Измена. Видимость семьи - Фокс Лайза - Страница 5

Постепенно я готовилась к конкурсу. Он состоял из нескольких этапов и должен был завершиться за месяц до предполагаемого времени родов. Два этапа я успешно прошла, а сроки третьего организаторы начали сдвигать. Теперь было понятно, что я полечу в Москву на финальный тур прямо перед родами.

Днём у меня всё было чудесно. Я работала и занималась своими делами. Переклеила обои в комнате. Когда об этом узнал мой гинеколог, был потрясён. Взял с меня клятвенное обещание ни при каких условиях не становиться на табуретку, лестницу или стол. Пришлось маме мыть плафоны в моей комнате самой. В общем, я успешно занимала себя всё время бодрствования. А ночью начиналась параллельная жизнь.

Мне снилась маленькая девочка. С большими, как у меня глазами. И такими же синими, только не моими. Её радужка была не просто тёмно-голубой. Она была махровой. Казалось, что от зрачка расходятся синие лучики, словно от солнышка. Такие же махровые глаза были у Егора, который держал девчушку на руках.

Каждую ночь он с ней играл, гулял, кормил. Заплетал волосы в смешные косички. И всё время со мной разговаривал про девочку. То смеялся, над тем, как наша кроха собирает ракушки на морском берегу с белоснежным песком. То привлекал меня к их шалостям и играм. То просто прижимал к своему плечу сидя на диване и держа спящую дочку на руках.

Утром я чувствовала, что выпала из сказки прямо лицом на асфальт. Сначала даже плакала. Но потом начала воспринимать эти сны, как ещё одну жизнь, никак не связанную с реальной. Просто красивые картинки. А что главный актёр похож на реального человека, так это простое совпадение. Неприятное.

Это я тоже поняла, однажды утром. Что моя любовь к Егору никуда не делась. Просто она сейчас росла в моём животе. Пробовала его на прочность, испытывала моё терпение. И она связывала нас накрепко, как прочный корабельный канат на всю жизнь. Этого теперь было не изменить.

Но и выдавать нашу связь было нельзя. Потому, что в соединяющем нас тросе была неприятная красная нить предательства. Она сплеталась с основой любви, отравляла чувства, даже во сне. Грозила разрушить что-то важное. Что? Я и сама понять не могла. Но тревожилась.

Так прошла тёплая осень. Следом за ней растворилась первой капелью снежная зима. Но и лужи быстро высохли под лучами уже летнего солнышка. Сначала Кольцов уговаривал меня уйти в декрет. Но я не видела в этом никакого смысла. Я справлялась с работой и хотела скопить побольше на время, когда родится малыш.

А потом время замерло. Прошла 38-я неделя беременности. Её сменила 39-я, а потом и 40-я. Малыш в животе и не собирался появляться на свет. Гинеколог говорил, что признаков старения плаценты не видит, но рекомендовал лечь в роддом.

Я не хотела ничего делать. Была уверена, что всё решится в своё время. Чувствовала себя хорошо. И сны стали такими яркими, такими сладкими. Как будто любовь стала сильнее, окрепла, выросла внутри меня. Как будто она готовилась к появлению. И ей нельзя было мешать.

Когда беременность перевалила на 43 неделю Игорь отменил мою заявку на конкурс. Он привёз меня домой с работы и устроил семейный совет. Кольцов уговаривал и запугивал маму, а уже она меня. Они ничего не могли сделать. Я оставалась спокойной как слон и непреклонной, как скала. Просто ждала.

Ночью на 44-ой неделе беременности мне приснился недовольный Егор. Дочка капризничала, а он очень спокойно объяснял, что так делать не надо. В чём у них была проблема я не знала. Но в конце разговора он строго сказал, – иди к маме, Вероника! И будь умницей, слушайся!

Утром я родила прелестную девочку с синими махровыми глазами. А через неделю, случайно открыв новостную ленту на телефоне, узнала, что бизнесмен Егор Морозов покинул страну, приняв решение расширять бизнес за её пределы. С рождением дочери он меня не поздравил. На фотографии в аэропорту стоял рядом с Аликой.

