"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 389

Только сейчас я понял, что, если ошибся, и девушка участвует во всей этой схеме против нас, жить мне осталось несколько минут. Однако её искренняя радость при виде меня давала надежду.

— Привет, — ответила она и по сложившейся уже привычке обняла меня за шею.

— Ты прости, — сказал я, — но это опять будет не свидание в полном смысле этого слова.

— Державин, — она отстранилась и заглянула мне в глаза, — а я смотрю, вы любите искушать судьбу, или у вас давно ничего не горело?

— Варвара, дело серьёзное, — оборвал я её игривое настроение, и девушка нахмурилась. А я решал, с чего стоит начать. — Есть мнение, что отец-император находится под постоянным воздействием.

Принцесса невольно обернулась на своих телохранителей.

— И да, — продолжил я. — Скорее всего, в этом замешана собственная безопасность.

— Конкретные фамилии есть? — спросила она, мигом превратившись из милой девушки в сурового государственного функционера.

Сейчас я видел государыню, которой предстоит управлять огромной страной.

— Разумовский, Скуратов, — ответил я. — Кто-то ещё — обязательно. Но эти двое, судя по всему, зачинщики.

— Есть информация, зачем они это делают? Какая выгода? — принцесса задавала именно те вопросы, какие нужно, вызывая моё восхищение.

— Полного понимания, к сожалению, нет, — мы шли под ручку и старались делать вид, что мило общаемся, хотя получалось не очень. — Но к этому точно причастны те люди, которые пытались всучить твоему отцу телепорт.

— Помню-помню, — Варвара крепко задумалась. — Да, он в тот день сам не свой был. Да и потом. А затем я уехала в Крым. Но причём тут ты?

— На наш род объявлена охота, — ответил я, делая вид, что улыбаюсь удачной шутке монаршей особы. — Мой кузен уже убит, на моём заводе предотвращены диверсии, Карину утром отравили. Одним словом, складывается ощущение, что на горле нашей семьи затягивается удавка.

— Твой дед обращался к моему отцу? — спросила Варвара, отсмеявшись воображаемой шутке и приклонив голову к моему плечу.

— Он не может с ним связаться, все линии контактов недоступны, поэтому и пришлось обращаться к тебе, — ответил я.

— Только поэтому и написал, да? А, если бы опасность не угрожала, и не вспомнил бы? — проговорила она таким голосом, что я не понял, серьёзно она, или шутит.

Хотя какие могут быть шутки в такой ситуации?

— Извини, — я приобнял её и привлёк к себе. — Обещаю тебе, что в следующий раз это будет самое настоящее свидание.

— Да ничего, это ты меня прости. Ты сейчас спасаешь мою семью. Свою семью. Я не должна… — она спрятала лицо у меня на груди.

— Кстати, — вспомнил я, — тот тайфун, что едва не снёс Сахалин и несколько городов на материке, возможно, тоже имеет к этому непосредственное отношение, — прошептал я ей в макушку, прикрываясь целомудренным поцелуем.

— Вот даже как? — проговорила принцесса, снова погружаясь в задумчивость. — Если во всём этом замешан Разумовский, то дело плохо.

— Неприкасаемая личность? — озвучил я свои опасения.

— Не то слово, — кивнула принцесса. — Отец доверяет ему больше, чем себе самому. Но дело даже не в этом. Ты говоришь, что отец находится под воздействием… Разумовский когда-то давно пытался делать мне ментальные щиты от якобы воздействия извне…

— А на самом деле? — спросил я, когда молчание моей спутницы затянулось.

— А сейчас я понимаю, что это были не щиты. Точнее, и щиты тоже, но они в том числе были нацелены на то, чтобы иметь доступ к моему разуму. Наверняка, такие же он ставил и отцу, — сосредоточенная и рассуждающая принцесса была просто великолепна.

— Были? — переспросил я. — А куда делись?

— Так при моих бесконтрольных выплесках ничего не удерживалось. Ни ментальные щиты, ни стены дворца, ни люди, доставившие мне хлопоты. Последнее время, правда, больше телефонам доставалось, — сказала она, повернулась ко мне и улыбнулась. — А теперь я и вовсе научилась себя контролировать, — она внимательно разглядывала меня. — О чём задумался?

