ведет себя как обычно.

Добравшись до дома, я выхожу из машины и прощаюсь с водителем. Автомобиль Феликса уже в гараже. Зачем он просил меня приехать пораньше?

Когда захожу в гостиную, до меня мгновенно доходит — зачем. Только мог бы и предупредить!

На диване в гостиной сидит Феликс — в рабочем костюме, при полном параде. Иногда он допускает не надеть пиджак или вообще забить на внешний вид и пойти в офис в обычных джинсах и какой-нибудь однотонной майке — ему всё к лицу. Но сегодня он будто бы специально старался одеться во все лучшее, даже лучше, чем на нашу свадьбу.

Рядом с ним — довольно взрослая женщина. Чуть полноватая, но это ей даже идет — так обычно представляют добрых, семейных, заботливых матушек. И от этой женщины тоже сразу повеяло добром: то, как она взглянула на меня, коротко улыбнулась, поднялась.