Мой Босс Альфа - Вьёри Аня - Страница 8

Ан нет. На хорошем английском рассказывает мне похабную шутку. Если кто-то наступил вам на яйца… На короткое мгновение представляю себя волком и… Человеку невозможно наступить на яйца. А она опять заливисто хохочет! Да что за черт! Кто дал ей право?! Но боже, до чего же она хороша! И… близка. Вот сейчас, когда смеется надо мной. Нет? Не надо мной? Над моим выражением лица? Это же не одно и то же?

Откидываюсь на спинку кресла и любуюсь ею. От смеха она чуть-чуть покраснела, глаза заблестели, несмотря на усталость. Смотрит на меня настороженно, будто ждет обиды. Нет, сучечка, ты мне нужна вот такой, близкой, искренней, своей…

– Вы были бы хорошим преподавателем!

Она отводит глаза. И чем эта формальность могла ее смутить?

– Может быть, оставшихся я подробно опишу вам в письме?

Хочет от меня сбежать? Всматриваюсь в нее. Нет, не похоже. Просто смертельно устала. Да, малышка моя, пусть в письме. Все равно мне надо будет это все собрать в кучу, достать несколько договоров, по которым есть вопросы, да и коммерсы ваши в лучшем случае только завтра сводную таблицу пришлют.

Что-то из этого говорю вслух и тут она шепотом предлагает снова приехать. В смысле? Ты ко мне и завтра приедешь? За что такой подарок?

– Любите работать по выходным?

– Люблю работать! И мой отдел тоже…

Ах вот оно что. Про своих ты не забыла. То есть, путь к твоему сердцу лежит через твой персонал. Ну ладно! Нянька из меня херовая, но руководитель, говорят, неплохой. Надо вывести их из-под Егора, чтобы ты по каждому чиху приходила ко мне.

– Ладно, – киваю ей, – поговорим об этом завтра.

Вот только… Завтра я буду выспавшийся. Э, нет. Надо будет что-то придумать. Спортзал! Никогда не хожу в зал по утрам, но тут надо будет. Чтоб не порвать тебя с утра пораньше. Люблю, знаете ли, утренний секс! Черт! От одной мысли об этом у меня встает. А она, спрятав глаза, собирается.

– Тогда до завтра?

– До завтра. Я тоже сейчас пойду, – только не вместе с тобой, иначе поездку в лифте ты не выдержишь.

Стоит ей скрыться за дверью кабинета, набираю охрану. Провести прямо от лифта до машины! Проследить, чтобы села, завелась и уехала без происшествий!

Какого черта она вообще на машине? Была бы пешком, послал бы мужиков ее прямо до квартиры довести. Черт! Я вышел в зону отдыха для персонала и смотрю, как на парковке загораются габариты старенькой малолитражки. Ну что за хрень? Она на этом ездит? Мать моя женщина! Вроде ж неплохой оклад был у нее в Доставке. Надо опять натравить на нее Громова. Может, у нее какие долги? Или кредит неподъемный?

Вздыхаю, запускаю руки в волосы, жмурюсь. Нахера мне все это нужно? Мало ли сук вокруг? Зачем мне эта сломанная самка?

Тут же трясу головой, вспоминая ее запах, ее смех в моем кабинете. К черту! Нужна! Охереть как нужна! К тому же, сейчас мне и правда надо во всех ее контрактах разобраться. В понедельник совет директоров, а стая шутить не любит. Надо выручать Егора. Под него постоянно копают. Я криво усмехаюсь, впервые радуясь такой ситуации. Мне нужно общаться с ней. Ради Егора, ради фирмы, ради себя. Нужно.

Глава 7

Тим

Два часа на тренажерах, сорок минут в воде, и я готов сидеть напротив Риты и думать о чем-то, кроме размера ее сисек. Сегодня дресс-код не соблюдаю: на мне джинсы и футболка. На улице жарко. А в кабинете будет еще жарче.

Я пришел раньше двенадцати. Краем глаза просмотрел почту. Как ни забавно, не один я трудоголик. Есть еще такие же несчастные. Кое на что ответил и отправил на печать договора, которые вызвали вчера вопросы. Вышел в приемное, чтобы забрать бумаги с принтера, и замер. Что это?

