"Фантастика 2024-30". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федоров Александр Николаевич - Страница 642

Злата улыбалась так хитро, будто знает, о чём речь.

— Он рассказал тебе, что это будет за сюрприз?

Сестра отрицательно замотала головой. С такой амплитудой, что кудряшки подпрыгивали. Ох, плутовка, ведь знает же. Или догадывается. Но видно Ольшанский взял с неё слово молчать.

— Всё гораздо лучше, чем я думала, — из приёмной вышла сияющая оптимизмом Тереса. — Сегодня Тоцкого нет на месте. Исполняет обязанности его брат.

Естественно Валерия поняла, почему Тереса довольная. Добиться разрешения для Златы посещать лекции гораздо легче от Энтони, чем от Тоцкого-старшего. Но вот чего Лера не поняла, так это — где, собственно, Тоцкий. Отсыпается?

Тереса, Злата и Лера дружной командой потопали в кабинет Энтони. Идти недалеко — владения Тоцкого-младшего были на этом же этаже. В этот раз они даже не стали разбивать процедуру на два этапа — уверенные в тёплом приёме зашли в кабинет все втроём.

Энтони действительно выглядел приветливым — встретил доброжелательной улыбкой. И судя по любопытному взгляду, его очень заинтересовала цель визита троицы. За всех говорила Тереса. Рассудительно и горячо. Что-то про тягу к знаниям, убивать которую — преступление. И про то, что академия всегда ценилась в княжестве демократическими традициями. В общем, сказала много чего, прежде чем перейти к делу. И когда, наконец, сформулировала, что конкретно они хотят от Энтони, тот удивительно быстро согласился.

— Я думаю, мы должны соблюдать демократические традиции и поощрять тягу к знаниям, — глубокомысленно выдал он. — Кроме того, не могу не принять во внимание, что отец нашей претендентки на статус вольного слушателя внёс большой вклад в развитие академии, сделав солидный взнос в бюджет. Поэтому считаю своим долгом подписать соответствующий приказ.

Лера и Тереса переглянулись. А это было гораздо проще, чем казалось.

Тоцкий-младший обмакнул перо в чернильницу и, настрочив нужный документ, тут же завизировал его. Он поднялся из-за стола и протянул Тересе бумагу:

— Занесите, пожалуйста, в секретариат, — и, обращаясь к Злате, добавил: — Поздравляю, теперь вы вольный слушатель нашей прославленной академии и можете посещать любые лекции. А кстати, не планируете пойти дальше? Может, подумаете над перспективой подготовиться к экзаменам и стать студенткой?

Знал бы Энтони, что попал в самое яблочко. Злата спит и видит стать студенткой. Только Леру с сестрой не устраивал предложенный путь — через экзамены. Возможно, дорогу к знаниям удастся сократить, если задуманный Лерою план сработает.

Но в любом случае Злате наверняка приятно, что её так радушно приглашают в академию. Только почему-то сестра молчала. Лера перевела на неё взгляд, полагая увидеть сияющие глаза. Глаза не то что сияли — горели, но лицо было бледным. Злата смотрела куда-то сквозь Энтони. Валерия забеспокоилась, взяла её за руку. Дрожит. Что с сестрой? Лера уже видела её такой пару раз. Так бывает, когда в Злате проявляется дар. Неужели это снова оно? Видит картины того, что происходило здесь в кабинете когда-то давно?

Башенный колокол протяжно подал сигнал о начале занятий. Его звук вывел сестру из транса — на её щеках начал проступать обычный румянец.

— Буду рад видеть вас на своих лекциях, — Энтони снова обратился к Злате.

— С-спасибо.

— Больше не задерживаю, — намекнул он, что пора на занятия.

Вся троица вышла из кабинета и резвой трусцой понеслась в учебный корпус.

— Ты что-то видела? — на ходу спросила Лера у сестры. — Тебе открылось прошлое?

— Да.

— Что-то страшное?

Почему Злата была такой бледной?

— Нет, не страшное, а… волнующее… и… — она никак не могла подобрать подходящее слово. Её щёки заливал густой румянец, — …очень личное…

Глава 31. Хороший вопрос

Валерия не стала на ходу расспрашивать Злату о том, что она увидела в кабинете Энтони. О волнующем и очень личном лучше поговорить в спокойной обстановке. Единственное, что Лере пока хотелось узнать — кто был основным участником сцены, которая открылась сестре. А вдруг это Тоцкий-старший? Он же иногда заходит к брату в кабинет. И если так, то план по протаскиванию Златы в академию будет реализовать даже проще, чем думалось.

