Язычники (ЛП) - Энн Шеридан - Страница 45

Он работает с моей задницей, подготавливая меня к тому, что должно произойти, пока умелые пальцы его брата тщательно трахают мою киску.

Мои тихие вдохи быстро превращаются в требовательные вздохи, когда они сотрясают мой мир, как никогда раньше. Блядь, я стою на самой высокой точке города, совершенно голая, блядь, на краю крыши высотки, а трое братьев ДеАнджелис боготворят мое тело, как будто они не могут без него жить. Это, несомненно, лучший момент в моей жизни. Я никогда не чувствовала себя такой живой, такой чертовски сильной.

Брат справа от меня опускается на колени, заставляя меня выпустить его бархатистый член. Он двигается подо мной, каким-то образом оказываясь у меня между ног, при этом никто из нас не падает с чертовой крыши, и я прикусываю губу, когда он протягивает руки и обхватывает мои бедра.

Пальцы выходят из моего влагалища, и тихий крик нарастает в моей груди, пока братья не начинают опускать меня вниз. Мои колени широко раздвинуты, и с умелой точностью я опускаюсь прямо на его член, наполняющий меня до краев, когда я чувствую, как его твердые яйца ударяются о мою задницу.

— Твою мать, — стону я, сжимая член его брата в кулаке, заставляя его вздрогнуть, напоминая мне, какой властью я обладаю прямо сейчас.

Мои бедра начинают раскачиваться, принимая его еще глубже с каждым движением, я опускаю руку на его плечо, чтобы не упасть. Я чувствую, как брат позади меня опускается на колени, когда его рука опускается на мои бедра, замедляя мои движения. Он придвигается ближе, пока я не чувствую его член у своей задницы, и я наклоняюсь вперед, предоставляя ему весь доступ, в котором он нуждается.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь расслабиться. Это не то, что я делала много раз, и те несколько раз, когда мне это удавалось, были катастрофой. Но я знаю, что парни позаботятся обо мне и заставят меня пожалеть, что мы не делали этого все это время. Он начинает толкаться в меня, и я крепче сжимаю член, подпрыгивающий у моего лица, когда принимаю его глубоко.

Я выдыхаю, привыкая к тому, как он растягивает меня, и когда мой сосок втягивается в чей-то рот, я сосредотачиваю все свое внимание на этом, помогая своему телу расслабиться перед их долгожданным вторжением. Они ждут меня, позволяя мне решить, когда я буду готова продолжить, и через короткое время я снова начинаю двигаться, пробуя, покачивая бедрами вперед и назад, чувствуя, как каждый из них движется внутри меня одновременно.

— О, Боже мой, — бормочу я, стискивая челюсти, когда ошеломляющее удовольствие пронзает меня. Мои ногти впиваются в плечо того, за чье плечо я держусь, пока я постепенно привыкаю к этому и начинаю использовать свое тело на полную катушку. Не могу сказать, что я когда-либо принимала двух парней одновременно, но, черт возьми, это здорово. Я никогда не была такой наполненной, такой растянутой и желанной. Это не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала.

Их тела движутся вместе с моим, а мой кулак продолжают двигаться вверх и вниз, и когда мне становится слишком удобно, я поворачиваю голову к члену, подпрыгивающему у моего лица, и притягиваю его ближе. Мой язык выскальзывает наружу, увлажняя губы, и находит его головку прямо там.

Снова высунув язык, сразу же пробуя его на вкус, и я не могу удержаться, чтобы не накрыть член своим ртом полностью. Моя голова мотается вверх-вниз, доставляя его прямо в горло, когда я чувствую, что все их взгляды устремлены на меня. Мой язык блуждает вверх-вниз, кружа и дразня его кончик, в то время как моя рука остается у его основания, крепко сжимая.

Его рука зарывается в мои волосы, собирая их в кулаке, чтобы взять под контроль мой ритм, но он не осмеливается это сделать. Он позволяет мне взять инициативу в свои руки, пока мое тело раскачивается на двух членах, спрятанных глубоко внутри меня.

Пальцы сжимаются на моей коже, и я знаю, что завтра проснусь с идеальной картой исчезающих синяков, которая точно скажет мне, где они были.

Моя киска сжимается, когда пальцы опускаются к моему клитору, массируя тугими кругами и подводя мое тело прямо к краю. Один член трется о мои стенки, и я стону от того, что другой член прокладывает себе путь к задней стенке моего горла.

