Язычники (ЛП) - Энн Шеридан - Страница 44

Я наблюдаю за ним пристальным взглядом, наслаждаясь мягким сиянием городских огней, которое касается его кожи. Он просто потрясающий. Все трое такие, и хотя я с радостью сообщу и Маркусу, и Леви, что именно я думаю об их красивой, суровой внешности, я не осмелюсь и пикнуть Роману ни словом. Хотя… Я думаю, можно с уверенностью сказать, что он точно знает, какое влияние оказывает на меня.

Я не могу удержаться и широко раскидываю руки, закрывая глаза, когда ветер развевает мои волосы.

— Боже. Это чертова жизнь, — выдыхаю я, изображая Кейт Уинслет на "Титанике". — Разве это не заставляет вас чувствовать себя такими чертовски свободными?

Парни не реагируют, но я знаю, что они это чувствуют. Иначе зачем бы им приводить меня сюда?

Мы передаем бутылки с крепкими напитками по кругу, и я демонстрирую свое мастерство, смешивая все свои любимые коктейли и полностью расслабляясь впервые, как мне кажется, за многие годы. Из-за нехватки пищи в моем желудке, не требуется много времени, чтобы кайф пронесся по моему организму, и я почувствовала себя гребаной богиней на вершине мира.

Сделав еще глоток, я подхожу к самому краю, чувствуя, как сила пульсирует в моих венах. Сегодня вечером я была в огне, и ничто не сможет меня этого лишить. Ветерок — мой лучший гребаный друг, и как только я чувствую, что могу летать, сзади ко мне прижимается чье-то тело, и черная повязка опускается мне на глаза.

Тихий вздох вырывается из глубины меня, и моя рука опускается к его бедру, крепко сжимая, в ужасе от того, что одно небольшое колебание и я действительно полечу через край. За последние несколько месяцев я пережила все невзгоды, но есть некоторые вещи, от которых девушка просто не сможет оправиться. Мои мозги, разбрызганные по всему тротуару, определенно являются одной из них.

— Что ты делаешь? — Я дышу, когда руки медленно начинают двигаться по моему телу.

— Шшшш, — шепчет он, из-за его низкого тона невозможно сказать, кто из братьев прижат ко мне. Его руки сжимаются на моей талии, когда его умелые губы опускаются к моей шее, заставляя хриплый стон сорваться с моих губ. Моя рука ложится поверх его руки, когда она скользит по моему телу, проскальзывая под ткань майки и скользя по моей коже.

Святоооое дерьмо. Меня что, сейчас трахнут?

Еще одно твердое тело прижимается ко мне сбоку, нависая надо мной с намерением уничтожить меня. Мое сердце начинает биться быстрее, когда возбуждение пульсирует в моих венах. Его рука опускается на мое бедро, медленно двигаясь вверх по ноге, пока его толстые пальцы не проникают спереди в мои брюки и не наполняют все, что находится ниже границы, самым жестоким видом потребности.

Вот об этом я и говорю. Девушка может смириться с их безумием.

Тихий вздох вырывается из глубины моей груди, и я тянусь к нему, прижимая пальцы к его напряженному прессу. Ни один из них не произносит ни единого чертова слова, и невозможно сказать, кто есть кто, но я так этому рада.

Его рука проникает глубже в переднюю часть моих брюк, в то время как руки на моей талии хватают хлипкую ткань майки и срывают ее с моего тела, позволяя теплому ночному бризу коснуться моей обнаженной кожи. Он, не теряя ни секунды, отпускает ткань и позволяет ей развеваться на ветру, прежде чем его руки скользят по моему телу, обхватывая мою грудь, в то время как его большие пальцы скользят по моим соскам, чувствуя, как они каменеют под его прикосновениями.

— О, черт, — тихо стону я, наклоняя голову к опытному мужчине, стоящему у меня сбоку, желая почувствовать больше поцелуев его брата на своей шее.

Его руки опускаются ниже в мои брюки, скользя по клитору и заставляя меня вздрогнуть. Его большой палец скользит по нему кругами, пока он продолжает продвигаться к моему входу, медленно просовывая два толстых пальца глубоко в меня. С моих губ срывается страстный стон, говорящий им, насколько я готова к ночи извращенного траха на крыше.

