"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 641

Они с Тересой уже собирались идти на занятия, когда к ним в комнату заглянул посыльный. Он передал Лере небольшой чёрный пенал и испарился, не сказав, что это и от кого.

— Вам всё скоро объяснят, — единственное, что услышала от него Валерия.

Пенал был сделан из лёгкого, но прочного материала. Внутри, судя по всему, находилось тоже что-то нетяжёлое. Но самое обидное — было непонятно, как пенал раскрыть. Золотистая застёжка имела странную конструкцию, с какой Лере ни разу не приходилось сталкиваться. Она пыталась надавить, потянуть, покрутить элементы застёжки, но ничего не происходило. Тереса тоже ничем не смогла помочь.

Терзало любопытство, что же внутри и кто прислал подарок. Если бы Лера увидела содержимое, сразу же догадалась бы от кого. Оставалось только ждать, что таинственный даритель вскоре объявится и всё объяснит. У Леры было несколько вариантов: Злата, кто-то из одногруппников, Тоцкий или Ольшанский. Вот от Ольшанского не хотелось бы ничего принимать. Он у Леры пока ассоциировался только с подставами, которые постоянно подстраивал им с Тоцким руками Анджея.

Странности утра на этом не закончились. По дороге на занятия Валерия неожиданно получила сообщение от Ольшанского. О пенале ни слова. Значит, презент не от него. Зато он озадачил кое-чем другим.

— Девочка моя, у меня для тебя сюрприз. Хочу кое с кем познакомить. Пришлю за тобой экипаж завтра сразу после занятий.

Глава 30. Очень личное

Леру устраивало, что Ольшанский собирается организовать ей встречу с каким-то таинственным не названным незнакомцем не сегодня, а завтра. У неё будет время подумать, соглашаться или нет. Тем более уже сегодня ночью они с Тоцким подслушают разговор Ольшанского с Корнелией, и возможно узнают что-то новое, что поможет Лере понять, нужно ли и дальше держаться от «лётчика-залётчика» подальше или всё-таки позволить ему хотя бы минимальное сближение.

С этими мыслями она шагала к главному корпусу Академии, параллельно переговариваясь с Тересой о содержимом пенала. Старосту не меньше чем саму Леру заинтересовало, что может оказаться внутри. Они вместе строили предположения и сошлись на том, что в пенале какая-нибудь писчая принадлежность.

Валерии вспомнилось, как однажды, когда ей было лет девять-десять, одноклассники подарили на восьмое марта всем девочкам по одинаковой ручке. Воодушевлённые вниманием юных кавалеров, некоторые подружки на следующем же уроке решили испробовать подарки в действии. А подарочки-то оказались с подвохом. Чернила в ручках были особенными. Через три часа все надписи, сделанные этими ручками исчезали. Вот и сдали девочки тетрадки на проверку, не догадываясь, что когда учительница начнёт проверять, то выполненных ими упражнений в тетрадках не будет. В то время ручки с исчезающими чернилами только-только появились в продаже, не все про них знали.

Анна Васильевна, Лерина учительница начальных классов, была строгой, но справедливой. Она сначала во всём разобралась, а потом только начала вершить правосудие. Двойки тогда получили не девочки, ставшие жертвами розыгрыша, а сами шутники, «забывшие» предупредить об особенностях подарков.

Валерия не знала, почему ей вспомнился тот давний случай из детства. Может, она и в этом презенте тоже чует какой-то подвох? Нормальные люди ведь, когда делают подарки, сразу говорят, что это, зачем и почему.

На крыльце академии Леру поджидала Злата. В строгом костюмчике, очень похожем на академическую униформу, со строгим портфельчиком в руках. У Валерии невольно губы растянулись в улыбку. Вот неспроста сестра тут в такую рань и так подчёркнуто по-деловому одета.

— Лерочка, Тересочка, — бросилась она обниматься.

В этом вся Злата. Радуется встрече, будто сто лет не виделись, а всего-то ночь прошла.

— А я тут вот зачем, — посерьёзнела она. — Как думаете, не выгонят меня, если я с вами на лекциях посижу? Я где-нибудь в самом уголке, на самой задней парте, чтобы меня видно не было.

