Играй жестко (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 24

— Я не настолько пьяна, чтобы терпеть это, — я поворачиваюсь к бутылке с текилой, но Алекс хватает меня за запястье, прежде чем я успеваю налить еще одну стопку.

— Нет. Я не хочу, чтобы ты сегодня напилась.

Я выдергиваю руку.

— Ты мне не хозяин.

— Я не собираюсь трахать тебя, если ты пьяна. Я хочу, чтобы у тебя была ясная голова.

— Почему? Какая разница?

— Разница огромная. Я хочу знать, что ты на сто процентов согласна, и что твои решения не замутнены выпивкой.

Мое сердце бьется в груди так быстро и громко, что я уверена, что он это слышит. Как бы безумно это не звучало, я хочу, чтобы Алекс меня трахнул, но боюсь, что в трезвом состоянии от меня не будет никакого толку. Но я никогда не скажу ему об этом.

— А что, если я не смогу иначе?

— Тогда сделка отменяется.

Я смотрю на бутылку текилы, всерьез подумывая о том, чтобы пойти на вечеринку одной. Но тут я представляю себе лицо мамы и ее неодобрительный взгляд. Нет. Я не хочу идти одна.

Я поворачиваюсь к Алексу.

— Я не могу обещать, что не буду пить на вечеринке. Так что давай сделаем это сейчас.

Его глаза расширяются.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя сейчас?

— Да, прямо здесь, на этой стойке, — я постучала пальцем по мраморной поверхности.

Он придвигается ближе, и я немного теряю свою браваду. Я сглатываю комок в горле, сохраняя зрительный контакт.

— Я думал, ты хочешь, чтобы тебя трахнули в доме твоих родителей.

— Так и было задумано, но если ты настаиваешь на том, чтобы я была трезвой…

Грубо взяв меня за подбородок своей большой мозолистой рукой, он прижимается губами к моим. Я не ожидала, что меня так поцелуют, и, черт возьми… это самый лучший поцелуй в мире. Он овладевает моим ртом, моим языком, целует меня жадно и жестко. Вот какова на вкус ненависть, и я хочу ее всю. Я хватаю его за бицепсы, впиваясь длинными ногтями в его мышцы.

Он отстраняется, слишком быстро прекращая поцелуй.

— Я сам решаю, когда и где тебя трахать.

Я еще не отошла от поцелуя, но Алекс уже стоял у входной двери и выглядел неподвижным, как камень.

Я слегка пошатываюсь. Неужели только на меня повлияло то, что только что произошло? Я опускаю глаза к его промежности и вижу там выпуклость. Нет, он тоже не застрахован, но я понимаю, что его поступок — это силовая игра.

— У тебя помада размазана по всему лицу, — говорю я ему.

Он сует руку в карман пиджака и достает квадратный белый пакетик.

— Я был готов к этому.

Он разрывает его и достает из упаковки влажную салфетку, затем вытирает лицо.

— Тебе лучше поправить макияж, Вествуд. Ты выглядишь немного… растрепанной.

Я ухожу в свою спальню, но сохраняю хмурый вид. Может быть, он и набрал сегодня первое очко, но матч только начался.

ГЛАВА 19

АЛЕКС

Я не должен был целовать Блэр. Мне потребовалась каждая унция самообладания, чтобы отойти, а не трахнуть ее на стойке, как она меня и просила. Когда это случится, это будет на моих условиях, а не на ее. Она думает, что это произойдет сегодня вечером у ее родителей. Я этого не планирую. Если я собираюсь переступить эту черту в отношениях с ней, я хочу иметь все время в мире, чтобы сделать это правильно.

Ее родители живут в Эвергрине, небольшом городке в тридцати минутах езды от Фэрбенкса. Чем ближе мы подъезжаем к месту назначения, тем напряженнее становится Блэр. Она изо всех сил сжимает сумочку, лежащую на коленях, а ее восхитительный рот сомкнулся в жесткую линию.

Звонит телефон, и я готов поспорить, что это звонит ее мать, чтобы спросить, почему она еще не на вечеринке. Блэр отвечает на звонок, и я оказываюсь прав.

— Я в десяти минутах езды, — выдавила она из себя.

Я не слышу, что говорит женщина, я вижу только, как этот разговор отражается на Блэр.

— Это вечеринка, мама. Я скоро приеду. Пока, — она заканчивает разговор и прижимает телефон к груди.

