"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид - Страница 486

— Да, все так. Правда, на нас не нападали вот уже десять лет. Это слишком долго, чтобы безвылазно сидеть в башне. — Девушка улыбнулась.

— Это странно, — сказал он. — Дальше на север река сужается, и там меньше удобных мест для высадки и только маленькие поселения. И все же на них нападали несколько раз за последние два года. Очень странно.

— Должно быть, к нам благосклонны сиды.

— Очевидно. — Проехав еще немного на восток, они снова спешились в маленькой рощице над поселением. — Я бы разместил четыре башни по углам и в каждой посадил лучников. И выкопал глубокий ров вокруг городка с дном, утыканным острыми кольями.

— У меня есть вопрос, — сказала она.

— Спрашивай.

— Ты бы убил Фаррара и остальных, или это была уловка, чтобы мама образумилась?

Вопрос обеспокоил его. Он уже понял, что у Таэ нежная душа, и не хотел, чтобы она плохо о нем думала. Сама формулировка вопроса давала возможность легко выкрутиться, но он не хотел лгать ей.

— Я убил бы их, но надеялся, что твоя мать возразит. — Он увидел разочарование на ее лице. — Мне жаль, Таэ.

— Неужели так легко убивать? — спросила она. — Мне кажется, что жизнь — самое драгоценное, что есть. У Фаррара есть жена и двое детей. Он обожает их, а они его. Может, он показался тебе напыщенным и заносчивым, но на самом деле это милейший человек. И все же он мог умереть за то, что на время лишил тебя коня.

— Я понимаю, что все может выглядеть именно так, — признал Конн.

— Для женщины, ты имеешь в виду?

— Для доброго и нежного человека. Я еще очень молод и многому должен научиться. Будь я мудрее, я смог бы выйти из ситуации, никому не угрожая. Я не злой человек, Таэ, и не ищу смерти никого из моих братьев-риганте.

Он увидел, что она слегка расслабилась.

— Давай поговорим о чем-нибудь, кроме войны, — предложила Таэ. — Давай наслаждаться красотой неба, яростным величием моря, чудом восхода. Давай поговорим просто как два человека, которым нравится быть вместе. Ты обещал, что я увижу нежное сердце, Коннавар. Я все гадаю, когда же это произойдет.

— Хочешь, я буду говорить тебе комплименты?

— Комплименты всегда приятны женщине. Если, конечно, идут от чистого сердца.

Он помолчал, продолжая оглядывать холмы.

— Снова думаешь о войне, — упрекнула его Таэ.

— Вовсе нет. Только о тебе. Откровенно говоря, я почти ни о чем другом не могу думать со дня нашей первой встречи. Когда я закрываю глаза вечером, я вижу твое лицо, и мысли обращаются к тебе, стоит мне проснуться. Это очень… отвлекает.

Он повернулся и подошел к ней. Она не сделала ни шага назад, но слегка запрокинула голову, ожидая поцелуя. В этот момент раздался стук копыт. На холм въехал Паракс. Увидев своего юного друга, он помахал ему и подстегнул лошадь.

— Нам нужно поговорить, — сказал охотник.

— Это не может подождать?

Старик увидел Таэ под сенью деревьев и спешился.

— Да, это может подождать, но сначала выслушай. Ты говоришь, что на город не нападали уже десять лет?

— Да.

— Тогда почему я нашел след ладьи, которая причаливала здесь не далее, чем два дня назад?

— Ты уверен, что это была ладья, а не рыбацкая лодка?

— Ты спутаешь крысу с лошадью? — резко ответил Паракс.

— Что-то ты сегодня обидчив.

— Да, ведь мое сердце не смягчило общество очаровательной девушки. Как бы то ни было, это еще не все. Из ладьи выбрались люди. Может быть, не меньше двадцати. Их встретил всадник из Семи Ив. У него лошадь с выщербленным копытом. Потом они уплыли.

— Покажи, — попросил Кони.

Через несколько минут всадники подъехали к нужному месту. Конн сам увидел след от киля ладьи и грязь по сторонам, которую натоптали воины, вытаскивавшие ее на берег. Невдалеке виднелись остатки костра.

— Что это значит? — спросила Таэ.

Конн пожал плечами. Он не сказал ей о всаднике.

— Несколько дней назад здесь причаливала ладья. Вот и все, что мы знаем. Может быть, это был разведывательный отряд. Теперь трудно сказать.

Они молча вернулись в Семь Ив, и Конн, выяснив, где живет Фаэтон, попрощался с Таэ.