— Как думаешь, если вывести из себя твоего отца, он сможет сжечь наложенные на него щиты? — спросил я.

— Слушай! — её глаза заблестели. — А это мысль! Ты — гений, Никита!

— Теперь осталось придумать, как вывести из себя императора и остаться в живых, — я грустно улыбнулся.

— Предоставь это мне. Я — его дочь, и знаю, как довести его до белого каления!

Она ещё теснее прижалась ко мне, и мы продолжили нашу прогулку, имитируя образцовое свидание.

Илья Святославович Вяземский прислал для аудита службы безопасности своего сына и отца Павла по совместительству, Василия Ильича. Его тайно провели в комнату за односторонним стеклом, где он просто следил за тем, что происходило в допросной. А там дядя Слава, которого уже тоже успели проверить на внешние воздействия, задавал одни и те же вопросы всем по очереди сотрудникам безопасности Державиных.

— Поступали ли вам предложения работать на другого работодателя? Случалось ли с вами что-то странное в последние дни? Мучали ли сильные головные боли? Были ли провалы в памяти? Происходило ли такое, что вы не могли вспомнить, как оказались в каком-нибудь месте?

И ещё несколько вопросов, нацеленных на то, чтобы вычислить, подвергался ли человек ментальному воздействию, или нет. Список предоставил сам Василий Ильич Вяземский и следил теперь за отвечающими.

Был это хмурый и неразговорчивый человек лет сорока с окладистой бородой и сросшимися бровями. Он практически не комментировал происходящее. В основном, от него слышали лишь:

— Чист. Чист. Чист.

Пару раз он сказал, что человек врёт, но воздействия нет.

А затем в комнату вошёл Стас Громобой.

— Поступало ли вам предложение работать на другого работодателя? — заученно спросил дядя Слава.

— Нет, — ответил Стас.

— Случалось ли с вами что-то странное в последние дни?

— Пожалуй, что да, — после длительного раздумья ответил Громобой.

Дядя Слава приподнял бровь, но при этом незаметно весь подтянулся, как истинный военный, готовый к активным действиям.

— Опишите, пожалуйста.

— Давайте вернёмся к этому позже, — попросил Стас. — Возможно, я смогу сформулировать.

— Хорошо, — согласился дядя Слава. — Мучали ли вас сильные головные боли?

— Да, — снова ответил Громобой. — Я должен был с кем-то встретиться. Но очнулся посреди улицы с дикой головной болью. Затем это повторялось несколько раз. Я оказывался в таком месте, в которое не знал, как попал. И при этом у меня раскалывалась голова.

— Воздействие было, — сказал за стеклом Василий Ильич Вяземский Игорю Всеволодовичу Державину. — Но уже несколько дней назад. Сейчас он чист.

— В свете последних событий, — продолжал говорить Громобой дяде Славе, — подозреваю, что меня может использовать вражеская сторона. Прошу меня изолировать, чтобы я не мог причинить вреда роду Державиных.

Дядя Слава откинулся на стуле, не зная, как реагировать. Но тут вышел Державин-старший.

— Всё в порядке, Стас, — сказал он безопаснику. — На тебя действительно было воздействие, но сейчас ты чист. Так что не беспокойся! Всё в порядке. Иди и выполняй свои обязанности!

— Спасибо за доверие, ваше сиятельство, — ответил Громобой и вышел.

— Отец, — дядя Слава с недоумением посмотрел на Державина-старшего. — Зачем ты его отпустил? Судя по всему, он причастен ко многим нашим несчастьям. Может быть, даже к смерти Ростика.

— Знаю, — ответил Игорь Всеволодович. — Но нам нужна приманка, на которую мы поймаем тех, кто его использовал. И да, Стас — прекрасный работник, его использовали против его воли.

— Я понял, — сказал на это дядя Слава. — Остальных проверять?

— Разумеется.

Не успел я расстаться с принцессой, как события совсем сорвались с цепи. Мне позвонил Олег Чернышёв.

— Ты телевизор не смотрел? Новости в сети не читал? — спросил он.

— Нет, — ответил я. — Немного не до того было.