Валерия всей душой поддерживала энтузиазм сестры. И Тереса, разумеется, тоже была категорически «за». Она на секунду задумалась, а потом выдала:

— В уголочке — это будет наш запасной вариант. У меня есть идея получше. Насколько я знаю устав академии, а я знаю его наизусть, пункт третий, подпункт седьмой гласит, что на лекции допускаются вольные слушатели.

Злата просияла.

— Нам нужно только добиться разрешения администрации академии. И я думаю, мы его добьёмся. Не вижу ни одной причины запретить Злате присутствовать на лекциях. Идёмте, — бодро скомандовала она и решительным шагом направилась в административный корпус.

Злата и Валерия последовали за ней не менее решительно. Лера, конечно, понимала, что вольный слушатель — это совсем не то же самое, что студент. На практических занятиях присутствовать нельзя. Оценки тебе ставить не будут. Диплом по окончанию тебе не выдадут. Но всё равно, получить статус вольного слушателя — уже кое-что. Злата начнёт понемногу втягиваться в учебный процесс. А тем временем Лера попробует провернуть тот план, который придумала первоначально — подстроить так, чтобы Злата при помощи своего дара узнала что-то пикантное из прошлого Тоцкого, а потом этим пикантным его и огорошить.

— Ждите здесь, — велела Тереса возле кабинета ректора. — Пойду первой, разведаю обстановку.

С отважностью Жанны д’Арк она скрылась в приёмной. Решила принять первый удар на себя. Понятно почему. Тоцкий совершенно непредсказуемый. Казалось бы, что тут такого — разрешить хорошенькой послушной и доброй девушке слушать лекции? Но ведь может найти, к чему придраться.

В ожидании Тересы Валерия и Злата немного пошептались. Лера расспрашивала, как у сестры прошёл остаток вчерашнего дня, а та в подробностях рассказывала.

— Когда я приехала в отель, отца там ещё не было, — поделилась Злата. — Оказывается, пока мы были на экскурсии в аномальной зоне, он тоже куда-то уезжал. Вернулся только вчера поздно ночью. Такой активный, бодрый и довольный. Наверное, сделку удачную заключил. Он всегда бывает на подъёме, когда дела идут в гору. Только знаешь, что странно? — в глазах сестры заблестела настороженность.

— Что?

— У меня такое чувство, что он с кем-то подрался, — с благоговейным ужасом прошептала Злата. — На лбу огромная шишка, а под глазом — ужасный фиолетовый синяк. Особенно хорошо это стало заметно утром, при солнечном свете, когда мы с ним завтракали.

Ничего себе боевые ранения. Где это он успел?

— Я спросила, что с ним. А он только отмахнулся. Сказал, что неудачно упал. Но мне не верится. Мне так его жаль.

Сестра вздохнула настолько горько, что Лере вдруг тоже стало жалко побитого Ольшанского. Голова непроизвольно начала подыскивать слова поддержки.

— Считается, что боевые ранения только украшают мужчин, — заверила она Злату. — Кроме того, ты же говоришь он довольный?

— Да.

— Ну, значит, тому, с кем он дрался, досталась ещё больше.

Сестра приободрилась, но не так, чтобы уж очень.

— И знаешь, я не решилась рассказать ему, что у меня проснулась магия Колоджей. Это его убьёт. А он и так весь побитый. Я наверно, никогда не решусь признаться.

Лера понимала, насколько для сестры такой разговор будет мучительным. Как-то бы их обоих: и Злату, и Ольшанского, к этому диалогу подготовить. Но у Валерии не было пока ни единой идеи, как это лучше сделать. Ольшанский действительно будет ошарашен, когда узнает, что жена ему изменяла и дочь, которую всегда считал родной, неродная. Снова вспомнилось, что сегодняшней ночью Лера с Тоцким подслушают беседу Ольшанского и Корнелии. Может, удастся узнать что-то такое, что подскажет, как действовать.

— А знаешь, что папа сказал мне за завтраком? — не умеющая долго унывать Злата улыбнулась. — Он сказал, что готовит тебе сюрприз, который абсолютно точно тебе понравится.

Не тот ли это сюрприз, о котором говорилось в присланном на мобильный кристалл сообщении?