"Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 398

— Я слышал, — сухо заметил Хавгрим.

— Откуда вы прибыли, господин? — поинтересовалась она.

— Не называй меня господином, — с горечью усмехнулся он. — Я пришел со стокгольмской стороны. Но я бродил по стокгольмским дорогам давным-давно, а вообще-то я объездил весь мир…

На вид он был слишком юным для такого длительного путешествия.

— И что же заставило вас так долго странствовать?

— Я искал. В моем роду есть такая черта: неугасимое желание поиска.

— Страшно подумать!

— Нет, я просто неудачно выразился. Это желание не является неугасимым. Рано или поздно мы находим то, что ищем. Я обязан этим моему отцу, за все то, что он сделал для меня».

В этом месте Бенедикта сделала пометку, Андре узнал ее чернила. И ему оставалось только догадываться о том, что означает ее вопросительный знак.

«Барбро кивнула, так и не поняв, что, собственно, искал Хавгрим. Возможно, он искал счастье?

Она поежилась от холода.

— Что-то они задерживаются, — сказала она. — Я намеревалась вернуться домой засветло.

— Обратный путь долог, — сказал он.

— Я к этому привыкла. Но у меня нет желания встретиться с Властительницей Тьмы. Хавгрим усмехнулся.

— Да, я слышал, что ты пробыла целый год в Гагнефе. Когда мы проезжали мимо, мы тоже слышали разговоры о Властительнице Тьмы. Значит ты об этом знаешь?

Властительница Тьмы была не существом, а символом таинственных созданий, ведущих ночной образ жизни. Определенного обличия Властительница Тьмы не имела, каждый человек представлял ее себе по-своему.

Барбро была рада встретить человека, понимавшего ее страхи.

— Я позабочусь о том, чтобы ты вовремя отправилась домой, — пообещал он.

Она почувствовала себя спокойнее.

— Слышишь, — сказала она. — Птица замолкла…

— Наверняка они пришли туда и убедилась в том, что это просто гагара.

— Значит, они скоро вернутся. У нас нет времени на подобные остановки.

Он огляделся по сторонам. Облака нависли над самыми макушками елей, образуя над головами путников что-то вроде рыхлой, серой крыши.

— Где мы, собственно говоря, находимся? — спросил он.

— Если бы я знала! Я не узнаю эту дорогу! Поэтому меня не удивит, если…

Она замолчала на полуслове. И ей вовсе не нужно было доводить свою мысль до конца, Хавгрим и так понимал, что она хотела сказать.

Двое мужчин продирались через лес. Повсюду была отвратительная сырость, и им не терпелось вернуться на спины лошадей.

Дидерик Сверд остановился.

— Слышите? — сказал он. — Она снова кричит! Слышите, как она произносит чье-то имя?

Священник был бледен и растерян. Он кивнул.

— Да, я слышу, — сказал он. — Господи, не дай нам сбиться с пути!

Дидерик Сверд стоял, как вкопанный, совершенно околдованный звучанием голоса. Он слышал жалобный, печальный зов: «Врет Йоар! Врет Йо-о-оар!»

— Нет! — прошептал он. — Это просто галлюцинации!

Священник тоже явственно слышал жалобный зов: «Господин Натан! Господин На-а-а-атан!»

— Может быть, нам не следует ходить туда? — предложил Дидерик.

Набравшись смелости, господин Натан заявил:

— Нас не испугают сатанинские наваждения! Мы выясним, в чем там дело!

И смело направился туда, откуда доносились голоса. Дидерику ничего не оставалось, как последовать за ним. Внезапно оба остановились. Голоса затихли.

Они снова пошли вперед, хотя сапоги и штаны у них насквозь промокли. И вот в тумане показалась печальная картина: редкие, хилые деревца окружали лесное озерцо, похожее на заплаканный, слепой глаз. Они увидели перед собой тропинку, это была не просто тропинка, это была настоящая дорога, не слишком наезжая, зато широкая.

По озеру плавали три птицы. Когда под ногами священника затрещала ветка, они немедленно нырнули в воду.

— Это гагары, насколько я понимаю, — пробормотал Дидерик. — Значит, мы все-таки ошиблись.

