Загадочная подсказка - Гилберт Виктория - Страница 40

Нет, меня приводила в замешательство ее очевидная неприязнь к семье Алленов. Если она была одной из лучших подруг Эшли, с чего бы ей ненавидеть ее семью?

«На то есть лишь две причины», – размышляла я, садясь в машину, чтобы отправиться домой. Возможно, Эшли тоже презирала их, что подтверждало версию о разладе в семье, которая могла привести к убийству. Может, мнение Иви совпало с мнением Эшли и она просто поддерживала подругу.

«А не исключено, – отъезжая от ресторана, возразила я сама себе, – что несмотря на ее уверения, Иви невзлюбила семью Эшли, потому что стала ненавидеть и саму Эшли».

Глава 34

В пятницу я решила сделать перерыв в составлении каталога и подняться на чердак, чтобы продолжить инвентаризацию всей коллекции. Каталогизация требовала внимательности, и после нелегкой недели, которая у меня выдалась, я не могла как следует сосредоточиться, чтобы все сделать как надо.

До того как идти наверх, я переговорила с Лорен, которая сообщила, что они с Кэмом собираются все утро гулять по садам и составлять список того, что необходимо утеплить к зиме, для чего планировали нанять ландшафтную компанию. Заглянув на кухню выпить чашечку кофе, я увидела, что Дия с Матео готовят фургон для поездки на местный фермерский рынок.

– Раз Кэм и Лорен ходят по территории, мы не включаем сигнализацию, – сообщила Дия. – Но не волнуйтесь, главные ворота будут заперты. Если кто-нибудь попытается проникнуть на территорию поместья, установленная по периметру сигнализация автоматически вызовет полицию.

– Спасибо, так мне спокойнее, – поблагодарила я, кладя сотовый на стойку, чтобы налить немного сливок в кофе.

– В любом случае мы скоро вернемся. Рынок недалеко, – подал голос Матео, надевая темный шерстяной пиджак.

– Уверена, ничего не случится, – и я пожелала Дии и Матео удачных покупок.

К середине утра я успела ознакомиться с некоторыми частями коллекции, включая работы Джозефины Белл, Марджери Аллингем и Фиби Этвуд Тейлор, которая также использовала псевдоним Элис Тилтон, когда мне пришло в голову, что большинство представленных авторов – женщины. Я подозревала, что Кэм намеренно поступил таким образом. Возможно, он действительно хотел сделать упор на женщин-авторов детективов в исследовательской коллекции, которую надеялся создать для других исследователей. «Или не исключено, – подумала я, – что эти материалы было получить гораздо легче, чем первые произведения и прочие документы, имеющие отношение к знаменитым авторам мужчинам».

Независимо от истинных причин я была рада, что работы этих писательниц, возможно, широко известных в свое время, но сегодня по большей части забытых, сберегли для потомков. И конечно для изучения. За время работы в читальном зале я узнала, что подобные точно задокументированные коллекции могут стать кладезем информации для ученых и других исследователей.

Занося в электронную таблицу всю необходимую для инвентаризации информацию, я не переставала размышлять обо всех противоречивых обстоятельствах дела об убийстве Эшли Аллен. Настоящая головоломка, многочисленные кусочки которой еще не сложились воедино, чтобы создать четкую картину.

Эшли подвела Матео и Брендана, пообещав поддержку в их бизнес-проектах, но не выполнила обещания. Она бросила их обоих, и это привело к ужасным последствиям: банкротству в случае с Матео, а в случае Брендана – унижению из-за того, что он подвел коллег.

Она также бросила Тристана, без сомнения, нанеся ущерб его карьере, а вдобавок и сердцу. Рена упоминала, что Эшли до конца года оплатила аренду помещения для студии Тристана, но я подозревала, раз они расстались, она отказала ему в финансовой поддержке. Так что по истечении года Тристану пришлось бы покинуть студию, даже если бы Эшли все еще была жива.

Затем Иви, которая, судя по всему, была влюблена в Тристана. Трудно сказать, отвечал ли он ей взаимностью или его интересовала лишь интрижка. Но она, безусловно, могла прикрывать его. Не исключено, что она стала его сообщницей, даже если это произошло постфактум. Если так, не она первая предала бы друга, оказавшись в любовном треугольнике.