Купец оказался дома. Он был высоким человеком средних лет с седеющими светлыми волосами и дружелюбной улыбкой.

— Бануин часто говорил о вас, — сказал он Конну. — Приятно познакомиться. Входите. Я попрошу кухарку приготовить вам еду. Мне придется сделать это осторожно, потому что она строгая женщина и правит домом железной рукой.

— Она твоя жена?

— Нет, я нанял ее несколько лет назад. Она прекрасная хозяйка, но сердита на меня, потому что я продаю все и уезжаю на юг.

Трое мужчин вошли в дом. Снаружи он мало отличался от соседних, зато внутри напоминал виллу. Деревянные стены были обмазаны глиной и выкрашены в белый цвет, мозаичный пол состоял из черных и зеленых плит. Мебель тоже была дорогой и явно привезенной. Вместо стульев стояли застеленные шкурами кушетки, а ковры, устилающие пол, украшали узоры из цветов и переплетающихся золотых драконов. Из кухни вышла крупная женщина тридцати с лишним лет и остановилась, глядя на мужчин.

— Ты не говорил, что ожидаешь гостей.

— Я и понятия не имел об этом, дорогая Дара. Это Коннавар и Паракс. Друзья одного моего старого друга.

— Полагаю, они захотят есть.

— Поесть бы не мешало, — сказал Фаэтон. Сердито тряхнув головой, Дара вернулась на кухню. Хозяин вздохнул с облегчением. — Вам лучше снять обувь, ребята. Если хоть капелька грязи попадет на пол, у нас будут неприятности.

Дара накормила их чудесным обедом из жареной ветчины, свежих яиц и ароматного пирога с яблоками и медом. Потом она накинула на плечи плащ, пожелала им спокойной ночи и вышла из дома.

— Как я и говорил, — сказал Фаэтон, — прекрасная стряпуха.

— Крупная женщина, — мечтательно проговорил Паракс. — Она замужем?

— Ее муж умер два года назад. Он был старше ее. Сердце не выдержало.

— Не удивлен, — заметил Паракс. — Таких, как она, трудно удовлетворить.

Фаэтон рассмеялся.

— Теперь ужасные картины будут преследовать меня всю ночь, и я не засну, — сказал он. — У меня есть гостевая спальня. Вы можете прожить здесь несколько дней, потом сюда въедет новый владелец.

— А почему ты уезжаешь из Семи Ив? — спросил Конн.

— Это чудесное место, и мне здесь нравится, но, с тех пор как Каменный Город развязал войну, цены на скот и зерно упали. На юге мне будет легче вести дело. Столица норвинов стала крупным портом. Туда приплывает много кораблей, тем более что шахты в Ломаных Горах опустели. Я уезжаю через четыре дня.

— Честно говоря, постель сейчас не помешала бы, — заметил Паракс. Фаэтон проводил его в большую спальню с тремя кроватями. Старый охотник поблагодарил его, и купец вернулся к очагу.

— Меня опечалили вести о Бануине, — сказал Фаэтон, наливая по кубку вина себе и Конну. — Он был прекрасным человеком, одним из лучших.

— Да, это верно.

— Он помог мне начать дело. Одолжил мне несколько сотен серебряных монет. Я выплатил ему долг только в прошлом году. Он не жаловался, даже когда дела у меня шли неважно и я не мог платить. Люди вроде него встречаются нечасто. Смерть была мучительна?

— Расскажи мне о Семи Ивах, — попросил Конн, не обращая внимания на вопрос.

— Что именно ты хочешь услышать?

— Это богатый город?

— Опять-таки зависит от того, что ты называешь богатством, — пожал плечами Фаэтон. — Земля здесь плодородна и царит изобилие еды, коров и овец. Денег немного — разве что во времена праздников, когда на рынке скота поднимаются цены. На севере есть старая серебряная шахта, но большую часть руды увозят в монетный двор в Ломаных Горах, и мало что достается Семи Ивам.

— Ты знаешь, зачем я здесь?

— Дара сказала, что ты должен оценить нашу готовность отразить нападение. Так ли это?

— Да.

— Но нас не трогали…

— Уже десять лет. Я знаю. Странно, не так ли?

— Никогда не смотри дареному коню в зубы, друг мой… Здесь их немногое смогло бы привлечь. Пиратам не нужен скот и зерно. Им было проще — по крайней мере раньше — нападать на Ломаные Горы, где добывали серебро, или южнее, где располагаются крупные торговые города.