Обещание сердца - Скотт Эмма - Страница 55

Светловолосая женщина-судья средних лет наклонилась к микрофону:

– Задержка по времени и третье нарушение, Соломон. Гейм. Счет один – один.

По толпе болельщиков прокатился недовольный ропот, кто-то даже засвистел. С открытым ртом я наблюдала, как Кай спорил с судьей, жестом указывающей на таймер.

– Мне просто требовалось полотенце, – услышала я его слова. – У меня нет времени, чтобы вытереться? Здесь жарко, как в печке. В отличие от вас, мы не можем укрыться под большим уютным зонтиком.

– Заткнись, заткнись, заткнись, – бормотал Джейсон себе под нос. – Если судью разозлит ворчание Кая, то игре конец.

– Кай этого не допустит.

– Надеюсь. Обычно судьи не встревают в такие важные матчи, как этот, но эту женщину я не знаю. Возможно, она тоже не отличается терпением.

Я перевела взгляд на Кая, мысленно умоляя его прекратить спор. Ведь как известно, мой мужчина не умел держать язык за зубами. Одно ругательство – и все будет кончено. Я затаила дыхание, впрочем, как и все зрители. Антония прижала ладони к губам, и я пожалела, что не могу закрыть Каю рот.

Спустя несколько напряженных секунд Кай наконец-то покачал головой и что-то пробурчал себе под нос – так тихо, чтобы никто не услышал, – а затем кинул мяч, который собирался подать, через всю площадку.

– О, слава богу. – Джейсон откинулся на спинку сиденья и хлопнул. – Молодец, Кай! Ты справился!

Я тоже зааплодировала, и к нам присоединились остальные болельщики. Кай хмурился, качал головой и теребил воротник майки, но упорно продолжал молчать. И послушно занял нужную позицию в ожидании подачи Брэда.

Финн самодовольно улыбался, явно удовлетворенный случившимся. Он выглядел собранным и спокойным, в то время как Кай был на взводе. Не успели мы опомниться, как на табло высветился счет сорок – ноль. Кай поднял ракетку, как будто собирался ударить ею о землю.

«Вот черт…»

Но вместо этого он лишь безобидно взмахнул ею в воздухе и встал на линию подачи. Брэд вырвался вперед, выиграв два гейма против одного Кая.

– Все зависит от него, – произнес Джейсон. – Если Кай победит в этом гейме, то вернется в нужную колею.

Следующие пятнадцать минут игроки усиленно бились, перебрасывая туда-сюда мяч через сетку, не получая преимущества и не прерывая подачу соперника. Судя по всему, Кай пришел в себя, и сет закончился ничьей. Настало время тай-брейка.

– Боже, и что это значит? – поинтересовалась я.

– Теперь подсчет очков будет вестись иначе. Каждая выигранная подача приносит балл. Победит тот, кто первым наберет семь баллов с перевесом в два очка. Тот, кто выиграет тай-брейк, станет победителем Открытого чемпионата.

– Да, конечно. Совсем ничего сложного. – Я сложила пальцы домиком возле носа и подалась вперед, пристально наблюдая за игрой на корте. Внутри меня все сжалось от нервного напряжения.

Подача Кая. Никогда прежде я не видела его таким серьезным, решительным и сосредоточенным. Не будет ни твинеров, ни вслепую отбитых мячей. Сейчас он играет, чтобы выиграть.

Кай подбросил мяч и, грациозно выгнув спину, со свистом замахнулся ракеткой. Брэд сделал резкий выпад, но промахнулся, и мяч пролетел мимо.

– Один – ноль, Соломон, – объявила судья.

– Хорошо. Это хорошо, – пробормотал Джейсон, когда игроки поменялись площадками. – Теперь две подачи Брэда.

Я с трудом сглотнула, не сводя взгляда с Кая.

Подача Брэда. Он вытер лоб повязкой на запястье и с силой ударил по мячу. Кай отбил его, и завязалась борьба. Они гоняли мяч через корт по диагонали, взад и вперед, пока Кай не вскрикнул и не замахнулся ракеткой с удвоенной силой…

… и не попал в сетку.

– Ничего не говори, – посоветовал Джейсон, глядя, как Кай внутренне переживает собственную ошибку. – Ни слова, Кай…

– Один – один, – объявила судья.

Мы вздохнули с облегчением, когда Кай удержал рот на замке и просто приготовился к следующей подаче. Брэд бросил мяч. Кай отбил его, широко замахнувшись ракеткой, и послал в аут.

