"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 436

— Это неважно, — отмахнулась она.

— Важно, — перебил лодочник и впервые посмотрел на неё в упор. Мира попыталась выдержать его взгляд, не смогла и отпустила глаза.

— Так, мальчишки по мосту шли, — торопливо заговорила она. — Один другого пихнул, тот свалился на меня, а я сидела на перилах, не удержалась и упала в воду. Только не надо говорить, что сидеть на перилах не хорошо.

Лодочник перестал грести и подался вперёд, вглядываясь в её лицо. У него были тёмно-карие, даже какие-то чернильные глаза: под цвет воды в реке. У Миры появилось противное ощущение, что он читает её мысли.

— Накануне с тобой ничего странного не происходило? — спросил лодочник.

— Н-ничего, — пробормотала она. — А что должно было?

— Мало ли, — он взялся за вёсла.

Мира с досадой отметила, что из его взгляда исчезла заинтересованность и поняла, что продолжения разговора не будет. Они вернулись к исходной точке. Но это же бред! Какая разница, кто её скинул?! Она здесь — вот что важно!

— Гвоздь из головы вытащи, — неожиданно сказал мужчина.

— Какой гвоздь? — растерялась Мира.

Лодочник указал на её правую бровь с пирсингом.

— Это пирсинг, — сказала она и, предваряя вопрос, зачем он нужен, добавила: — Для самовыражения.

— Да по мне хоть пенис, — произнёс лодочник. — Всё равно вытащи. Здесь так не принято.

Мира опешила от его остроумия.

— Где здесь? — неуверенно спросила она через пару минут.

Он не ответил.

— Понятно: между Элсаром и Сухуми, — ядовито сказала она.

— Сухири, — поправил лодочник с улыбкой и, помолчав, приказал: — Давай-давай, вытаскивай. Я не шучу.

— У меня руки замерзли. Вот согреюсь, руки помою, тогда и вытащу.

— Сейчас, — потребовал он.

Далась ему эта пирса!

— А если не вытащу?

— Утоплю.

— Вы же меня только что спасли, — возразила она. — Не логично.

— Не переживай, ещё раз спасу, — он широко улыбнулся: — Люблю спасать. Успеваю не всегда.

Мира молча вынула пирсу, демонстративно показала лодочнику и засунула в карман джинсов.

— Так-то лучше, — одобрил он.

— Теперь ваша очередь. Куда мы плывём?

— Ты меня обманула, когда сказала, что накануне ничего странного не произошло.

Мира поёжилась. Вновь возникло противное ощущение, что он всё знает: и про мокрозяв, и про парня с жабой.

— С чего вы это взяли? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Иначе бы ты не выплыла, — спокойно ответил он. — Лежала бы сейчас на дне хладным трупом.

Она ощутила во рту сухость. Вдруг вспомнилось, как не могла пошевелиться и камнем опускалась всё глубже.

— Я не понимаю, — призналась Мира. — Какая связь одного с другим?

Он поморщился, будто заранее сожалел о том, что будет сказано, и ответил:

— Это место называется Азар. Его нет ни на одной из известных тебе карт, он находится в другом измерении.

В другом измерении… Ну, конечно…

Она неуверенно улыбнулась, думая, что это шутка, но лодочник был предельно серьёзен.

Мира поняла, что перед ней психически больной человек. Волной накатил страх: дикий, иррациональный. Она огляделась по сторонам: никого. Только они вдвоём и вода. Без конца и края.

«А ведь он и правда может меня утопить, — подумала она. — И ему ничего не будет. Никто даже не узнает».

— Что же ты больше ни о чём не спрашиваешь? — усмехнулся он. — Вопросы закончились?

«Главное, не злить его! — мелькнуло в голове. — Когда-нибудь чёртова река закончится, и мы пристанем к берегу. Там будут люди, и можно будет убежать».

— Я не знаю, о чём спросить. Вы меня совсем запутали. Даже больше, чем раньше.

— Ты читала фантастику? Уэллса, Дика, Стругацких, Брэдбери?

