"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 163

— Что же именно?

— То, что он хорошо знает это место. То, что он был тут, когда Колгрим убил Тарье.

— Ты полагаешь, что это его рука водила ножом?

— Меня бы это не удивило. Тарье был самым умным представителем Людей Льда во все времена. Правда, он не был меченым или каким-то избранным, но имел необыкновенно острый ум. Все говорит о том, что Тарье понял, где находится кувшин с водой зла. А тот, кто сейчас сидит вон там, помешал ему идти дальше. Колгрим был просто орудием, его вассалом.

Тула покосилась на неподвижную фигуру.

— Думаю, ты прав.

Хейке посмотрел на совершенно ровное плато, находившееся по другую сторону обрыва.

— Что будем делать?

— Плюнем на него, пусть сидит там. Продолжим наш путь наверх. Ведь Колгрим спустился бегом по этому склону, не так ли? — спросил он, показав рукой.

— Да, вероятно. А как мы попадем туда? Тула подумала.

— Определенно! — промолвила она. — Мы должны пройти мимо него.

Они посмотрели в другую сторону — гладкая горная стена. Был только один путь на плато, и он шел через вершину скалы. И прошмыгнуть здесь вряд ли удалось бы!

— Мне нужно было взять мандрагору, — произнес Хейке, стиснув зубы.

— Она не поможет. Вспомни о Колгриме, который погиб, имея мандрагору на шее.

— Мандрагора никогда не принадлежала Колгриму. Она никогда не боролась с той тварью.

— Хейке, следи за тем, что говоришь!

Казалось, что после того, как существо на скале было названо тварью, оно раздулось. Затем оно снова уменьшилось до обычных размеров.

— Он слышит все, что мы говорим, — сказал Хейке.

— Нам нужно повернуть обратно?

— Теперь? Никогда в жизни!

— Нет, вот именно, — лаконично сказала Тула. — Нет, никогда в жизни.

— Мы должны попытаться одолеть его.

— Как? Ты здесь не получишь никакой помощи от наших предков.

— Я это знаю. И корень жизни не мог бы, видимо, ничего сделать. Но разве мы не должны чувствовать себя польщенными, Тула? Оттого, что он не дает нам подойти ближе, чем сейчас?

— Мне кажется, мы должны испытать это на себе. Я вновь обращусь к колдовству, и на этот раз дело не обойдется простыми кухонными заклинаниями!

— Да, — согласился Хейке. — И я употреблю все мои чародейские средства. Я взял их с собой достаточно много. Увидим, чего сможем добиться.

— Ты, видимо, намерен заставить исчезнуть его астральное тело? Сломить его силу думать, не так ли?

— Да. Но мы, очевидно, не сможем ничего от него утаить. Посмотри-ка на него!

Это был как раз тот миг, когда мандрагора шевельнулась и царапнула Вильяра — будто слабая мольба о помощи отважным.

Странное существо сидело, как и прежде, согнувшись и с опущенной головой. Но теперь вокруг него клубилось нечто вроде пыли, угрожающе, предостерегающе. Соседство воды Ширы явно его пугало.

— У меня нет желания называть это словом «он», — сказала Тула. — А это… Это просто «оно».

Ее слова не понравились злому созданию. На глазах у них он вырос в размерах.

— Лучше всего быть осторожнее в словах, — тихо сказал Хейке.

Пока они разговаривали, он вынул мешок с колдовскими средствами из сокровищ Людей Льда. Он медленно открыл его, слушая, как Тула пела странные колдовские песни, которые он не понимал. Хейке вспомнил другую лунную ночь на вершине другой скалы. Прошло пятьдесят лет с тех пор, как он и Винга вызвали при помощи волшебных рун и старинных мистических средств Людей Льда серый народ. Тогда впереди у него была жизнь. Теперь у него не осталось ничего. Но он хотел попытаться помочь своим отпрыскам.

Внезапно Хейке замер. Пение Тулы прекратилось, и он понял, что она почувствовала сейчас то же, что и он. Перед ними кто-то стоял. Мужчина, которому, вероятно, не было и тридцати лет. С нежной меланхоличной улыбкой на благородном лице. С темно-рыжими волосами и умными глазами. Он предостерегающе поднял руку.

— Кто ты? — спросил Хейке. Мужчина ответил мелодичным голосом:

— Я — избранник, который должен был получить больше сверхъестественной силы, чем все другие на свете. Но моя жизнь оборвалась, мое время не успело прийти. Я даже сам не знал, что был избранником. Это знал только старый злодей.

