"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 435

— Прикольно, да? — шепнула Аля.

— Каких только чудиков в центре не увидишь, — подтвердила Мира, щурясь от солнца. Поравнявшись с девушками, незнакомец остановился и перевел взгляд с одной на вторую и обратно. Возникла неловкая пауза.

— Садитесь, — кокетливо улыбнулась Аля и похлопала по перилам.

— Девушке вашей тоже места хватит, — подхватила Мира. Алька хихикнула.

Жаба уставилась на Миру выпученными глазищами, будто говоря: «За базар-то ответишь».

— Премного благодарен, — произнёс незнакомец мягким тенорком. — Но вынужден отказаться.

— Скажите, лягуха настоящая? — перебила Аля.

— Не лягуха, а жаба, — неожиданно ответила за мужчину жаба. — Конкретнее: bufo marinus. И, между прочим, понастоящее некоторых буду.

У неё был тот самый голос, что преследовал Миру с утра. От ужаса у неё перехватило дыхание. Вцепившись в перила, она смотрела на жабу. Как не дико это прозвучит, Мире показалось, что земноводная подавила удовлетворённую улыбку.

Алька ничего не замечала. Наверняка, думала, что мужчина чревовещатель.

— Класс! — воскликнула она. — Как вы это делаете?

Оставив вопрос без ответа, мужчина посмотрел на Миру в упор и сказал:

— Мокрозявы не хотят кукрить.

Она поняла, что надо бежать. Быстрее и как можно дальше. Но не могла заставить себя не то, что сдвинуться с места — даже пошевелиться. Всё тело налилось тяжестью. Алька что-то говорила, но Мира неожиданно перестала её понимать. Зато слова мужчины разобрала отчётливо:

— Это она, — сказал он, обращаясь к жабе.

Она кивнула, глядя на Миру так равнодушно, как только способна смотреть жаба.

— Чего мы ждём? — спросил он.

Вместо ответа жаба сорвалась с плеча и прыгнула на девушку. Время замедлилось: Мира отчётливо видела, как на неё летит жабья туша с вытянутыми лапами, и даже успела подумать: «Смогу увернуться!»

Но в следующее мгновение жаба врезалась ей в грудь с такой силой, будто Миру лягнула лошадь. Всё перевернулось, мелькнул уголок неба, мост оказался сверху, в глаза хлынула вода. Зажмурившись, она молотила руками и ногами, пытаясь выплыть. Внезапно тело сковала неподвижность — будто Миру связали по рукам и ногам. Её охватила паника. Изо всех сил Мира напрягала мускулы, но всё было тщетно: она камнем опускалась на дно. Лёгкие горели огнём без воздуха, в глазах потемнело. Мира ударилась ногами обо что-то твёрдое, пробила его, словно лёд. В тот же миг вернулась подвижность. Вода резко стала ледяной. Мира заработала руками и ногами, как могла сильно. Наверху появился слабый свет. Ещё немного, и она вырвалась на поверхность. Высунув голову, судорожно вдохнула холодный воздух. Перед глазами покачивались радужные круги. Холодно-то как!

Оглядевшись по сторонам, Мира в изумлении увидела бескрайнюю гладь тёмной воды и низкое, затянутое сизыми тучами небо. А где набережная? Где мост, Юсуповский дворец, купол Исаакия? Где Питер? Питер где?!

Её охватил истерический смех. Барахтаясь в воде, Мира тряслась от смеха и холода, щёки обжигали слёзы.

Слева раздался скрип и шлепки по воде. Повернув голову, она увидела, что к ней приближается вёсельная лодка, которой управлял бородатый мужик лет пятидесяти в тёмном плаще.

— Помогите! — всхлипнула Мира, держась на воде из последних сил.

Лодка остановилась неподалёку. Бородач протянул Мире весло, и она вцепилась немеющими от холода руками. Мужчина подтянул весло к лодке, наклонился, обхватил Миру и потащил наверх. Отчего-то показалось, что бородач сейчас выпустит её, она снова упадёт в воду и теперь уж наверняка утонет. Мира попыталась уцепиться мужчине за плечи, но руки скользнули по гладкому плащу. Тогда она схватила лодочника за чёрную с проседью бороду.

— Отпусти, дура! — рявкнул тот.

Мира только сильнее сжала бороду.

Лодочник перетащил её через борт и положил на дно лодки. В ноздри ударил исходящий от мужчины тяжёлый запах пота.