— Судя по всему, это так.

У обоих мурашки бежали по спине, но никто из них не хотел признаваться в своих ощущениях: это место было жутким. И дело было не только в навевающем грусть пейзаже. Они чувствовали здесь присутствие чего-то страшного. Им казалось, что стоит повернуть голову, и они встретят обращенный на них взгляд, увидят того или тех, кто издавал эти крики. Но они ничего не говорили друг другу, шли вперед, уставясь прямо перед собой, думая только о том, как им выбраться. Обоим очень хотелось заткнуть уши, зажмурить глаза и бежать со всех ног обратно к лошадям — если это отступление было еще возможно.

— Что там такое? — спросил священник.

— У нас нет времени рассматривать все это, нам нужно поскорее вернуться к остальным, — ответил Дидерик.

Но господин Натан не в силах был повернуться обратно, чувствуя, что «они» идут за ним следом и гонят его вперед. Он хотел выиграть время, собраться с духом.

— Пойду-ка посмотрю, — сказал он.

Они отошли в сторону. Там возвышалась бесформенная, заросшая мхом и травой куча явно не природного происхождения. Скорее всего, ее насыпали люди.

Господин Натан наклонился и осторожно прикоснулся к земляным комьям своей холеной, изнеженной рукой.

Дидерик Сверд, нетерпеливо наблюдавший за его девическими уловками, в конце концов пнул кучу ногой, так что на землю упал большой кусок дерна.

В лесу было совершенно тихо. Не было больше ощущения того, что кто-то находится рядом. Казалось, лес затаил дыхание.

Там, где Дидерик отковырнул дерн, показался кусок обструганного дерева, почерневшего от времени, но хорошо сохранившегося под слоем земли. Дидерик отковырнул еще несколько кусков дерна.

— Во имя Отца и Сына и Святого Духа! — растерянно прошептал священник. — Это же изображение божества! Вырубленное из дерева и разломанное на куски! Какая мерзость! Языческий алтарь!

— Значит, все это правда, — побледнев, прошептал Дидерик. — Во всяком случае, это не выдумка. Потом, позднее, появились всякие предрассудки, не имеющие отношения к действительности.

Изображение языческого божества вернуло им трезвость мышления. В самом деле, это был Фрей! Грубо вырезанное лицо было невыразительным и тупым, к тому же время сгладило его черты, так что лицо это могло принадлежать кому угодно, но среди обломков скульптуры имелась та самая часть тела, которая могла принадлежать только одному богу плодородия. Господин Натан отвернулся с гримасой отвращения.

Дидерик Сверд, не отличавшийся подобной чувствительностью, грубо захохотал и схватил пресловутую часть божественного тела.

— Неплохая штуковина! — сказал он. Господин Натан резко обернулся к нему и предостерегающе воскликнул:

— Не прикасайтесь к скульптуре! Она вся пропитана мерзостью и чертовщиной! Разве вы не понимаете, что изображение этого божества было проклято?

Дидерик тут же выпустил из рук кусок дерева, словно обжегшись. И они пошли обратно. Теперь они не могли понять, почему вдруг поддались панике.

Молчание нарушил господин Натан.

— Мне следовало бы прочитать молитвы благословения на этом месте и проклясть этот ужасный алтарь и то, что ввело меня самого в заблуждение, но, как вы изволили заметить, господин Дидерик, мы не можем терять на это время. Нам нужно спешить, пока не стало темно.

Дидерик был совершенно согласен с ним.

— Бедной старушке тоже пора домой, — сказал он.

— Вот именно.

Оба избегали смотреть друг другу в глаза. Никто их этих гордецов не хотел показывать свою растерянность».

Андре перевел дух, только теперь заметив, что давно уже читает, затаив дыхание, Он уже забыл, для чего ему понадобилось читать эту старинную рукопись. Он горел желанием узнать, к тому ли самому озерцу они пришли.

Да, к тому. Теперь он знал это наверняка.

Была уже ночь. Андре разделся и лег под одеяло.

Он посмотрел на часы. Да, он читал уже не один час, разбирая вычурный почерк. Но он решил дочитать все до конца, ему нужно было узнать, почему Ванью и Бенедикту это заинтересовало.