Кость в горле 2. Первая невеста (СИ) - Верескова Дарья - Страница 90

Я кивнула, сглатывая ком вины, застрявший в горле, в глазах защипало.

Я действительно не видела королевство своим, не заботилась о нем. Я даже не особо заботилась о графстве Уайтхолл, которое также было моим, застряв мыслями в Торнтри, продолжая думать о том, как улучшить экономику баронства, точно зная, сколько денег в казне и все следующие проекты на годы вперед.

Это было эгоистично и удобно для меня, а ведь в королевстве столько мест, которые остаются незамеченными, столько удаленных деревень, таких как Мокт, умирающих. Каждый год организуется как минимум три эвакуации, и, возможно, это изменится теперь, когда мы начнем производство искусственных источников.

Феликс разрывался на работе, я почти никогда не видела его днем, а теперь еще и ночью. Конечно, с ним работала целая система помощников, но именно из-за этой системы многое просто не доходило до короля. Королевы редко влезали в государственные дела на таком уровне, но я знала, что Феликс видел во мне нечто большее, ту, которая будет для него поддержкой и опорой, а не просто женой, занимающейся дворцом.

Пора проснуться и поставить себе новые цели. Последние годы я выживала, скрывая свой дар, спасая свое баронство, втянутая в заговор против хранителей. Но сейчас начиналась новая глава моей жизни, и только от меня зависело, смогу ли я сделать её счастливой и принести в этот мир что-то хорошее. Я должна отдавать, а не только брать.

И я начну с Феликса. С моего мужа.

Ночью я открыла дверь между нашими спальнями и обнаружила короля занятым, работающим за столом. Он удивлённо посмотрел на меня, а я широко и уверенно улыбнулась, не стесняясь, несмотря на то что была абсолютно нага.

Счастье в глазах Феликса стало моей главной наградой, и я не могла поверить, что так долго тянула с этим.

Эпилог

Пятнадцать лет.

Пятнадцать лет у меня ушло на то, чтобы разгадать загадку кольца с координатами.

За это время мы смогли найти Бриксию, а вместе с ней и две другие страны, с которыми она делила границы. Эти три королевства тоже считали себя единственными в мире и были шокированы, узнав, что в полутора неделях пути от них находятся другие развитые государства. Я мечтала быть там во время первого контакта, но об опасности такого уровня мне пришлось давно забыть и довольствоваться рассказами Алистера — о том, как фермеры приняли их за разбойников, как их пленила королевская гвардия, как в тюрьме они рисунками и жестами объясняли, что пришли с миром, из другой страны на востоке, и что, если их не отпустят, за ними придет огромная армия. И нет. Пустошь не защитит Бриксию от этой армии.

Коридор в Бриксию из Валледа стал постоянным, приобрел пять небольших искусственных источников, и постоянно поддерживался группой обслуживания. Монолиты оставались такими же нестабильными, хотя исследования на эту тему никогда не прекращались. Сама природа бунтовала против искусственных источников: растительность была агрессивной, земля с трудом поддавалась обработке и оставалась неплодородной. Требовались значительные усилия на орошение, борьбу с агрессивной растительностью и постоянную починку башен из форсадита и металла.

А ведь после того как первый источник был установлен в герцогстве Гроан, ходили слухи о том, что скоро хранители будут не нужны, что искусственные источники заменят настоящие. Но это оказалось не так, хотя монолиты и оказали существенную помощь — людям больше не нужно было бояться, что пустошь поглотит их дома.

Валлед стал лидером по производству искусственных источников, хотя после истечения первого контракта начались проблемы — талассцы больше не хотели продавать форсадит в тех же объемах, теперь, когда дела в империи улучшились. В ответ на это Феликс угрожал не только прекратить торговлю с империей, но и отрезать коридор в Бриксию, который использовали все государства. С учетом того, что женой принца Ланселя была именно бриксонка, аргумент оказался успешным и конфликт затих, даже не начавшись.

В западных государствах люди не пропадали, никто не знал об искусственных источниках, и расследование заговора против хранителей зашло в тупик. Мы так и не смогли выяснить, кто стоял за похищениями, но я почти не сомневалась, что за схемой стоял такой же попаданец, как и я. Нужно продолжать исследования на восток, в Аракию, и искать ответы там, а может и дальше, а не среди западных государств. Но пока нам не за что было ухватится.

В Бриксии мы смогли получить доступ к архивам и расширить имеющуюся карту мира. После того как я использовала почти все свои осколки и всегда была готова их заряжать, изначальная территория Валледа была быстро отмечена на картах, но ни один из родов, даже самых древних, не подходил под имеющийся знак на кольце. Только в Бриксии, после того как были установлены стабильные отношения, нам подсказали, где искать территорию этого рода.

Я отправилась туда самостоятельно со своим старым отрядом — не могла иначе. Не после того, как потратила годы на загадку кольца с координатами. Джоэл теперь был настоящим профессионалом, он выполнял эту работу тысячи раз и быстро определял, в какую сторону нам двигаться. Мы продолжали находить старые зачарованные артефакты, но все это было не тем.

А потом мы нашли старый алтарь со знаком, который я не могла игнорировать — ноль градусов. И тогда я поняла, что нашла ее, отправную точку.

Следуя теории Хораса Тенбрайка, я повернула сначала на восток, а потом на север, и на рациканах мы быстро достигли цели. Присутствие Джоэла значительно упрощало задачу — он чувствовал артефакты в земле на расстоянии, и мы без проблем нашли очередной погребенный храм.

Дар воды послушно льнул к рукам, после многих лет тренировок и практики, вычищая храм от ненужного песка, вымывая его наружу, и вскоре мы смогли спуститься вниз, где под одной из плит обнаружили зачарованный тайник с журналом.

Я знала, чувствовала, что нужно было возвращаться. Я нашла то что искала, а дома, в Валледе, меня ждала огромная семья и куча обязанностей. Отпуск закончился.

Феликс был против этой поездки и считал, что Алистер прекрасно справился бы один, но я была непреклонна. Опасность похищения всегда существовала, но почти все в мире думали, что муж подобрал мне неизвестный смертельный артефакт защиты. После того как трое моих похитителей за первые пять лет брака таинственно истекли кровью и я спокойно вернулась во дворец, попытки нападения значительно сократились. Но Феликса беспокоило не это, а то, что путь туда и обратно займет больше двух недель, плюс время на поиски артефакта, и что я буду вдали от семьи, вдали от наших пятерых детей. Вдали от него.

Я утопала в его любви и внимании. Феликс, казалось, всячески пытался компенсировать мне “неромантичность” нашего сближения, того, что у нас не было нормальной свадьбы. Он приказал сделать из моей спальни кабинет, и вопреки всем протоколам мы официально жили в одной комнате. Крыло дворца, в котором мы обитали, со временем полностью переделали, чтобы удовлетворить мои требования к купальням — я мечтала о современной ванне с подачей теплой воды, и сделала несколько набросков, которые муж нашел и решил воплотить в жизнь. Иногда Феликс также позволял себе сделать вид, что мы обычные люди — находясь под артефактами изменения внешности и обвешанные защитными амулетами с ног до головы, мы посещали театры, ярмарки и новые ресторации.