Ямато. Японский императорский дом - Шляхов Андрей Левонович - Страница 36

Очень скоро выяснилось, что изменение статуса даймё не решает проблемы разобщенности страны. Да, вся земля перешла в собственность императора, а бывшие владетельные правители стали его служащими, но менталитет невозможно изменить в одночасье – даймё продолжали править так же, как и раньше, думая только о своих интересах, а пребывание сюзеренов на прежних местах внушало бывшим вассалам мысль о том, что ничего, в сущности, не изменилось. Правительству пришлось идти дальше. Императорским указом от 29 августа 1871 года княжества были упразднены, а вместо них введены префектуры, которыми управляли назначенцы-губернаторы, не принадлежавшие к местной знати. Лишившиеся должностей даймё должны были переехать на жительство в Токио, чтобы быть на глазах у правительства и не иметь возможности замышлять недоброе. Горькую пилюлю подсластили одним процентом годового дохода от бывших владений, такая была установлена им пенсия.

Правда, право частной собственности на землю было возвращено подданным уже в 1872 году вместе с отменой запрета на куплю-продажу земли. Эта мера способствовала как развитию сельского хозяйства, так и развитию промышленности посредством стимулирования капитального строительства.

С самураями тоже нужно было что-то делать, но осторожно, поскольку они привыкли чуть что хвататься за мечи. О благородных самурайских традициях можно рассуждать сколько угодно, но попробуйте представить себе жизнь в обществе, где, чихнув не в том месте и не в то время, человек рисковал быть изрубленным на куски даже при условии принесения всех сообразных извинений – оскорбленный мог счесть, что обидчик принес извинения неискренне, и смыть оскорбление его кровью. Но это так, к слову.

Указом от 25 июня 1869 года было учреждено два привилегированных сословия – титулованное дворянство кадзоку и нетитулованное дворянство сидзоку, к которому причислили средних и мелких самураев. Дворянство поначалу содержалось за счёт государства, но эти пенсии поглощали треть государственного бюджета, поэтому в 1873 году вышел «Закон о возвращении пенсий Императору», по которому в обмен на отказ от пенсий выплачивались единовременные премии, а тремя годами позже пенсии дворянству были отменены совсем, без компенсаций. Практически одновременно самураям запретили носить мечи и теперь уже благородного самурая было невозможно отличить по внешнему виду от простолюдина.

В январе 1873 года была введена всеобщая воинская повинность, касавшаяся всех мужчины, достигших двадцатилетнего возраста. От службы в армии освобождались главы семей, государственные служащие и студенты вузов. Также была возможность откупиться от службы официально за двести семьдесят нововведенных иен. Сейчас на эти деньги можно купить полкило риса, а тогда золотое содержание одной иены составляло семьсот пятьдесят миллиграммов чистого металла, так что многим проще было отслужить положенные три года. Так у императора и его правительства появилась своя армия. Одно дело – рассчитывать на свою армию, и совсем другое – надеяться на военную помощь даймё.

Пожалуй, самыми важными реформами можно считать те, что проводились в области образования, ведь они являлись вкладом в светлое будущее страны. В 1871 году было создано Министерство культуры, которое отвечало за сферу образования. Планы были большими, но на первых порах пришлось ограничиться всеобщим начальным образованием. Поощрялось учреждение частных учебных заведений. В 1877 году был основан Токийский университет, а префектурах создавались педагогические институты… В современной Японии более пятисот университетов, но государственный Токийский университет продолжает считаться самым престижным. Правда члены императорской семьи учатся в другом заведении – в частном аристократическом университете Гакусюин.

От зарубежных историков нередко можно услышать, что благодаря Обновлению Мэйдзи Япония «перепрыгнула из средневековья в Новое время». Это неверная формулировка. Правильнее будет сказать, что Япония повернулась лицом к миру. Изменилось буквально все, вплоть до образа жизни японцев (мы сейчас упомянули только о самом важном). Разумеется, не обошлось и без перегибов. Люди перенимали западные привычки не потому, что они им нравились (свое, привычное всегда удобнее), а для того, чтобы продемонстрировать приверженность всему передовому, приверженность реформам. Но западное не всегда было передовым, да и вообще, говядину следует есть в том случае, если нравится ее вкус, а не для того, чтобы пустить пыль в глаза окружающим. Император Мэйдзи отменил запрет на употребление мяса в 1872 году. Не потому, что сам любил говядину или баранину, а для блага общества, которое как губка впитывало западные ценности и привычки. Кроме того, считалось, что регулярное употребление мяса сделает японскую нацию здоровой и сильной, но, как выяснилось впоследствии, традиционное японское меню с точки зрения здоровья гораздо предпочтительнее западного.

Кстати говоря, на торжественных обедах императоры обычно ничего не ели, а всего лишь притворялись, что едят, постукивая палочками по подносу. Во-первых, правителю считалось не совсем приличным есть на глазах у подданных, а, во-вторых, в японской традиции наслаждение от созерцания красиво сервированной еды стоит выше наслаждения ее вкусом. Император Мэйдзи нарушил древнюю традицию, публично отведав говядины в 1873 году (и у нас нет никаких сведений о том, что говядина ему нравилась, просто нужно было продемонстрировать, что поезд японской истории теперь катится по новым рельсам).

Император мог гордиться тем, что к 1890 году Япония стала первой восточноазиатской страной, которая имела конституцию, парламент и независимую судебную систему, во главе которой стоит Верховный суд, основанный в 1875 году.

Императорская власть в свете Конституции Мэйдзи и «Закона об императорском доме»

Императорской власти посвящена первая глава первой японской конституции, обнародованной 11 февраля 1889 года. Конституцию зачитали в императорском дворце в присутствии императора, высших сановников и представителей иностранных государств. Эту конституцию принято называть Конституцией Мэйдзи.

«Японская империя должна управляться и над нею должна царствовать непрерывная во веки веков линия императоров, – с этой фразы начинается текст конституции. – Императорский престол должен переходить по наследству к мужским потомкам императора, согласно постановлениям закона об императорском доме. Император есть лицо священное и неприкосновенное. Император есть глава империи, соединяющий в себе права верховные и осуществляющий их в согласии с постановлениями настоящей конституции. Император осуществляет законодательную власть с согласия императорского собрания (парламента). Император дает законам свое утверждение и распоряжается об их обнародовании и исполнении. Император созывает императорское собрание, открывает, закрывает, отсрочивает его и распускает палату депутатов…».

В чрезвычайных случаях, когда речь шла о предотвращении общественного бедствия или защите безопасности общества, император мог издавать вместо законов высочайшие повеления, которые впоследствии рассматривались на ближайшей сессии парламента. При этом оговаривалось, что никакое распоряжение императора не может изменять существующие законы. Формально раньше император стоял над законом, а теперь закон встал над императором.

Император объявлялся верховным главнокомандующим армией и флотом, ему предоставлялось право объявлять войну и заключать мирные и прочие договоры.

Самой приятной императорской обязанностью, или, скорее – привилегией, было право пожалования дворянства, почетных званий и наград, а также право дарования амнистии и помилования.

Конституция предусматривала регентство, которое должно было от имени императора осуществлять принадлежащие ему права. Во избежание различных злоупотреблений в Части седьмой Конституции, содержащей дополнительные правила, оговаривалось, что во время регентства ни в Конституцию, ни в закон об императорском доме не могут быть внесены никакие изменения.