"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 669

Мэтт потратил минуту, чтобы осознать ситуацию. Наконец, сообразил. Кивнул головой и пошел к двери.

Двое раненых встали у парадных окон, взведя арбалеты. Остальные четверо построились у выхода: Кол с Мэттом впереди, Инжи с ростовщиком – сзади. Анна Грета и Рина зажгли несколько факелов и расположились у окон.

– Готовы, парни?

Никто не был готов. Повисло хмурое молчание.

– Тьма вас сожри! Он один, раненый в пузо! Нас – семеро! Мы выйдем и выпустим его потроха! Да или нет?

– Да… Да…

– Заколем, как свинью! Увидим цвет его кишок! Это он, сука, должен нас бояться! Да или нет?!

– Да.

– Не слышу!

– Даааа!

– Тогда марш!

Кол стукнул по щиту.

Раненые распахнули ставни и присели, положив арбалеты на подоконники. Женщины швырнули в двор факела. Мэтт распахнул дверь и ринулся наружу. С ним – Кол, следом – Инжи и муж Анны Греты. Четверка высыпала на крыльцо и остановилась, оглядывая двор.

Два факела погасли в снегу, другие два еще горели. Багряный свет плясал на борту фургона, на кладке колодца, поленнице у сарая. Отражался в глазищах все еще запряженных лошадей, озарял кусок подъездной дороги, но до ворот не доставал. Ворота, частокол, собачья будка, конюшня терялись во мраке. Освещалось лишь пятно земли между крыльцом, сараем и фургоном. В пределах этого пятна врага не было.

– У него есть арбалет?.. – прошептал ростовщик.

– Нету, – рыкнул Кол.

– Точно?

– Точно нет, баран! Наступаем! Обходим фургон – заглядываем внутрь. Обходим сарай – заглядываем внутрь. Держимся вместе. Только высунется – порвем!

Прислушиваясь к каждом шороху, они спустились с крыльца. За их спинами хозяин трактира занял позицию в дверях, держа топор наготове. Вместе с двумя арбалетчиками он должен был остановить врага, если тот сунется в трактир.

Четверка сошла с крыльца и приблизилась к фургону. Прикрываясь щитом, Кол выглянул: за фургоном никого. Дал знак ростовщику, и тот копьем откинул полог. Кол вскинул топор, Мэтт – булаву. Внутри тоже никого, лишь тени пляшут по матерчатым бортам.

– Сарай.

Держась группой, они двинулись к сараю. На удивление, четверка вполне терпимо держала строй, только Мэтта заносило вправо, а ростовщик норовил уколоть копьем задницу Кола. Дико озираясь, пересекли дорогу, проверили поленницу, заглянули за сарай. Никого.

Распахнули дверь и озадаченно застыли. В сарае царила непроглядная тьма.

– Неси факел.

– Кто?

– Да ты неси, ты! Шустро!

Согнувшись чуть не до земли, ростовщик сбегал за факелом, принес, сунул в двери сарая. Все пригляделись, прислушались: ни тени, ни звука.

– Может, он того… совсем сбежал?.. – предположил Мэтт.

– Может. Крышу проверь.

– Что проверить?

– Крышу сарая! Лезь на поленницу и глянь!

Мэтт полез. Инжи держал наготове пару метательных ножей, муж Анны Греты выставлял копье, а Кол оглядывался по сторонам. Было тихо. Ни звука, кроме шороха ног о поленья.

– Тихо как… – прошептал ростовщик. – Аж говорить страшно…

– Так и заткнись!

Парочке тоже не нравилась тишина. Он не мог понять, в чем опасность, но чувствовал: так не должно быть.

– Я залез, – шепнул сверху Мэтт.

– Глянь на крышу.

– Просто глянуть?

– Нет, башку булавой прикрой! Баран…

Мэтт грозно поднял булаву, из-под руки зыркнул на крышу.

– Никого… вроде…

Пригляделся.

– Точно никого.

– Слезай.

И снова тишина. Только Мэтт сопит, да громко дышит ростовщик. Да у ворот звякнула цепью собака… Вдруг Парочка понял, что не так. Собака не лает! Должна бы – но нет!

Он не успел ничего сказать. Раздался звук, от которого кровь застыла в жилах. Истошно, кошмарно заржала лошадь.

– Конюшня! – заорал Кол.

Он ринулся туда. Мэтт сиганул с поленницы и побежал следом, а Инжи – за ним, забыв о собаке. А ростовщик вопил: «Куда?.. Куда?!», а лошадь все ржала, надрываясь от ужаса, и остальные вторили ей. Упряжная пара рванула с места, дернув фургон. Инжи едва не попал под колеса, отпрыгнул, налетел на Мэтта.

