Лед нашей любви - Лавьер Мия - Страница 47

– Кончено, оно важно, Стефан. Ты мой любимый старший брат, всегда был и всегда им будешь.

Он улыбнулся, все еще не открывая глаз.

– Я не против, Ева. Мне кажется, что Мик тот, кто тебе нужен. И я видел, что было с тобой и с ним, когда вы расстались. Кстати, об этом, – он приоткрыл один глаз, глядя на меня. – Не хочешь наконец объяснить причину?

Мне пришлось пересказать ему все, что я рассказывала Мику, о том, как на отборочные заявился Бари.

– Беру слова обратно, – сказал Стеф, выслушав меня. – Ты абсолютно не самостоятельная и глупая. Как ты вообще могла повестись на слова этого мудака?

Я лишь пожала плечами. У меня не было объяснений. Теперь, когда я об этом всем рассказала, этот поступок мне тоже казался ужасно тупым.

– Вы закончили семейные посиделки? Я устал прятаться в комнате, – из спальни вышел Микаэль.

– Привет, Саммерс.

– Привет, – ответил Стефан и удобнее улегся на диван. – Ладно, я немного посплю, рейс был долгим. Ну и раз моя сестра тут теперь живет… – Он не закончил фразу, поворачиваясь на бок.

– Кажется, теперь кроме Чарли в квартире поселится еще и Стефан. Хотя, если мне не изменяет память, я приглашал жить со мной только тебя, – возмутился Мик, обнимая меня.

– Мы идем в комплекте, смирись, – сонно пробубнил Стефан.

День чемпионата наступил быстрее, чем я ожидала. Неделя ежедневных тренировок пролетела, как один миг, и вот мы стоим за кулисами ледовой арены, за сотни километров от дома в Онтарио, и готовимся к выходу на лед.

– Вы только гляньте, – к нам подошел Бари с его новой партнершей.

Девушка выглядела хрупкой и немного забитой.

– Все же добрались сюда. Да, соревнования уже не те, что раньше, если на них пускают всякие отбросы.

– Странно это слышать от тебя, – ухмыльнулся ему Микаэль.

– Не видел тебя на игре: испугался?

– Бари, может, пойдем? – совсем тихо спросила его партнерша.

– Молчи, – оборвал он девушку.

Мне было больно смотреть на нее, потому что я видела себя.

– Бари не идеальный и далеко не лучший партнер. И ни в коем случае не разрешай ему унижать себя. А еще лучше просто уйди от него. Ты прекрасна и достойна лучшего, чем он.

Глаза девушки распахнулись, когда она слушала меня. И я видела, как в них появляется крошечный огонек надежды.

– Да ты…

– Не советую продолжать, – Микаэль угрожающе выступил вперед, загораживая меня собой. – Если ты горазд на что-то большее, чем оскорблять и унижать беззащитных девушек, то покажи это на льду, если, конечно, выйдет.

Бари раздраженно поджал губы и дернул свою партнершу за руку:

– Пойдем.

– Ты как? В порядке? – Мик нежно коснулся моего лица, когда наши соперники ушли.

– Да. Давай надерем ему задницу?

– Вот она, моя Ева.

Мое сердце пустилось в легкий галоп, когда комментатор наконец-то объявил наши имена. Мы вышли на каток.

Тишину, которая окутала трибуны, нарушили мелодичные звуки скрипки. Микаэль протянул мне руку, и мы заскользили по льду, начиная наш танец. Мы кружились, скользили, поднимались и опускались, оставляя за собой след из снежинок и, как мне казалось в тот миг, магии.

Мои руки парили в воздухе, исполняя собственный танец.

– Готова? – тихо шепнул Мик, когда мы собирались заходить на сложный элемент. Я постаралась кивнуть в такт мелодии.

Фостер подхватил меня и подкинул в воздух. Сделав несколько оборотов, я полетела вниз.

Вдруг, когда моя нога коснулась льда, я поняла, что слишком сильно наклонилась вбок. Моя нога слегка подвернулась, и я упала на лед.

Микаэль тут же бросился ко мне и помог подняться.

– Я в порядке, мне не больно, – быстро затараторила я.

Музыка еще не закончилась, а значит, выступление продолжается. Мы обязаны его завершить. Я натянула улыбку и завертелась волчком на месте.

Зал взорвался аплодисментами, подбадривая нас.