— Злат, кого ты увидела? Там был Тоцкий-старший?

Сестра отрицательно покачала головой. Эх, жаль. Лере бы хотелось узнать о нём что-то очень личное.

Каким-то чудом все трое успели заскочить в аудиторию раньше, чем там появилась преподавательница. Валерии хотелось взять сестру под крылышко — в смысле усадить рядом. Но кое-кто опередил. Марчел будто знал, что Злата сегодня появится на лекции — берёг для неё место рядом с собой. Она, увидев его приглашающий жест и широченную улыбку, обрадовалась и пристроилась к нему за парту. Вот жук!

Лере ничего не оставалось, как привычно сесть рядом с Тересой. В следующее мгновение в аудиторию зашла лерра Зузанна. Всегда подтянутая строгая безупречная и безнадёжно юная для преподавательницы. На вид ей было не больше двадцати пяти. При этом дисциплина, которую она преподавала, считалась очень сложной. Как сопромат в земных технических вузах. Который, как известно, никто ещё не сдавал быстрее, чем с третьего раза.

Но предмет, который читала Зузанна, к сопромату, разумеется, никакого отношения не имел. Он именовался «Магический контроль». Целью этой дисциплины было научить студентов использовать свой дар тогда, когда они сами этого хотят или того требует ситуация, а не так, к примеру, как у Леры.

Ей жуть как хотелось научиться пользоваться магией. Было досадно, что дар не слушается и всегда приходится прибегать к каким-то провокационным приёмам, чтобы заставить магию сработать. Вон у Тоцкого как всё легко — по щелчку пальцев. Хотела бы и Лера научиться такому же хладнокровному контролю над своей магией.

Когда в конце занятия Зузанна объявила, что собирается читать для желающих факультативный курс, Лера была в числе первых, кто записался.

Ян пришёл в академию на пару часов позже положенного времени и сразу взялся разбирать документы. За время отсутствия накопилось три внушительных стопки бумаг, требующих его внимания. Разбирал несколько часов подряд, пока в кабинете не появился брат. Энтони как всегда вовремя — у Яна уже мозги вскипали от нудной бумажной работы.

— Какая у меня для тебя новость — не поверишь, — брат сел в любимое кресло и закинул ногу на ногу.

Вид у него был такой — мол, угадывай.

— Выбил из какого-нибудь толстосума добавочное финансирование для академии? — предположил Ян.

— Лучше. Помнишь мою идею, как создать вокруг документа о помолвке юридические коллизии? Сделать так, чтобы и вторая дочь Ольшанского стала студенткой академии. Мы ломали голову, как соблазнить учёбой ветреную девушку. А сегодня она сама пришла просить разрешить ей посещать лекции. — Энтони самодовольно улыбнулся. — Теперь смотри, от вольного слушателя до студента рукой подать. Так что поздравляю, братишка, ты без пяти минут мужчина без обязательств.

Ян выслушал брата, озадаченно постукивая пальцами по столу.

— Я не понял, ты что, не рад? — Энтони удивлённо посмотрел на Яна.

— Я передумал расторгать помолвку.

— Что?! Ты серьёзно? — брат подпрыгнул в кресле. — Помнится, ты собирался проходить холостым ещё как минимум лет пять. Надоела свободная жизнь?

Хороший вопрос. Яну хотелось, чтобы кто-то вот так вот в лоб и прямо, с горящими от удивления глазами, спросил его об этом. Желательно ещё и приговаривал бы: «Опомнись, братишка!». Может, Яну это поможет? С чего вдруг ему захотелось влезть в эту адову авантюру — сделаться женихом самой невыносимой девушки, какую он когда-либо встречал? В том-то и дело, что она слишком невыносима. В ней всего чересчур. Чересчур дерзости, чересчур чувственности, чересчур темперамента. И Яна это «чересчур» жутко заводит. Его постоянно подмывает подначивать её, ему нравится, какой взрывной она становится, когда злится. Ему слишком много нравится в ней.