– Конюшня горит!..

Верно: в щелях плясали огоньки, отовсюду валил дым.

– Он там! Хочет сжечь лошадей, чтобы мы не сбежали!

Кол первым подлетел к дверям конюшни. Ему хватило ума откинуть засов и сразу прыгнуть в сторону. Створка распахнулась под ударом копыта. Обезумевшие кони вырвались во двор, понеслись, не разбирая дороги. У одного пылала грива – он унесся во мрак, заходясь воплем от ужаса…

Но Кол сумел сохранить хладнокровие среди этого хаоса. Едва последняя лошадь умчалась из конюшни, он поднял щит и встал перед дверью.

– Теперь выйдет этот гад – или сгорит заживо! Мэтт, ко мне!

Крестьянин встал возле дезертира. Им в лица дышало пламя, бушующее в конюшне. У врага не оставалось иного пути, кроме как выйти им навстречу.

– Что тут случилось?! – испуганно спросил кто-то.

Парочка оглянулся, ожидая увидеть мужа Анны Греты. Но то был плюгавый хозяин трактира.

– О, боги! Кони живы?!

– Да живы, но почему ты здесь? Ты должен стеречь вход!

Возможно, плюгавый смог бы объяснить свой поступок, но не успел. От колодца отделилась тень, за секунду преодолела десять футов и встала в полный рост за спиной хозяина.

– Обернись!.. – крикнул Инжи.

– Куда?.. – удивился хозяин.

Враг дал ему целый лишний вдох – видимо, счел это забавным. Хозяин трактира разглядел лицо Инжи, прочел испуг в его глазах. Наконец, понял, и начал оборачиваться… Вот тогда острие меча выросло из его груди. Исчезло, выросло снова. Исчезло. Плюгавый рухнул на колени. Враг – черный силуэт в отблесках пламени – занес клинок и одним ударом снес голову хозяина.

Прежде, чем тело упало на землю, Парочка метнул нож. И второй. И третий.

Враг отбил мечом первый и второй. Ножи искрами разлетелись в стороны. Отшатнулся от третьего. Бросил руку на пояс…

Инжи прыгнул в сторону, и кинжал свистнул у самой щеки.

Нога подвернулась, он едва устоял. Враг зашагал к нему, небрежным движеньем поднимая меч.

Инжи взвесил на ладони четвертый нож – последний. Взмахнул рукой – обманка! Враг вскинул меч для защиты, Инжи метнул нож левой, снизу, от колена, целя под нижний краг кольчуги.

Враг споткнулся, ухватил рукоять кинжала, засевшего в бедре.

– Ааааа! Сдохни, сука!

Мэтт и Кол налетели на него с дикими воплями. Атаковали с двух сторон, обрушили град ударов булавы, топора, щита. Он попятился, согнулся, неуклюже поднял меч, спасая голову. Получил свирепый удар, упал в снег.

Инжи позволил себе выдохнуть, усмехнулся в усы. Хорош был боец, да отвоевал свое. Как там его звали – Лед?..

Кол нагнулся над врагом, чтобы взмахом топора довершить дело. Но вдруг как-то странно дернулся, выронил оружие. Неуклюже побрел в сторону, шатаясь на каждом шагу. Руки он прижимал к животу.

– Ой… – сказал Кол. – Ой…

Заметив Инжи, Кол двинулся к нему. Парочка попятился.

– Ой… Мама… Ой.

Дезертир разжал ладони. Внутренности высыпались из распоротого брюха.

Не зрелище привело Парочку в ужас – человечьей требухой Инжи Прайса не напугать. Скорость – вот что было жутко. Он даже не заметил удара, вспоровшего Колу живот! Смотрел прямо туда – и не заметил! Боги, никто не может так быстро!..

Парочка побежал. У конюшни еще длилась схватка. Мэтт замахнулся булавой, лежащий враг пнул его по коленям, отбросил, встал. Пошел на крестьянина, тесня назад – прямо в бушующее пламя. Но Парочке не было дела. Он мчался к спасительным дверям трактира, моля богов дать ему добежать до цели. На подъездной дороге поскользнулся, упал в пятно теплого и мягкого чего-то… Каша из плоти, ткани, костей. Все, что конские копыта оставили от мужа Анны Греты. Парочка завопил, оттолкнулся, взрыл ногами кровавый снег. Взбежал на крыльцо, спотыкаясь о каждую ступень, влетел в дом, захлопнул дверь, навалился всем телом. Задвинул щеколду – и сполз на пол.

– Что там? Что там?! – закричала Рина, тормоша его за плечи.