"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 200

– Ну, половину мы уже прошли. Значит, скоро будем на месте.

– Издеваешься?! Какое, нафиг, скоро! Мы же целую вечность тут топаем! Видеть эти стены уже не могу! И – оба-на! – оказывается, мы прошли только половину!

– Предлагаешь, развернуться и идти обратно?

– Очень смешно! Прям, бу-га-га!.. Нужно было сразу соглашаться на мое предложение, а не фигней страдать! Ну, какие, скажи на милость, в этом гребаном тоннеле могут быть ловушки?! Он простой, как песня, прямой, как стрела, и длинный, как гребаный мексиканский сериал!

– Млять! Слеза! Как будто ты не была со мной, когда со Свином шарахались по тоннелям метро!

– Ну ты сравнил!..

Краем глаза уловив сзади смутное движение, я резко остановился и, зажав свободной рукой девушке рот, прижал ее к стене.

– Рихтовщик, блин! – разъяренной кошкой зашипела подруга мне в ладонь. – С ума сошел! Нашел время!..

– Арбалет к бою! – шепнул ей на ухо и, отпустив, тут же отскочил к противоположной стене.

В прыжке перебросил факел в левую, правой сдернул с плеча винтовку и тут же навскидку пальнул в подозрительную черноту, за пределами освещенного мерцающим светом коридора.

Болезненный визг подтвердил попадание, и тут же по стенам и потолку из темноты к нам рвануло еще пять тварей – высокоуровневых и чрезвычайно опасных.

Мы встретили непрошенных гостей дружным залпом из винтовки и арбалета. В ответ набегающие слепуны плюнули кислотными нитями. К счастью, не успевающие прицелиться на ходу твари дружно промахнулись. А оба наших выстрела вышли просто на загляденье – выпущенная практически в упор пуля снесла слепуну полбашки, а арбалетный болт угодил в открывшееся на миг горло и перебил артерию. Вот только оба мы выбрали в качестве мишени бегущего по потолку центрового, и двойным точным попаданием гарантированно упокоили лишь одну тварь из пяти.

Остальные четверо под потолком и на стенах за секунду проскочили убойный для нас отрезок и дружно замерли на трехметровой дистанции, гарантированно убойной уже для плевков тварей.

– Пламя! – шепнул под нос фразу-активатор.

И вокруг тела тут же призрачным огнем полыхнула белесая защитная аура.

Краем глаза заметил, как отскочившая от стены Слеза перескакивает ко мне за спину, и, подавшись вперед, грудью встретил град из кислотных нитей. К безмерному изумлению погонщиков легко это пережил и, вскинув винтовку, начал садить по тварям в ответку.

Две расстрелянные в упор твари кулями свалились со стен и забились на полу в смертельной агонии. Пара на потолке, осознав всю тщетность своих усилий достать меня кислотой с дистанции, бросилась в отчаянную атаку. Оскалившись, они в буквальном смысле свалились мне на голову.

От одного слепуна мне чудом удалось отмахнуться горящим факелом, и отлетевшая в стену тварь, со злобным визгом, кувыркнулась на пол. Второй же едва не выбил мне глаза, прочертив когтистой пятерней по лицу, впился зубищами в правое плечо и навылет пробил костяным шипом хвоста правую кисть, вынудив выпустить из рефлекторно разжавшихся пальцев винтовку.

Избавляясь от повисшей на мне твари, я развернулся и изо всех сил шарахнул слепуна спиной о стену. Хватка твари тут же ослабла, челюсти на плече разжались. Но и самому мне вдруг резко поплохело, и я завалился на залитый кровью пол следом за своим обидчиком.

Очнулся от резкого запаха нашатыря. Распахнул глаза и в свете вбитых в стену факелов увидел сосредоточенное лицо склонившейся надо мной Слезы.

– Очухался. Ну слава Стиксу!

– Че это б… – не договорив, охнул от прострелившей лицевые мышцы болевой судороги.

– Помолчи пока, герой, – ладонь подруги накрыла мой рот. – Дай регенерации спокойно справиться с царапинами. Не знаю в каком дерьме тварь испачкала свои когти, но, чтоб нейтрализовать яд в отставленных ими царапинах, пришлось извести на тебя целую янтарную нить. Так что теперь, Рихтовщик, ты мой должник.

Хотел заверить, что все обязательно отдам. Но Слеза не позволила.