Крепкая хватка обвивается вокруг моего подбородка и поворачивает голову в противоположном направлении, и прежде, чем я успеваю понять, что происходит, губы накрывают мой рот. Я погружаюсь в его поцелуй, наслаждаясь ощущением его языка, скользящего у меня во рту и завладевающего каждым моим желанием.

Руки продолжают двигаться по моему телу, дразня мои сиськи, лаская мой клитор, касаясь моей талии, но по мере того, как поцелуй поглощает меня, я понимаю, что есть нечто большее, чем просто четыре руки.

Откидываясь всем телом назад, я пытаюсь сосредоточиться на том, что чувствую вокруг себя. Твердая грудь у меня за спиной, упругий пресс слева и… протягивая руку вправо — толстые, сильные бедра, способные уничтожить женщину одним легким движением..

Что, во имя милого младенца Иисуса, здесь происходит? Должно быть, мне это померещилось. Все трое?

Твою мать.

Руки Маркуса, Леви… и Романа на моем теле доставляют мне неоспоримое удовольствие. Черт, зная мою удачу, Роман, наверное, дуется на другой стороне крыши, а у меня есть ночной охранник, который очень доволен тем, что ему удалось немного развлечься во время дежурства.

Нет, они слишком собственники, чтобы делиться с кем-то еще. Это точно Роман. Хотелось бы только знать, кто из них, кто. Стоит только ветерку сменить направление, и я почувствую их неповторимые ароматы.

Нервы у меня на пределе, но повязка на глазах помогает. Здесь нет никаких сомнений. Это они заставляют меня чувствовать, и, черт возьми, я никогда не думала, что мне это так нужно.

Я выгибаю задницу назад, и чувствую, как сильно твердый член прижимается к моей спине. Не желая упускать остальных, я протягиваю руки влево и вправо, скользя по их безупречным телам, пока не нахожу верхнюю часть их брюк. Я просовываю руки внутрь, и мои глаза закрываются под повязкой, когда мои пальцы обхватывают два массивных бархатистых члена.

Руки за моей спиной опускаются к поясу моих брюк и дергают их вниз, всего на мгновение вытаскивая пальцы из моей киски, пока материал скользит по моим ногам. Их стаскивают с моих ног, и я отбрасываю их пинком, когда слышу знакомый звук расстегиваемой пряжки ремня позади меня.

Я раздвигаю ноги, широко развожу их, и, не сбиваясь с ритма, те же самые толстые пальцы снова проникают внутрь меня, когда я чувствую, как легкий ветерок касается моей киски.

Хриплый стон вырывается из меня, когда я снова чувствую этот твердый член у себя за спиной. Он подходит ближе и прижимается ко мне, и вот так я понимаю, что не уйду с этой чертовой крыши без того, чтобы этот член не вошел глубоко в мою задницу. Не. Имеет. Значения. Как.

Эти руки вызывают привыкание, слишком сильное, поскольку они блуждают по моей коже и заставляют меня чувствовать себя более живой, чем когда-либо.

Двое по обе стороны от меня спускают штаны и дают мне больше свободы, чтобы я могла работать с их восхитительными, большими членами. Мои кулаки поднимаются и опускаются, а большие пальцы блуждают по их головкам и кружат над маленькой бусинкой влаги на вершине. Меня пронзает дрожь, и я не могу удержаться, чтобы не отпустить их и не поднести большие пальцы ко рту, пробуя каждого из них на вкус одновременно.

Из моего горла вырывается стон, когда парни, кажется, придвигаются еще ближе, их решимость и желание не знают границ. Взяв их снова, я устраиваю шоу, достойное их внимания, в то время как эти толстые пальцы продолжают проникать глубоко в мою киску.

Нуждаясь в большем, я прижимаю свою задницу назад, и тот, кто стоит у меня за спиной, читает каждую мою потребность, как гребаную дорожную карту, как указания, высеченные на камне. Он обнимает меня, его пальцы прижимаются к моему рту, молча требуя, чтобы я открылась пошире. Я делаю именно так, как он хочет, и его пальцы проскальзывают между моих губ. Мой язык скользит по ним, покрывая их, пока он не решает, что этого достаточно, и не вытаскивает их.

Тихий вздох вырывается из глубины меня, когда его влажные пальцы мгновенно опускаются на мою задницу, распространяя влагу вокруг моей дырочки, пока он не толкает их внутрь меня. Я двигаюсь назад, вбирая их глубже, и чувствую его улыбку на своей шее.