И снова не вовремя

Спустя три годя меня беспокоило совершенно другое. Сжимая в руках приглашение на открытие собственного кулинарного производства, я не верила глазам! Мать-одиночка с ребёнком на руках, без имени и начального капитала стала известным кондитером и теперь готовилась захватывать рынок города. Неужели это я? Неужели у меня появился шанс встать на ноги?

От нахлынувших эмоций я повернула голову к окну. По дорожке в сторону центрального входа шёл мужчина, ужасно похожий со спины на бывшего. Вот гад!Даже тут мог испортить настроение! Он всегда мне мерещился, в переломные моменты. То, под окнами роддома, то среди зрителей российских кулинарных конкурсов. И это заставляло биться моё сердце сильнее, выводило из себя до дрожи в коленях. Всегда, но не сегодня.

Я смогла освободиться от тебя, Егор Морозов! Ты больше не имеешь надо мной власти. Тем более, что такой успешный бизнесмен не будет посещать промышленные окраины, где я арендовала место для кондитерского цеха. У тебя совсем другой масштаб. Твой офис в центре города-миллионника. Твои бизнесы по всему миру. Но через год я заработаю денег и забуду о тебе окончательно. Только Никины глаза всегда будут напоминать о том, что ты был в моей жизни. У меня через 3 дня начнётся новая успешная жизнь.

– Не нравится макет? Можно заказать другой. Но я бы тебе рекомендовал отправить в печать этот. Три дня до открытия, лучше не рисковать.

По моему лицу поползла искренняя улыбка благодарности.

– Спасибо, Игорь. Оставлю этот вариант.

Интересный мужчина под 40 с седеющими висками облегчённо улыбнулся в ответ. Зная моё упрямство и стремление к перфекционизму, он был готов к схватке не на жизнь, а на смерть, даже из-за размера шрифта на глянцевой бумаге. Он столько всего пережил вместе со мной. Стал профессиональным наставником и опорой, когда муж меня бросил. В Игоря можно было бы влюбиться. Наверное.

– Открой конверт. Это мой подарок тебе к открытию. Давай попробуем пройти этот путь до самого конца. До вершин международного кулинарного Олимпа.

Я замерла от радостного предчувствия. Хорошая бумага. Марки на английском. Аккуратно разорвала край и мне в ладонь выпал плотный прямоугольник с красивым золотистым тиснением. Я почти перестала дышать. Трясущимися руками развернула лист и мир засиял! Приглашение на финал международного конкурса кондитеров! Дарья Морозова, дата, подпись и уведомление об оплате огромного взноса участника. И всё это благодаря моему кулинарному гуру!

Это то, о чём я и мечтать не могла в режиме строжайшей экономии. Вереща от радости, я кинулась Игорю на шею. Он подхватил меня за талию и закружил. Нас переполняла ни с чем не сравнимая радость. От избытка чувств я звонко чмокнула наставника в щёку. А когда, пытаясь унять лихорадочное возбуждение, он поставил меня на пол, услышала щелчок входной двери.

Я повернула голову на звук шагов, и воздух застыл у меня в лёгких. Сердце сбилось с ритма. На пороге с непробиваемым выражением холодной ярости на лице, стоял мой бывший. И я знала, чем заканчиваются такие взгляды. Он начал первым, словно жаля словами.

– Прошу прощения, что прерываю ваши нежности. Я пришёл в официальный офис для делового разговора. Жаль, что я ошибся и тут дом свиданий.

Игорь разжал объятия и начал поворачиваться к Морозову. Я оцепенела и не могла сдвинуться с места. Язык прилип к нёбу от ужаса, что сейчас они сцепятся и подерутся. Они оба всегда занимались спортом и были в хорошей форме. Но каким-то шестым чувством я понимала, что из схватки в моём кабинете победителем выйдет Морозов.

Дело было не в возрасте или подготовке. В глазах Егора была ненависть. Такая сильная, словно мы были семьёй, и он застал меня под чужим мужиком. В нём клокотала ярость. Мы разъехались 4 года назад, но эмоции захлестнули его так, словно этих лет не было! И я ничего не могла этому противопоставить. Я обречённо ждала катастрофы.

Мужчины рванулись друг к другу, но за секунду до того, как они столкнулись, дверь распахнулась. Мелькнула кудрявая головка, и ногу Игоря обвила тонкая детская ручка.