Ими овладело глубокое разочарование.

— Но если ты был избранником, то значит, для Людей Льда не осталось больше никакой надежды!

— Не отчаивайтесь, — сказал незнакомец. — Поскольку я был уничтожен, род должен был ждать так долго, так много столетий. Но придет новый, будьте уверены! Возможно, я не мог развиться, чтобы стать достаточно сильным, мы этого не знаем. Но действительно сильный придет.

Тула сказала:

— Я поняла это так, что наши помощники из потустороннего мира ничего не могут сделать здесь, в долине. Что его сила в этом месте слишком велика. Но ты же здесь?

Незнакомец улыбнулся своей печальной улыбкой и покачал головой.

— Я тоже не могу помочь вам. Единственное, что я могу — предостеречь вас. И я делаю это сейчас. Уходите, вы не сможете ничего сделать!

— Теперь мы не можем вернуться, — сказал Хейке. — Но почему же ты здесь?

— Точно так, как твой друг Скиталец определен охранять на юге его место отдыха, так и я должен стеречь тайник. Твой друг там, в Словении, не мог сделать для тебя ничего другого, как держать подальше от места отдыха Сатаны. Я не могу сделать ничего другого, как просить вас одуматься. Если с вами что-то случится, то я не смогу вам помочь.

Они стояли молча. Существо на обрыве не шевелилось.

— Я вижу, что вы не собираетесь прислушаться к моему совету, — сказал незнакомец и криво улыбнулся. — Тогда я могу лишь просить вас: не ведите себя с ним вызывающе! Его власть гораздо сильнее, чем вы думаете. Прощайте — или скажем: «До свидания!» И он исчез. Они стояли как парализованные.

— Да-да, — сказала Тула. — Теперь мы знаем, как выглядел Тарье.

— Это, конечно, был он. Совпадает по всем пунктам. Род возлагал на него огромные надежды. Могу представить себе причину, по которой он не получил свою силу вовремя. Я полагаю, существовало мнение, что он должен был быть во всеоружии в любой области — что он должен был учиться, получить блестящее образование, знать все. И тогда, возможно, проявились бы его сверхъестественные силы. Но злосчастное появление здесь, в долине, Колгрима застало Тарье врасплох, последний был, очевидно, совсем к этому не готов и стал легкой добычей для… того, кто сидит там, на скале, с помощью Колгрима, злобного выродка. Нет, не может быть и сомнений насчет того, кто вложил нож в руку Колгрима. Тарье был же самым злейшим врагом того существа, пока не появилась Шира.

— Ему не понравилось то, что ты назвал его существом, Хейке, — сказала Тула, искоса взглянув на вершину скалы.

— Фу, это же только химера, — нетерпеливо фыркнул Хейке. — Я полагаю, что он не здесь, он только управляет движениями этого существа с места своего отдыха. Тула, и ты, и я испытали на себе его власть, и в обоих случаях это было связано с флейтой! Сейчас у него нет власти — без флейты поблизости!

— Возможно, ты прав, — сказала она, помедлив.

Луна светила сейчас ярко, было видно почти так же хорошо, как днем. Ни у кого из них не было чувства реальности. Они чувствовали себя совершенно безответственными. То, что они делали, не касалось людей за пределами долины. У них было задание, правда, выбранное ими самими, но они собирались выполнить его, чего бы это ни стоило! Они пришли, чтобы разрушить его способность материализоваться и чтобы овладеть ситуацией, далекой от его телесного «я». Если они сумеют это сделать, то путь к опасной воде будет открыт, и они смогут освободить Людей Льда от проклятия, а остальное человечество от страшной опасности: от того, чтобы силы зла установили господство на земле. Но об этом знали только Люди Льда. Хейке и Тула продолжали свой труд, заклиная и парализуя Тенгеля Злого при помощи колдовства. Они размышляли о том, что могли бы сделать, потому что их первые слабые попытки вообще не возымели никакого действия. Хейке посыпал крупинки специально приготовленных магических трав и других снадобий на дорогу, по которой они должны были идти, чтобы уменьшить власть злых сил. Лучшие заклинания духов, сделанные Тулой, оказывались без ответа. Казалось, будто Тенгель Злой сидел и забавлялся по поводу их неуклюжих попыток.