Кость в горле 2. Первая невеста (СИ) - Верескова Дарья - Страница 63

Эдмун Тенбрайк устало кивнул и попросил принести ему укрепляющий чай.

— Объясните, пожалуйста, почему вы считаете, что ребенок, которого носит Доротея, не ваш?

— Я не могу такое обсуждать при вас, Ваша Милость! Вы благородная юная девушка, и я не допущу, чтобы такие разговоры проходили в вашем присутствии.

То есть при мне он обсуждать подобное не готов, а при Доротее мог? Почему-то это рассердило меня.

— Прежде всего, я глава семьи Торнхар. Пожалуйста, объясните, что вы имеете в виду, иначе я вновь подниму вопрос о вашем браке с моей сестрой.

Фредерик Тенбрайк отчаянно покраснел и выдавил из себя:

— Миледи Доротея и я были близки всего дважды. И оба раза я… очень внимательно следил, чтобы никаких последствий не было.

Я прекрасно понимала, что он имел в виду. Доротея сидела рядом со мной, красная как свекла, и избегала взглядов всех присутствующих, особенно Эдмуна Тенбрайка.

— Ваша Светлость, если вы позволите. Доротея утверждает обратное. Мы ведь можем выяснить правду, отправиться к маг-медикам и установить, совпадают ли биологические ритмы вашего сына с ребенком, — предложила я компромисс.

Эдмун Тенбрайк реагировал с удивительным равнодушием, словно его не волновал исход проверки.

— Фредди? — герцог обратился к сыну, давая ему выбор.

— Я женюсь на миледи Доротее, только если подтвердится, что это мой ребенок, — решительно ответил Фредерик.

— Извините, мне нужно отлучиться, — тихо попросила я, и, дождавшись кивка, увела Доротею в сторону.

— Это то, чего ты хочешь? Я повторяю, мы можем принять этого ребенка в семью и не связываться с Тенбрайками, раз они не хотят иметь с нами дела.

Доротея долго молчала, но затем на её лицо вернулось упрямое воинственное выражение, и она твёрдо кивнула:

— Да, это то, чего я хочу.

Решение было принято. Тем же днём мы отправились в лучшую частную маг-клинику Брайморалла. Сопровождать нас вызвался Оливер, и сейчас он сидел рядом со мной в широкой коляске. Прохожие бросали на нас любопытные взгляды, некоторые улыбались, вероятно, думая, что мы с Оливером "миримся". Оливер, казалось, был совсем не против этого и, наоборот, всячески старался ухаживать за мной — подавал руку, придерживал двери и прочее.

Когда я появилась в клинике, девушка, сидящая в приемной, вежливо улыбнулась и спросила мое имя и цель визита. Через полчаса маг-медик по очереди просканировал Доротею и Фредерика, постоянно записывая результаты в свой журнал.

Нас посадили в маленькой приемной, мама нервничала настолько, что ее почти трясло. Она опасалась нового скандала и беспокоилась о том, сколько людей видели нас вместе у входа в клинику. Доротея и Фредерик тоже были в напряжении, обмениваясь почти враждебными взглядами — если они в итоге окажутся семейной парой, им будет очень непросто.

Наконец, через час маг-медик вышел из своего кабинета и протянул мне и Эдмуну Тенбрайку по листу бумаги.

Фредерик Тенбрайк не являлся отцом ребенка Доротеи.

11.4

Доротея выглядела ошеломленной.

— Насколько я могу быть уверена в этих результатах, — тихо шипела я на Эдмуна Тенбрайка в приемной, когда медик ушел.

— Я бы не стал врать вам о подобном, миледи Торнхар. Но вы можете провести независимую проверку на своих землях, если не доверяете мне. И если бы ваша сестра носила моего будущего внука, я ни за что бы не отказался от них.

Возвращались мы в полной тишине, Доротея и мама не поднимали глаз от пола, боясь реакции окружающих, а Фредерик Тенбрайк лучился самодовольством, так как его слова оказались правдой. Я же держала голову прямо, но про себя думала о том, как по возможности замять скандалы - все видели нас в поместье Тенбрайк и посещающих клинику. Интересно, Доротея знала, что Фредди не отец? Почему-то мне казалось, что нет, иначе она не отправилась бы с нами так уверенно к маг-медику.

Оказавшись в поместье Тенбрайк, все, чего я хотела, это побыстрее убраться и начать решать с Доротеей вопрос того, кто же на самом деле отец ребенка, и что вообще случилось. Но герцог настоял на том, чтобы мы остались на ужин, подготовка к которому заняла целый день.

До ужина оставалось еще несколько часов, Доротея пожаловалась на головную боль, поэтому мне пришлось отложить наш разговор. Я же решила воспользоваться возможностью и прогуляться по живописным улочкам Брайморолла, ревниво осмотреть их дороги, торговые ряды, озеленение, ресторации и даже систему ливневой канализации.

Во время прогулки ко мне и Франсис присоединился Оливер, и сделал это на глазах у большого количества людей, так, что я не могла его просто отослать. Франсис, поняв что мы продолжим прогулку вместе с ним, теперь тактично шла позади нас.

— Извини, что так получилось, — произнес Оливер. — Я понятия не имею, как они смогли скрыть это от всех.

— Не важно, — пробормотала я. Надеюсь, он не считает, что я сейчас при нем буду обсуждать семейные проблемы? — Простите, я не собираюсь с вами обсуждать личную жизнь моей сестры. Я могу вам чем-то помочь?

— Я всего лишь хотел показать тебе нашу столицу, раз уж ты решила отправиться на прогулку. Буду вести себя идеально, обещаю.

Меня не устраивало то, что он обращался ко мне на ты и делал вид, что мы друзья, но в остальном маркиз действительно вел себя идеально. Те эмоции, которые я испытывала от его измены с Доротеей давно улеглись, как будто все это было в прошлой жизни.

Гулять с Оливером по Браймораллу оказалось неожиданно весело: он знал истории почти каждого дома в центре города, рассказывал о грабежах, пожарах и запретных зельях, которые когда-то готовили там. Это было довольно весело, мой бывший жених также проводил меня до местной ярмарки и купил мне самый отвратительный десерт, который я пробовала в своей жизни. Глядя на моё кислое лицо, он весело смеялся, говоря, что в составе десерта находится очень редкий фрукт, который половина людей ненавидит и другая половина обожает.

Все это время Оливер был очень обходительным, постоянно подавал мне руку на неровных участках дороги, следил за тем, чтобы никто в толпе случайно не толкнул меня и даже не забывал включать в разговор скучающую Франсис. Вкупе с его потрясающей внешностью это очень подкупало, я видела, что юные девушки буквально таяли, видя его, а более взрослые женщины часто поворачивали голову вслед будущему герцогу.

Вернувшись в поместье, мы застали там встревоженную матушку: она сказала мне, что Доротея и Фредерик уединились и сейчас разговаривали на повышенных тонах. Я не хотела в это вмешиваться, пусть разберутся, но Оливер тут же устремился в комнату, где они спорили, и я последовала за ним.

— Делаешь вид, будто не знаешь меня, даже не навестил, не проверил после всего того, что случилось! Зачем тогда ты писал мне, зачем приглашал, давал ложную надежду?