— Пусти, говорю! — приказал мужчина.

Мира с трудом разжала заиндевевшие пальцы.

— Так-то лучше.

Выпрямившись, он оглядел Миру с головы до ног. Впрочем, голова, в отличие от остального, его мало заинтересовала. Мира подумала, что белая футболка прилипла к телу и просвечивает, и торопливо села, обхватив себя за плечи.

— В-вёсла не потеряйте, — зачем-то огрызнулась она. От холода зубы выбивали дробь.

— Не волнуйся, с вёслами всё в порядке, — ответил он, явно насмехаясь над её смущением и

поднял с большого ящика старый потёртый плащ, вроде своего. Кинул ей на колени. Воняло от плаща так, будто на него разом нагадили все питерские коты. Задержав дыхание, она закуталась в одёжку. Стало теплее, но зубы по-прежнему стучали. Ох, понять бы, что происходит!

— С-спасибо, — выдавила Мира и попыталась закутаться ещё плотнее, но было уже некуда.

— Пожалуйста, — буднично ответил мужчина. Он вёл себя так, будто по несколько раз в день вытаскивает из воды тонущих.

Мира ещё раз огляделась в поисках признаков города. Но вокруг была только вода. Вода, вода и снова вода. Непонятного оказалось так много, что Мира даже не могла сформулировать вопросы. Она сама была одним сплошным вопросом. Твёрдо понимала лишь одно: человек не может стоять на мосту в центре Петербурга, а через пару минут оказаться за городом. Вот не может и всё.

— Скажите, мы от Питера д-далеко? — простучала она зубами.

— Далеко, — ответил мужчина и налёг на вёсла. Лодка заскользила по реке.

— Очень далеко?

— Очень.

— Это Ленобласть или уже…?

По его лицу скользнула улыбка:

— Уже.

— А сколько километров от Питера?

— Много.

«Может, я потеряла память? — подумала Мира. — И на самом деле после моего падения прошло несколько месяцев? Потому и погода так поменялась. Но я всё в той же одежде, в какой стояла на мосту. Нужно позвонить Альке».

Она поразилась тому, что эта очевидная мысль до сих пор не приходила в голову. Другое дело, что здесь, скорее всего, сеть не ловит, да и плавание вряд ли пошло телефону на пользу, и всё же… Мира ощупала карманы джинсов, куда обычно убирала мобильник. Телефона не оказалось. Чёрт! Утопила.

— Простите, у вас телефон есть? — неуверенно спросила она у лодочника.

— Нет, — ответил он, не глядя в её сторону и всем видом демонстрируя нежелание поддерживать беседу. Нос с горбинкой придал его профилю хищное выражение. Мира подумала, что в другой ситуации ни за что бы с ним не заговорила. Но сейчас на километры вокруг больше никого не было. Несколько минут плыли в молчании, тишину нарушал только скрип уключин и шлепки вёсел по воде. Мира отметила, что бородач моложе, чем ей показалось сначала. Ловкость и быстрота движений, широкие прямые плечи и сила, с которой он гнал вперёд лодку, доказывали, что лет десять надо скинуть.

— Меня Мира зовут, — сказала она. — А вас?

— А я сам прихожу.

Мда, бородатая шутка от бородатого мужика. Ладно, не хочет представляться, не очень-то нужно. Зайдём с другой стороны.

— Как называется эта река?

— Мёртвая.

Мёртвая? Мира о такой даже не слышала.

— А какой город поблизости? Или посёлок?

— По левому борту Элсар, по правому Сухири.

Эти названия она тоже слышала впервые.

— Простите, вы, — она запнулась, но договорила: — Можете со мной поговорить?

— Мы и так говорим.

— Не так, по-человечески.

Мужчина бросил на неё косой взгляд.

— Возможно, я веду себя как идиотка, но я совсем не помню, как оказалась здесь.

Он молчал.

— Понимаете, мы с подругой стояли на Почтамтском мосту, это в центре, недалеко от Дворцовой. Затем я упала в воду. Вернее, меня столкнули, но сейчас это неважно, — она судорожно сжала под плащом руки: — Я стала тонуть, а выплыла уже здесь. Но ведь я не подводная лодка, чтобы проплыть такое расстояние!

Она замолчала, подумав: «Что я перед ним распинаюсь? Всё равно не ответит».

Но мужчина неожиданно спросил:

— Кто тебя сбросил в воду?

Не рассказывать же ему про жабу! Решит, что совсем крезанулась.