Не стоило забывать об Алленах, которые могли быть замешаны в этом деле из-за наследства, оставленного Эшли. Хотя Рена утверждала, что Эшли планировала поделиться тем, что завещала ей бабушка, доказательствами служили лишь слова самой Рены, и все. А поскольку сестра Эшли была одним из бенефициаров, ее настойчивое заверение в том, что убийцей был Тристан, могло оказаться способом отвести подозрения от себя и своих родителей.

Конечно, я помнила и о Кэме. Он был самым последним бывшим парнем Эшли, и люди видели, как они спорили на приеме. Кроме того, он знал, как передвигаться по Эйркрофту незамеченным, и после окончания мероприятия по сбору средств его видели неподалеку от библиотеки. Да, он утверждал, что всего лишь повторно активировал систему безопасности, но в понедельник утром сигнализация оказалась выключена. Значит, или кто-то другой действовал за спиной Кэма и отключил систему, или ее вообще не включали. Возможно, Кэм забыл активировать систему после того, как снова натолкнулся на Эшли и в приступе ярости убил ее. Он вполне мог придумать версию о системе безопасности позже, просто как оправдание своего присутствия в коридоре рядом с местом убийства.

Надо признать, на первый взгляд казалось, что у Кэма не было такого серьезного мотива, как у некоторых других. Но опять же, не стоило забывать о секрете, о котором упоминала Лорен. Будучи пьяным, Кэм о чем-то проболтался Эшли, открыл некую тайну, из-за которой – вернее, из-за угрозы раскрыть ее – мог пойти на убийство.

В тот самый момент, когда эта мысль появилась в голове, в комнате раздался громкий щелчок. Я отложила книгу, которую держала в руках, и направилась к двери, откуда, как оказалось, и исходил звук.

Подергав ручку, я поняла, что дверь заперли снаружи ключом, который я по неосторожности оставила в замочной скважине. Конечно, я не ожидала, что кто-нибудь вот так закроет ее, тем более что обычно никто, кроме меня и Кэма, не поднимался на чердак.

«Хотя нет, не совсем. Вероятно, Дия или кто-то из ее временных сотрудников приходят сюда убираться». Колотя по толстым деревянным дверным панелям, я кричала, что работаю на чердаке и меня нужно выпустить.

Ответа не последовало. Я снова крикнула, но, не услышав шагов на лестнице, предположила, что тот, кто запер дверь, уже исчез.

Она была слишком толстой, чтобы мои кулаки или ноги могли оставить хоть какую-то вмятину. Тяжело дыша, я отступила и подбежала к столу в поисках мобильного телефона. Несмотря на то, что Матео и Дия, скорее всего, еще не вернулись с рынка, Кэм и Лорен либо все еще находились в саду, либо, если уже завершили осмотр, зашли в дом.

Но после того, как я остервенело просмотрела бумаги, подвинула книги и ноутбук, я обнаружила, что телефона нет. Мои плечи поникли. Должно быть, я оставила его на кухне, когда готовила кофе.

Подбежав к слуховому окну, я подняла штору, выглянула на подъездную дорожку и обвела взглядом фонтан и лужайку перед домом. Фургона нигде не было. Конечно, Дия и Матео необязательно все еще были на рынке. Они могли припарковать фургон в гараже, который примыкал к одной из сторон особняка.

Тут я заметила незнакомую машину, стоявшую на круге. «Посетитель?» – предположила я, разглядывая автомобиль кремового цвета. Это был небольшой внедорожник, один из тех, что часто встречались на шоссе.

Я постучала в стекло, но, к сожалению, поблизости не было никого, кто мог бы меня услышать. Подбежав к заднему слуховому окну, я попыталась поднять створку, но безрезультатно. Из-за слоев белой краски рама прилипла. Разочарованная таким поворотом, я постучала и в это стекло.

Даже с возможностью лицезреть сады с высоты птичьего полета я не увидела ни Кэма, ни Лорен. «Возможно, они уже отправились в дом», – стиснув зубы, предположила я.

Ругая себя за оплошность, а именно за то, что оставила телефон на кухне, я прошла обратно по комнате. Наклонившись над столом, уперлась ладонями в его усеянную ямками деревянную поверхность и принялась обдумывать следующий шаг.