"Зарубежная фантастика 2024-3". Цикл Люди льда". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Сандему Маргит - Страница 578

Пламя жировых фонарей колебалось от сквозняка.

— Сюда! — сказал комендант и подвел их к двери, установленной в подвале, по-видимому, недавно.

Они прошли мимо висевших на стене монашеских плащей с капюшонами. Виллему старалась держаться от них подальше.

Наконец они добрались до святая святых поборников.

— Вот колодец, — сказал доктор. — А мы о нем и не знали! Давайте осмотрим его получше!

— Подождите, — прошептала Виллему. — Доминик, что ты скажешь об этом помещении?

Доминик сосредоточился. Нахмурил лоб. Тристан тем временем бегло осматривал низкие, мрачные своды. Повсюду валялись огарки сальных свечей, в темном углу лежала кучка мелкого мусора. В одном месте к щербатому земляному полу пристало куриное перо.

Доминик вздрогнул, словно ему вдруг стало холодно.

— Мне здесь не нравится, — сказал он. — И дело не в колодце. Тут что-то другое…

Неожиданно раздался хриплый голос Ульвхедина:

— Доминик прав. Надо отсюда уйти. Немедленно!

Все вздрогнули.

— Но ведь мы даже не осмотрели колодец!

Доминик поморщился.

— Осмотрите, только быстрее!

— Я не знал, что ты обладаешь и такими способностями тоже, — сказал Доминик Ульвхедину, когда бесстрашный комендант спустился в колодец.

— Здесь обладаю, — коротко ответил Ульвхедин, и Виллему поразилась, насколько он был на месте в этой таинственной обстановке.

— Здесь есть что-то дьявольское, — пробормотал Доминик.

— Было, — отозвался Ульвхедин. — И еще сидит в стенах. Коменданту лучше не задерживаться в этом колодце!

— Это злое начало? — спросила Виллему.

— Да, в высшей степени, — ответил ей Доминик.

Она поглядела на камень, лежавший на краю колодца. Он был отталкивающего ржавого цвета. Комендант вылез из колодца.

— Идемте, — нетерпеливо сказал Доминик. — Надо уйти отсюда как можно скорее!

Что-то в его голосе заставило их беспрекословно подчиниться. Комендант должен был рассказать после о том, что он увидел на дне колодца.

Они быстро покинули помещение. На подступах к нижней, древней лестнице на них вдруг дохнуло холодом, и они услыхали, как где-то вдали хлопнула тяжелая железная дверь. Ульвхедин заставил всех быстро подняться по лестнице, он замыкал шествие. Опустив с грохотом тяжелую каменную плиту на люк, который они только что миновали, он встал на нее коленями. Доминик помогал ему, сделав знак коменданту, чтобы он приготовил железный засов, которым запиралась каменная плита.

Из-под плиты, с лестницы, доносилось шарканье ног. С ужасом они наблюдали, как кто-то снизу сдвинул тяжелую плиту немного в сторону. Тристан и доктор навалились на плиту вместе с Домиником и Ульвхедином, чтобы удерживать ее на месте, пока комендант с Виллему затягивали болты железного засова. Для верности они привалили плиту половыми досками и положили сверху тяжелый камень.

Потом они быстро выбрались из подвала, пробежали по коридорам дворца и, наконец, снова оказались в покоях доктора. Тем временем Сиверт в гробу, с проделанными для воздуха отверстиями, уже покидал город, он надеялся, что эта погребальная церемония задолго до смерти спасет ему жизнь.

— Итак, нас обнаружили, — запыхавшись, объявил комендант своим сообщникам.

— Теперь пришел наш черед соблюдать осторожность, — сказал Тристан. — По-моему, нам следует все время держаться вместе.

— Именно так, — поддержал его доктор. — Особенно вам, сударыня, опасно оставаться одной.

Виллему и не жаждала одиночества.

— Интересно, они нас видели? Разглядели, кто мы такие? — размышлял Тристан.

— Кто знает? — ответил Доминик. — А почему ты говоришь «они»? Я слышал шаги только одного человека. Ульвхедин, ты шел последним, как тебе кажется, сколько их было?

— По-моему, один.

— Но очень сильный, — прошептала Виллему. — Моих родичей трудно обратить в бегство. Однако я понимаю их страх. До сих пор не могу отделаться от чувства, будто за мной кто-то гонится!