Моя задница растянута до предела, и в любой момент я превращусь в гребаное извивающееся месиво на этой крыше.

Чувствуя знакомое жжение глубоко в животе, я двигаю бедрами быстрее, принимая одного глубже, в то время как другой немного выходит, как хорошо смазанная машина, всегда дающая мне именно то, что мне нужно. Я тяжело дышу вокруг члена во рту, когда мои соски пощипывают и дразнят, хватают за ягодицы и сжимают, в то время как мой клитор яростно потирают, зажигая мое тело.

Я принимаю все это, отчаянно желая быть их единственной маленькой шлюхой.

ЧЕРТ. Это все и даже больше.

Я двигаюсь все быстрее и быстрее, мое отчаяние берет верх и поглощает каждую мою мысль. Парни стонут и кряхтят, но я слишком далеко зашла, чтобы даже пытаться понять, от кого исходят звуки, пока, наконец, мой мир не рушится, и мой оргазм разрывает меня, как гребаный взрыв.

Моя киска разрывается на части, и я вскрикиваю, звук приглушается толстым членом у меня во рту. Моя задница сжимается и содрогается в конвульсиях, когда мое тело разрушается самым лучшим, черт возьми, способом, но я не смею остановиться, наслаждаясь этим и впитывая каждую чертову унцию удовольствия.

Мои глаза закатываются, когда пальцы впиваются в мою кожу, парни так близки к пределу, и, черт возьми, я хочу этого. Я хочу, чтобы они наполнили меня своим семенем. Я хочу чувствовать, как они изливаются в меня и заявляют на меня права самым первобытным из возможных способов.

Я хочу принадлежать им. Принадлежать полностью, и, черт возьми, на меньшее я не соглашусь. Мне следовало бы бежать куда глаза глядят, особенно после того, что Роман и Леви сделали со мной, но я не могу. Я навсегда укоренилась в их жизнях. Я никуда не уйду. Я доведу это до конца. Хорошее, плохое и уродливое.

Мой сногсшибательный кайф продолжается, сотрясаясь в спазмах, конвульсиях и вибрациях, когда член, погруженный в мою задницу, толкается вперед, погружаясь в меня намного глубже. Я вскрикиваю, крепче хватаясь за плечо передо мной, чтобы не дать нам всем свалиться с края гребаной крыши, когда рука в моих волосах сжимается сильнее, и я ощущаю вкус его оргазма у себя во рту, принимая его теплое семя прямо в мое горло.

Я проглатываю все, что у него есть, когда его брат вонзается в мою киску, хватая меня за талию с яростным первобытным стоном. Он отдает мне все, что у него есть, и изливает в меня себя, заявляя, что я принадлежу ему.

Я стону, наслаждаясь каждой чертовой секундой этого, продолжая двигаться, покачивая бедрами взад-вперед, одновременно толкаясь задницей в его брата. Он ускоряет темп и еще одним жестоким толчком жестко кончает, выстреливая свой заряд глубоко в меня.

Мое тело замедляется, и когда толстый, бархатистый член вынимают из моих губ, мое тело опускается вперед от изнеможения. Я ударяюсь о твердую грудь, и он поддерживает меня, пока его брат медленно выходит из моей задницы, проявляя осторожность и относясь ко мне со всем видом уважения.

У меня перехватывает дыхание, когда я утыкаюсь лицом в тело подо мной, пытаясь найти в себе силы подняться, но я никогда не была такой измученной. Я знаю, что пришла сюда с намерением повеселиться, но это не совсем то, что я имела в виду. Однако это было невероятно и гораздо лучший план, чем тот, который я придумала.

Проходит мгновение, прежде чем чьи-то руки обхватывают меня за талию, отрывают от их брата и помогают подняться на ноги. Повязка на глазах остается, когда мне через голову натягивают просторную рубашку, которая спадает до колен, прикрывая меня. Я вздыхаю, ощущая исходящий от меня запах Маркуса. Когда повязка сползает с моего лица, я обнаруживаю его стоящим передо мной, в то время как Роман и Леви уже сидят на краю крыши с напитками в руках и свесивши ноги над городом. Вздыхая, я понимаю, что никогда не смогу разобраться, кто где был во время всего этого опыта.