ЛЮДИ КРОВИ - Троуп Алан - Страница 53

27

– Ну что, босс? Как насчет обеда? – приветствует меня Сантос, как только я захожу в большую комнату.

Я втягиваю носом запах специй и жареного мяса, исходящий от его сковородки, улыбаюсь и сажусь за стол.

– Давай! Посмотрим, как я справлюсь на этот раз.

– Да, босс, посмотрим, как оно вам понравится сегодня! – с улыбкой подхватывает Хорхе и накладывает мне первому.

Они с Мортон тоже садятся за стол и приступают к трапезе. На этот раз я ем потихоньку и каждый кусочек запиваю водой. И все же через некоторое время внутри у меня начинается пожар. Один кусок кажется мне особенно острым, он просто обжигает мне горло, заставляет закашляться. Срочно запиваю его водой и говорю:

– Чудесно. Но, кажется, сегодня ты сделал его еще острее?

Хорхе и Кейси переглядываются и оба мне улыбаются.

– Не настолько, чтобы это было заметно, – отвечает Сантос.

Я продолжаю есть, отправляю в рот кусок за куском, делаю глоток за глотком. К тому времени, как я заканчиваю, мой стакан пуст, а внутри все еще пылает пожар.

– Черт! Все еще жжет. Еще воды!

– Сию минуту, босс. Сейчас принесем! – Сантос и Мортон оба бегут на кухню.

Мне кажется, что проходит целая вечность. Жар грызет меня изнутри, скребет по горлу. Наконец-то они возвращаются! Как в прошлый раз, у каждого в руках по графину. Опрокидываю в себя один, потом второй.

– Лучше? – спрашивает Сантос.

Я киваю. Уже не так горячо. Уютное тепло разливается внутри. Во рту какой-то жирный вкус. Я провожу языком по зубам. Почему это они стали такими скользкими? И тут меня пронзает одна мысль, которая заставляет все мое существо содрогнуться. Я смотрю на полки и не нахожу там синего керамического кувшина, в котором Элизабет держит…

У меня отваливается челюсть. Силюсь закрыть рот, но не могу. Передо мной маячат лица Сантоса и Мортон. Они наблюдают за мной. Оба радостно улыбаются, как будто в лотерею выиграли. Я хочу спросить у них, было ли это вино из Слезы Дракона, но не могу вымолвить ни слова.

– Сработало? – спрашивает Мортон.

– А ну попробуй, – предлагает Сантос.

Она берет вилку и вонзает ее мне в руку. Хочу завопить и не могу. Хочу отдать своему телу приказ изменить обличье, но не могу. Кейси вытаскивает из моей руки вилку, с удовольствием рассматривает капельки крови на ее зубцах.

– Ну, босс, – говорит Сантос, – кажется, я вас предупреждал.

Он изо всех сил бьет мне в лицо кулаком. Голова моя откидывается в сторону. Глаза заволакивает белой пеленой. Но двигаться и издавать хоть какие-то звуки я по-прежнему не в силах.

Пытаюсь собраться с мыслями, но они как будто распадаются у меня в голове. Почти не понимаю разговоров Сантоса и Мортон. Все пролетает мимо.

– …убить его, – слышу я обрывок фразы Сантоса и вновь возвращаюсь в этот мир.

– Не думаю, что сможем, – возражает Кейси.

Она указывает на ранки от четырех зубцов вилки на моей руке, которые уже почти затянулись. Если бы я только мог, я бы сейчас рассмеялся. Даже после того как меня опоили, даже пребывая в состоянии, близком к коматозному, я все еще не потерял способности врачевать себя.

– Вот сукин сын! – сквозь зубы бормочет Хорхе. Он бежит на кухню и вскоре возвращается с длинным ножом для разделки мяса. – Ты убил мою сестру, мерзавец! – рычит он, хватает меня за волосы, откидывает мою голову назад и перерезает

мне горло.

Даже находясь под отупляющим воздействием вина из Слезы Дракона, я ощущаю такую боль, как будто он полоснул меня лезвием, раскаленным докрасна. У меня слезы брызжут из глаз. Но я даже вскрикнуть не в состоянии.

Он отпускает мою голову, и она безвольно клонится вперед. Я вижу, как моя кровь льется на стол. Однако через несколько секунд поток останавливается.

– Не нравится мне все это, – говорит Кейси, – смотри, как быстро на нем все заживает. Давай-ка поскорее убираться отсюда!