— Думаю, что он нас не видел, — решил Ульвхедин. — Он подошел к лестнице, когда вы все были уже наверху. А я не оборачивался.

— Допустим, что так, — сказал Доминик. — А теперь, комендант, расскажите, что вы видели в колодце?

— Ах да, колодец! Ну, это чистый обман! К сожалению, я не мог взять с собой все, что может разоблачить эту мистификацию. Но один предмет все-таки захватил. Я видел там древесный уголь, большие камни и ведро для воды.

— Как вы думаете, зачем им это?

— Как зачем? Они лили холодную воду на раскаленные камни. И от них шел пар, который так таинственно поднимался из колодца. В помещении рядом находился большой железный сосуд.

— Наверное, во время их обрядов в этом сосуде кто-то сидел? — догадался Тристан.

— Совершенно верно. У их пастора был помощник, он-то и вещал изнутри этого сосуда, отчего слушавшим казалось, будто голос поднимался из бездны. А загадочный язык они, несомненно, выдумали.

— Такие фокусы обычно показывают в бродячих цирках, — презрительно фыркнул доктор.

— А мы и не верили никогда в существование болотных жителей, — сказал комендант. — Опасно другое — реальная угроза жизни Его Величества. Совершенно ясно, что несколько офицеров и приближенный Его Величества, составили заговор, чтобы захватить власть. Они набрали высоких, сильных людей и выдают их за таинственных болотных жителей, которые якобы когда-то населяли Данию.

Доктор и Тристан были с ним согласны. Но Виллему не понравился взгляд, которым обменялись между собой Доминик и Ульвхедин.

— Если у их пастора есть помощник, — задумчиво сказала она, — значит, их больше, чем мы думаем. Сиверт говорил, что обычно во время церемоний двенадцать человек стоят по одну сторону колодца, а пастор — по другую.

— Теперь их осталось десять, — напомнил доктор. — Плюс тот, что сидит в колодце.

Все задумались над его словами.

— Господин комендант, — вдруг оживилась Виллему. — Вы сказали, что захватили снизу какой-то предмет.

— Простите, совсем забыл! — Комендант вытащил из кармана пачку листов. — Должно быть, это то, что читал помощник пастора.

— Разрешите посмотреть? — попросил доктор.

При взгляде на доктора и коменданта у Тристана защемило сердце. Он вспомнил дни, проведенные здесь во дворце с Брониславой. Это были тяжелые дни, но она была рядом. Теперь она ушла. Навсегда.

Глаза у него потемнели, однако он быстро взял себя в руки.

Все рассматривали лежавшие на столе листы.

— Похоже на переписанную книгу, — сказал доктор.

— Да, они все делают основательно, — пробормотал Доминик. — Странный текст, никогда такого не видел. Слова неизвестные, но записаны нашими латинскими буквами. Ничего не понимаю! Sgignat vo pche…

— Какой-то древний язык, что ли? — сказала Виллему. — Почему тут нет перевода?

— Им перевод и не нужен, — ответил комендант. — Это должно звучать как можно непонятнее.

— Может, это… — начал Доминик. — Может, это заклятье? Или, по крайней мере, должно казаться заклятьем?

— Значит, вы полагаете, что все эти слова ненастоящие? — спросил доктор, который уже давно понял, что Доминик обладает разносторонними знаниями.

— Трудно поверить, но тот, кто все это придумал, очень умен. Я имею в виду, что знаки, которые мы видим здесь рядом с латинскими буквами, достаточно примитивны, именно так и писали в древние времена. Этот человек прекрасно знал историю и понимал, что делает.

— Но это не похоже ни на один язык! — заявила Виллему, как всегда уверенная в своей правоте.

— Да, — согласился с нею Тристан. — Во всяком случае, этот язык не имеет ничего общего с датским. Ни с древним, ни с современным.

Они сдались. Капитан сложил листы и решительно поднял голову.

— Мы должны схватить их всех разом, иначе мы этих поборников не сломим. Боюсь, они больше не придут в подвал монастыря, узнав, что их место обнаружено. Интересно, где же под Копенгагеном находится место их сборищ?

— Жертвоприношение должно состояться очень скоро, — напомнила Виллему. — Хотя Сиверт и не знал, когда именно.