– Аут! – выкрикнул дежуривший возле линии судья, как будто мы не видели, а женщина объявила счет:

– Два – один, Финн.

– Ненавижу тай-брейки, – сообщила я, когда Кай и Брэд снова поменялись.

– Я тоже… – Джейсон прервался на полуслове. – О, черт. Вы это видели? Нет, Кай, пожалуйста…

Конечно, видела, ведь я не могла даже отвести взгляд от Кая. Проходя мимо, Брэд что-то сказал ему, отчего Кай застыл на месте, стиснув челюсти и сжав ракетку так сильно, что побелели костяшки пальцев.

– Ну все, конец, – объявил Джейсон, и Антония схватила его ладонь. – Брэд точно сказал что-то ужасное, и Кай вот-вот взорвется.

Однако Кай вздернул подбородок, нашел нас взглядом в толпе и втянул ртом воздух. А потом продолжил игру, заняв позицию для подачи.

– Молодец, Кай, – пробормотал Джейсон, сжимая руку Антонии. От прозвучавшей в его словах гордости я улыбнулась, несмотря на витающее вокруг облако напряжения.

«Мы болеем за тебя, любимый, как гордые родители, – мысленно сказала я Каю. – Что бы ни случилось».

Вопреки нашим надеждам, вскоре судья произнесла так, словно выносила смертный приговор:

– Пять – один, Финн.

Еще два очка в пользу Брэда, и Кай проиграет.

Джейсон закрыл лицо ладонями, а я вскочила на ноги и увидела, что все болельщики поступили так же. Весь стадион аплодировал и выкрикивал слова поддержки Каю.

– Пожалуйста, – спокойно попросила судья. На языке тенниса это было равносильно просьбе сесть и заткнуться к чертовой матери.

Спустя несколько минут все уселись и стали наблюдать за подачей Кая.

«Давай, милый. Ты справишься».

Грациозный, мощный рывок – и мяч улетел в центр поля, где Брэд попытался его перехватить, но безуспешно.

– Пять – два, Финн.

Кай подал снова, но по ошибке угодил в сетку, и с непроницаемым выражением лица попытался еще раз. Мощно, в своем обычном стиле.

– Ну кто лупит так по мячу вторую подачу? – со смехом спросил Джейсон. – Никто. Только Кай.

Счет стал пять – три, и подача перешла Брэду. Кай отбил брошенный им мяч, и вновь завязалась борьба. Удар, еще удар. Еще один…

С каждой удачной передачей толпа ревела все громче, а потом и вовсе вскочили на ноги. Кай грациозно двигался по корту и гнался за каждым мячом, быстро и точно отбивая его. Брэд суматошно метался по всему корту, тогда как Кай держался в основном в центре.

Брэд продержался почти семнадцать передач. В конце концов, он отправил мяч в сетку, и толпа разразилась криками.

– Пять – четыре, Финн, – объявила судья.

Мы с Антонией нетерпеливо подпрыгивали на месте и по очереди обнимали Джейсона.

Судья снова призвала к тишине, и Кай приготовился к следующей подаче Брэда. Именно тогда я заметила в нем перемену. На лице не осталось ни следа злости – только улыбка. Брэд находился в двух очках от победы в Открытом чемпионате Австралии, однако Кай почему-то расслабился. Он держался свободно. Крутил ракетку. Пританцовывал с ноги на ногу, сосредоточенный, но не напряженный.

Брэд сделал чудовищную подачу, но Кай умело отбил мяч. Брэд ударил в ответ, и взлетевший высоко в воздух мяч описал дугу и пронесся над головой Кая. Тот сразу бросился за ним. Мяч летел прямо к линии корта. Кай не успевал обежать его и ударить спереди, поэтому он подпрыгнул, расставив широко ноги, и выполнил твинер.

Каким-то чудом мяч перелетел на другую сторону корта, и зрители взревели. Придя в замешательство, Брэд все же сумел отбить удар, но мяч попал прямо в сетку. Рев болельщиков стал почти оглушающим. Просиявший Кай вскинул руки над головой, подогревая толпу, доводя ее до исступления.

– Пять – пять.

– Это не сон? – спросил Джейсон.

У меня не нашлось ответа на это. Зрители затаили дыхание, ожидая следующей подачи Кая. Брэд отбил слабо, а Кай – сумасшедший дурак – взглянул прямо на меня и вслепую ударил по мячу.

– Шесть – пять, Соломон, – объявила судья.

– Боже милостивый, – выдохнул Джейсон под рев толпы. – Неужели он только что… Но как?