– Ева, прости, – Мик обнял меня, как только мы покинули лед и отправились в зону КиК дожидаться оценки.

– Ты не виноват. Я просто неудачно приземлилась. Все хорошо.

Боль была терпимая. Наверняка завтра на бедре у меня будет жуткий синяк, но главное, что я ничего не сломала.

Несмотря на мою ошибку, судьи поставили нам достаточно высокие оценки, благодаря технике и артистизму. Наш балл уже был выше, чем у Бари.

По итогу соревнований мы заняли второе место, на третьем оказались Аманда и Чед. Стоило отдать ей должное, она и правда хороша на льду. А первое место заняли действующие чемпионы из Онтарио.

Микаэль

– Ева, ты не видела мой любимый свитер? – крикнул я из спальни.

– Это тот ужасный, с сосисками в колпаках Санты? – она выглянула из ванной с одним накрашенными глазом. – Ты что, хочешь испортить всем праздник?

– Эй, этот свитер – традиция на Рождество. Чарли будет в таком же, и Стефан тоже.

– Только не говори, что купил эту безвкусицу и моему брату? – она снова спряталась в ванной, продолжая наносить макияж.

– Уже сказал, милая.

Я поднял с пола лифчик Евы и с улыбкой положил его на кровать. Несмотря на то, что мы живем вместе уже почти месяц, я иногда просыпаюсь посреди ночи, проверить, действительно ли она рядом.

Свитер отыскался в кладовке, кажется, я знаю, как он туда попал.

Я с гордостью надел на себя сосисочных Сант и начал собирать пакеты с подарками.

Отмечать Рождество мы будем в Порт-Хоуп.

– Ты не забыл тот навороченный суперспиннинг для Джоэла? – крикнула Ева.

– Нет, милая.

Хотя о других подарках я сегодня мало думал, мне было важно не забыть один, очень важный подарок.

Открыв тумбочку, в которой я хранил свои хоккейные награды, я выудил оттуда маленькую черную бархатную коробочку и переложил в карман своих джинсов.

Я задержал взгляд на медалях.

Даже не верится, что я больше не выйду на лед как хоккеист. Теперь Микаэль Фостер – фигурист.

Ева пыталась меня отговорить от этого решения, думая, что я отказываюсь от хоккея из-за нее. На самом деле я делал это ради себя, потому что уже не видел другой жизни, только с ней на льду.

– Я готова.

Ева вышла из комнаты в ослепительном красном платье. Оно едва прикрывало ей колени.

Господи, как же она была сексуальна. С каждым днем я убеждался в том, что был прав. Я любил и хотел эту женщину все сильнее день ото дня.

– Что-то не так? Я испачкалась? – она завертелась по сторонам, пытаясь себя разглядеть.

Мне потребовалось всего пару шагов, чтобы оказаться рядом.

– Ты прекрасна, – я наклонился и захватил губы Евы своими в быстрый поцелуй. – Поехали.

Дорога до Порт-Хоуп пролетела быстро. Я пытался решить, где лучше вручить Еве мой подарок.

В доме у родителей или у Ниагары? Там, где она наконец-то приняла наши чувства.

– Ты сегодня какой-то молчаливый и задумчивый. С тобой все хорошо? – спросила Ева, когда мы выходили из машины у дома моих родителей.

– Все прекрасно, – свободной от пакетов с подарками рукой я прижал ее к себе.

Мы вошли без стука. Из гостиной уже неслись изумительные ароматы. Пахло запеченной индейкой, пюре из сладкого картофеля и моей любимой тушеной кукурузой в соусе.

– С Рождеством! – в один голос с Евой поздоровались мы.

– А вот и они, мы уже заждались, – вместо приветствия сказал Стефан.

– Котик, мы сами приехали буквально пять минут назад, – на его колени села Риверс.

– Снимите номер, а лучше – помогите нам с Еленой накрыть на стол, – из кухни вышел Чарли, неся миску с салатом.

– А вот и моя Ева, – со второго этажа спустился Джоэл и обнял мою возлюбленную.

– Вообще-то, это моя Ева, – ревниво пробубнил себе под нос я.

– Сынок, вы приехали, наконец-то. Подарки можете положить под елкой, – Мама вышла из кухни буквально на минуту, чтобы положить салфетки.

Ева забрала у меня пакеты, и они с отцом пошли размещать их под пушистой красавицей, которая стояла в углу у камина.