— А она знает, что я буду с тобой?

— Нет. Я решила сделать ей сюрприз.

— Не позволяй ей добраться до тебя.

— Поверь мне, я стараюсь.

Под влиянием импульса я тянусь к ее бедру и просовываю руку под платье.

— Что ты делаешь? — спрашивает она.

— Я не дал тебе выпить текилу. Это моя альтернатива успокоить тебя.

Я не убираю руку в течение нескольких секунд, ожидая, что она оттолкнет ее. Но она не отталкивает, и я украдкой смотрю на ее лицо. Она дышит неглубоко, и ее рот больше не сложен в тонкую линию. Ее губы частично приоткрыты, и мне жаль, что я не могу поцеловать ее за рулем. Но мне не нужны обе руки, чтобы управлять машиной. Я скольжу рукой по ее ноге и обнаруживаю, что она носит пояс с подвязками. Черт.

— Это для меня, Вествуд?

— Нет, — шепчет она.

— Но я все равно получу от этого наслаждение.

Я продолжаю двигать рукой вверх, пока не нахожу край ее трусов. Я немного вожусь со швом, раздвигая ее ноги. Она резко вдыхает, когда я отодвигаю хлипкую ткань и провожу пальцем по ее клитору.

— Расслабься, малышка. Я сделаю так, чтобы тебе было хорошо.

Она вся дрожит от желания, что делает мою работу намного проще. Я играю с ее клитором, попеременно проводя по нему пальцем и надавливая на него. Ее слабые вздохи — это маленькие дозы либидо, направляющиеся прямо к моему члену. Моя эрекция больно давит на брюки, поэтому, когда я опускаю пальцы к ее входу, я представляю, как туда упирается кончик моего члена.

Блэр не произносит ни слова, но ее учащенное дыхание и хныканье — достаточная мотивация, чтобы я продолжал. Я ввожу в нее сначала один палец, испытывая ее. Она осторожно начинает вращать бедрами.

— Ты пытаешься трахнуть мой палец, малышка?

— Да, — простонала она. — Мне нужно больше.

Я хихикаю.

— Как пожелаешь.

Я сразу перехожу к трем пальцам, входя и выходя из ее горячей киски, как будто это мой член входит в нее. Ее стоны становятся громче, а грудь поднимается и опускается быстрее. Когда ее внутренние стенки начинают сокращаться вокруг моих пальцев, я понимаю, что она близка. Я попеременно трахаю ее киску и уделяю внимание ее клитору.

GPS предупреждает, что мы находимся в пяти минутах езды от дома ее родителей, поэтому мне нужно закончить все побыстрее. Они живут в закрытом поселке, и я не хочу прерывать свою работу, чтобы общаться с охранником.

— Быстрее, Алекс, — выкрикивает она.

Я ввожу и вывожу из нее пальцы, наслаждаясь тем, как ее соки уже покрывают мою руку. Я вижу наш выход и замедляюсь. Я был так сосредоточен не на том, что почти пропустил его. Впереди загорается красный свет, и, когда машина останавливается, мои ласки ускоряются.

Она откидывает голову назад и кричит:

— Блядь!

Ее тело содрогается, а клитор пульсирует в такт моим пальцам. Затем она смыкает ноги, и мне становится труднее двигать рукой, но мне это и не нужно. Она кончает во всю, и это прекрасное зрелище. Ее глаза закрыты, а щеки раскраснелись.

Гудок позади меня выводит меня из оцепенения. Загорелся зеленый свет. Я продолжаю вести машину, но держу руку между ее ног, пока ее тело не расслабляется на сиденье. Мы проезжаем указатель на закрытый поселок ее родителей, затем впереди вырисовывается сторожка. Когда я останавливаюсь, перед нами стоит машина, и тогда я освобождаю руку.

Я смотрю на Блэр.

— Разве это не лучше, чем текила?

Она встречает мой взгляд, лицо все еще красное.

— Ты такой самоуверенный.

— Это я знаю, — я подношу руку ко рту и медленно облизываю каждый палец. — Хм… но чего я не знал, так это того, какая ты сладкая на вкус, Вествуд.

Ее лицо становится еще краснее, прежде чем она впервые разрывает зрительный контакт.

БЛЭР

Не могу поверить, что позволила Алексу трахнуть меня пальцами в машине за несколько минут до встречи с родителями. Мои трусики промокли насквозь, и я уверена, что от меня пахнет сексом.