– Да успокойся! Шучу я. Ничего ты мне не должен. По уму, это я еще должно тебе приплатить за в очередной раз спасенную жизнь… И не спорь! Ежу понятно, что если б не ты, твари своей кислотой меня б… Брр! Даже от мыслей о возможных последствиях мороз по коже!

Хотел спросить: долго ли лежу? и что с тварями? – но Слеза снова не дала раскрыть рот.

– Да полежи ты спокойно еще пару минут! Дай царапинам спокойно до конца срастись… Блин, ты б видел какая рожа у тебя была десять минут назад. Квазимодо – отдыхает. Даже страшно было швы накладывать. Боялась соединить что-нибудь не так… Но, вреде, вышло нормально. Регенерация, конечно, у тебя потрясающая. А уж после стимуляции янтарем… Пока я споровики слепунов потрошила, болячки на руке и плече полностью заросли. А вот царапины на лице, из-за яда, увы, срастаются медленно. Ну тут уж ничего не поделаешь, придется ждать… Так, я сейчас проверю швы и, если все нормально, разрешу говорить.

Пальцы Слезы забегали по носу и щекам, вызывая щекотку, и я невольно подался назад.

– Больно? – напряглась девушка.

Я отрицательно замотал головой.

– А чего ж тогда дергаешься?

Ладонь с моих губ исчезла. Я понял, что разрешили говорить, и не замедлил с ответом:

– Щекотно ж, мля!

– Щекотно ему… Здесь не болит? – Слеза надавила на переносицу.

– Не-а.

– А здесь? – нажала на край щеки у левого уха.

– Ни капельки.

– На-ка выпей, – подружка приложила к моим губам фляжку с живцом и заставила выпить добрую половину горького пойла.

– Не кривись, ты крови много потерял. А у нас охота настоящая, считай, еще даже не начиналась… На вот, зажуй, – чтоб заглушить горечь живца, она насовала мне полный рот поломанных кусочков шоколадной плитки.

– Суфеф! – расплылся я в довольной улыбке.

– Ну что ж, поздравляю вас, раненый, с окончанием лечения и выпиской из полевого госпиталя.

– Чефо?

– Вставай, говорю! Хорош на полу грязном валяться.

Я поднялся, опираясь о руку подруги и стену, и первым делом ощупал лицо. Нос, брови, губы, щеки… все, вроде, было на месте. Нащупал пару едва заметных бороздок от свежих шрамов – но это пока. Уверен, к концу дня от них на лице и следа не останется.

Потом стал проверять плечо с рукой. Побуревший от крови рукав – приманку для тварей – оторвал и швырнул на пол. Кожа на месте укуса на плече и вокруг сквозной раны в кисти была бурой от засыхающей крови, но без единого шрама. Как я не мял пострадавшие места, не смог нащупать даже намека на характерное уплотнение.

– Да нормально у тебя все там, хоре себя нащупывать. Лучше пакет из рюкзака достань, я добычу из споровиков туда переложу.

Вытащил пакет с горстью споранов, и Слеза досыпала туда из кармана трофеи.

– Три белых и десять черных звезд, и, до кучи, сорок девять споранов, – озвучила она свой улов.

– Не хило так с пяти-то тварей.

– С шести, – поправила подружка. – Ты ж первым выстрелом еще одного завалил… Как ты, вообще, почуял их приближение? Крались-то твари абсолютно бесшумно.

– Померещилось сзади какое-то движение. Вот и решил перестраховаться. Тебя упредил и шмальнул назад не целясь. Думал, пугану… ан вон как вышло.

– Да ты и пуганул – на смерть в сердце с тридцати шагов! Бретер, блин, – хмыкнула Слеза. – Я когда споровик того урода потрошить стала, – она махнула на лежащего в отдалении «счастливчика» с развороченной пулей башкой и пробитым болтом горлом, – гляжу, а дальше у стены еще один слепун валяется. Кстати, самый здоровый из шестерки. Я из его споровика аж три звезды вытащила, и две из них белые. Не иначе, первым выстрелом главаря ихнего положил. Вот такой ты удачливый стрелок, Рихтовщик.

– М-да, нехилый замес получился на ровном месте. Не зря я про ловушки в тоннеле предупреждал.

– Какая ж это ловушка, – возразила Слеза. – Твари в пещере наткнулись на наш след – сам же говорил, что у слепунов нюх, как у собак, – и по нему рванули за нами вдогонку. А поскольку ты не захотел воспользоваться моим Даром, и быстро проскочить тоннель, слепуны нас, тихоходов, без труда догнали.