Она кивнула. А сама гадала, как же получилось, что они оказались вдвоём на реке? Вспомнились его слова: «Не переживай, ещё раз спасу. Люблю спасать». Тогда она приняла их за шутку, но что если он на самом деле уже «спасал» её? Может, после падения с моста она каким-то образом оказалась у этого человека? Он похитил её, увёз к себе в Тьмутаракань и держит здесь уже несколько месяцев. При такой версии многое объяснялось: и резкое похолодание, и уединённость места. Возможно, она уже пыталась от него убежать, а он ловил. Конечно, странно, что она всего этого не помнит, но, с другой стороны как-то Мира читала статью, что бываю такие амнезии, когда время делится на фрагменты и получается: тут помню, тут не помню. Правда, это не объясняло галлюцинации с мокрозявами, но…

«Может, он пичкал меня наркотой?» — подумала Мира. Выпростав руки из-под плаща, она будто невзначай взглянула на сгибы в локтях: нет ли там следов от уколов. Следов не было, но спокойнее от этого не стало. Хотелось броситься в реку и плыть, плыть, плыть, пока силы не иссякнут. Она вцепилась в края доски, на которой сидела.

«Надо успокоиться, — мысленно приказала она себе. — Я жива, ещё жива, а значит, что-нибудь придумается. Как-нибудь спасусь».

Лодочник в это время что-то говорил. Но теперь его долгожданное красноречие не радовало. Мира через силу заставила себя прислушаться: вдруг начнёт задавать вопросы, хорошо ли она усвоила материал?

— …а теперь представь, что всё это не придумано, существуют другие миры, и ты прыгнула в один из них. Точнее, заплыла, — завершил он свою речь.

— То есть, я попаданка? — вырвалось у неё.

— Попаданка, — повторил лодочник, улыбнулся: — Да, это ты правильное название придумала.

Он что, на самом деле не знает, что это целое направление в фэнтези?! Или притворяется?

Нужно сделать вид, что поверила в его бред с попаданством в Азар. Да что попаданство, даже если он станет утверждать, что у него в роду все были эльфы, а в полях пасутся стада единорогов, она готова согласно кивать. Нужно разговорить его и подробно разузнать о месте, в котором они находятся: далеко ли отсюда до Питера или другого большого города.

— Какой там сейчас год? — спросил лодочник.

— Двадцатый, — она помолчала и для чего-то поправилась: — Две тысячи двадцатый. А вы давно здесь?

— С восьмидесятого, — ответил он.

— Омм, — только и смогла выдавить Мира.

— Не смотри на меня так, я не из роддома сюда попал. (Мира поспешно опустила глаза). Здесь время течёт в четыре раза медленнее.

Кажется, она придумала, как выяснить, где они находятся. Если спросить, откуда он родом, возможно, лодочник назовёт то самое место, где живёт в реале. Конечно, не факт, что сработает, но попробовать нужно.

— Вы откуда сюда попали? — осторожно спросила Мира. — Тоже из Питера?

— Не помню, — сухо ответил он.

Её красивое расследование рассыпалось на глазах.

— Я вам не верю! — вырвалось у неё. — Как можно, год помнить, а место жительства забыть?

— Можно, если очень постараться. И тебе советую также поступить. Возьми себе новое имя, забудь обо всём, что было прежде, и будет тебе счастье.

— Но вы же помните, с какого здесь года, — возразила она.

Лодочник пожал плечами:

— Я ещё на пути к абсолютной нирване.

Насмехается.

— Понятно, — буркнула она и отвернулась к носу лодки.

Её внимание привлекла тёмная полоса на воде. Это было похоже на сушу. У Миры перехватило дыхание. Хоть бы там были люди!

— А там что? — спросила она, как можно непринуждённее.

— Остров Серой Хмари.

— Какой Хмари? — переспросила она, вглядываясь в полоску суши. Ничего похожего на жильё на берегу не наблюдалось.

— Серой. Это что-то вроде проказы, только инкубационный период короче.

Мире сразу расхотелось туда плыть.

— И что там все больные?

— Сейчас уже нет, эпидемия закончилась, но название к острову прицепилось.

— И кто там теперь живёт?

— В основном изгнанные. И есть немного выживших после эпидемии.

— За что изгнанные?

— Так, за разное, — уклончиво ответил он.

«Заразное», — мысленно повторила Мира и вдруг поймала себя на том, что всерьёз обсуждает с лодочником его глюк. Ведь Серая Хмарь такой же бред, как Азар с его Элсаром и Сухими!