– Нет,- отвечает Хорхе,- не раньше, чем убьем их обоих. – Он снимает со стены меч моего отца и снова подходит ко мне.

– Почему ты думаешь, что так будет лучше, чем ножом? – спрашивает Мортон.

– Пожалуй, я так и не думаю, – Сантос отступает на шаг, а потом делает несколько выпадов подряд, пронзая меня насквозь. После этого он вытирает меч о мои брюки. Наблюдает, как за считанные минуты мои раны затягиваются.

– У нас просто нет подходящего оружия, – говорит он со злобной ухмылкой,- но я знаю, где его взять.

– Давай просто уйдем! – говорит Кейси.

– Ты забыла о собаках, – напоминает Сантос. – С ними тоже придется как-то разбираться. Всех перебить.

– Но как?

– Конечно, помощь нам не помешала бы, – соглашается Сантос. Он осматривается, и указывает на мой мобильник. – Кейси, дай-ка мне телефон.

Набирая номер, он смотрит мне в лицо:

– Ах, совсем забыл вам сказать! Я все-таки вспомнил номер телефона.

Потом он отходит в сторону и говорит:

– Это Сантос. Я насчет Питера де ла Сангре…

Он говорит очень тихо, и как я ни напрягаю

слух, расслышать содержание разговора мне не удается.

Потом они поднимают меня и ведут из комнаты к винтовой лестнице. К моему удивлению, я слушаюсь команд и могу передвигаться, когда мне придают некое ускорение. Хорхе направляет меня, то и дело покалывая острием меча.

– Следовало бы просто столкнуть тебя вниз по лестнице, ты, ублюдок! – шепчет он мне на ухо.

Кейси на него шикает:

– Тихо! В наши планы не входит разбудить эту суку – его женушку!

Мы проходим по лестнице мимо второго этажа в полном молчании. Я пытаюсь позвать Элизабет, но не могу произнести ни звука. Хочу мысленно обратиться к ней, но мысли мои путаются. Я вообще перестаю понимать, где мы, и прихожу в сознание, только когда Сантос бьет меня по лицу.

– А ну заходи в камеру! – командует он и толкает меня. Но Кейси хватает меня за руку.

– Только не в мою! Она слишком велика и комфортабельна для него.

Она тянет меня за руку дальше. Потом останавливается:

– Вот в эту. Она поменьше.

– Прекрасно,- одобряет Сантос. Он сильно толкает меня, и я лечу на каменный пол.

Кубинец приподнимает меня и держит на весу, а женщина тем временем обшаривает мои карманы и находит ключи. Сквозь беспамятство слышу какой-то слабый звон: это они надевают на меня свои наручники и цепи. Хорхе снова бьет меня по лицу. Очнувшись, обнаруживаю себя на койке скованным по рукам и ногам. Я не делаю никаких попыток проверить свои цепи на прочность. Слеза Дракона обездвиживает меня куда лучше, чем это сделали бы все цепи на свете.

Надо мной склоняется Кейси Мортон. Она плюет мне в лицо.

– Ненавижу! Ненавижу тебя! – кричит она. Она плачет, колотит меня кулаками по лицу и все кричит – Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

В конце концов Хорхе оттаскивает ее.

– Кейси, дорогая, перестань. Мы же не знаем, сколько времени на него будет действовать это пойло. Давай поскорее возьмем из оружейной то, что нам нужно, и покончим с этими тварями.

– Но как же мы откроем дверь? – спрашивает она. – Ты же сам говорил мне, что там нет замка.

Эту проклятую балку никак не отодвинуть.

– Это раньше ее было не отодвинуть, – улыбается Сантос. Он обращается ко мне: – Сегодня, когда мы стреляли, я наконец разобрался в механизме. Там, с другой стороны, есть такой рычажок. Нажать его – и балка отодвинется. До него можно дотянуться чем-нибудь тонким и прочным. Пожалуй, это подойдет, – Сантос смеется и потрясает передо мной мечом.

Они выключают свет и оставляют меня в полной темноте. Когда в помещение не проникает ни луча света, даже я не в силах ничего увидеть. Мне хочется спать, но я борюсь с собой. Элизабет в опасности. Я сосредоточиваюсь на том, чтобы связаться с нею. К моему удивлению, мне это удается. Я проникаю в ее сон, ее сознание открыто мне, впервые со дня нашей свадьбы оно настолько мне открыто. Думаю, это действие вина из Слезы Дракона. Пытаюсь позвать ее по имени, но не могу составить слово.