Этот запах! Теплые, влажные травы. Будто ты ранним вечером где-то около реки. Солнце уже село, но земля еще горячая. Закрываю глаза и вдыхаю аромат полной грудью. Он щекочет ноздри, вызывает приятную горечь на языке. Я словно бегу по некошеному лугу. Высокие стебли васильков хлещут меня по морде, лапы чуть вязнут в рыхлой влажной земле, а я все равно бегу. Вниз, к воде. Речка подернулась тонкой дымкой тумана, на разлапистых листьях лопухов уже выпала роса… Там на берегу можно плюхнуться на спину и кататься, пока мой запах не останется повсюду, а потом подняться и протяжно выть, заявляя о себе. Чувствуя свою силу, свою свободу. И ее! Она рядом! Здесь, со мной!

Открываю глаза и вижу ее недоуменный взгляд. Она действительно рядом.

– Что это? – я хмурюсь. Это же явно не парфюм.

– Вы о чем? – ее глаза расширены, губы чуть приоткрыты, хочется впиться в них, повалить на еще теплую землю… Черт! Трясу головой.

– Травы. Такой аромат.

– Вот это да! – она скидывает с плеча рюкзак. Сегодня она тоже не в костюме. На ней джинсы и тонкая блузка. В васильках. Из рюкзака моя самочка выуживает термос и со смущенной улыбкой показывает мне. – Я чай принесла! Вы вчера меня кофе угощали, сегодня я вот, – пожимает плечами.

Она притащила травяной чай?! Твою мать, Тим, скажи что-нибудь, она ждет твоей реакции! Нет, у меня просто нет слов.

– Мне нравится, – еле выдавливаю.

– Не думала, что он будет так пахнуть, – откручивает крышку, глубоко вдыхает. – Я почти не чувствую, – конечно, не чувствуешь. Зато меня волна ощущений сбивает с ног. Эти запахи, ты в них, теплый пар, который заставляет тебя смешно щуриться. Сжимаю кулаки. Только бы не кинуться на нее. А она продолжает, как ни в чем не бывало: – Я сама травы люблю. Правда, больше липу или чабрец, – смотрит на меня чуть виновато. – А это сбор: смородина, зверобой, шиповник. Он называется «Бодрящий», вчера бы нам не помешал.

Не могу ничего с собой поделать, губы сами собой расползаются в широкую ухмылку. О да, взбодрил так взбодрил. Тоже травяные чаи любишь, сучечка моя?

– Спасибо! – шагаю к ней и забираю термос из рук. Напугал. Черт!

Отворачиваюсь, иду к бару, достаю пару керамических кружек. Стараюсь на нее не оглядываться, а жутко хочется. Ее от моего резкого движения пот прошиб. Боится. Твою мать, боится! Меня аж потряхивает от возбуждения и негодования. Наливаю себе отвара, делаю большой глоток и, как ни странно, успокаиваюсь. Кайфово. Мне сейчас хорошо.

С трудом заставляю себя вернуться мыслями в кабинет, оборачиваюсь к ней. Она что-то видит на моем лице такое, что заставляет ее удивленно распахнуть глаза. Да плевать. Мне нравится. Этот аромат и ты, окутанная им.

Протягиваю ей чашку:

– Спасибо, Маргарита Сергеевна, это действительно то, что нужно.

– Я рада, – ее щеки покрываются легким румянцем. От смущения или от удовольствия?

Скажи, что второе! Опускает глаза, чуть отстраняется. Нет. Первое. Обидно.

Так, ладно. Что у нас там на повестке дня?

– Я начал печатать договора, – подхватываю листы, которые не успел забрать из принтера, возвращаюсь на рабочее место. – Те, по которым вчера возникли вопросы.

– Хорошо, – она кивает, идет следом.

– Не очень, – смотрю на нее строго. – В двух папках нет версии, подписанной обеими сторонами.

– Не может быть, – хмурится, подходит к моему монитору. Ее ноут еще в рюкзаке. Я замираю, боясь пошевелиться, а она опирается рукой на подлокотник и тянется к мышке. – Можно? – спрашивает чуть запоздало.

Конечно, можно, бля! Можно даже сесть мне на колени и полноценно поработать с клавиатурой! Пока я поработаю с тобой!

Понимаю, что с голосом не справлюсь, и просто киваю.

Она быстро перещелкивает папки, сворачивает одну, открывает другую, в которую я и не подумал залезть.

– «Мистика» вот, – открывает пдф, действительно всеми подписанный, – а «Примы» нет, – расстраивается. – То есть, он есть, но застрял у коммерсов. Они должны были его отсканировать и мне прислать, но не успели, – смотрит на меня виновато. – Договор перезаключали месяц назад.

– И за месяц они не успели! – стараюсь не сильно повышать голос, но эти раздолбаи уже бесят.

– Ну, – тянет она, – они и так-то не быстрые, а тут еще вы стали архивы вывозить. Но подписывали вот это, – тыкает мышкой в макет договора. – Это точно.