Зачарованный терем 2 (СИ) - Осинина Нюра - Страница 28

Вернувшись из Храма, собрались в библиотеке.

Кажется, что здесь уже и найти ничего нового невозможно, ан, нет. Рина откуда-то вывернула большую кожаную папку с золотыми застёжками. Ого! Папка заняла полстола!

- Рин, что в ней? – поинтересовалась я.

- Девочки, тут рисунки на пергаменте. Вы только посмотрите! – привлекла всеобщее внимание Рина. – Это кто? Ольх, это Единороги? Почему с крыльями?

- С крыльями?! – удивился Ольх. – Ну-ка, ну-ка!

Ольх осторожно начал перебирать листы пергамента с изображением крылатых Единорогов в разных ракурсах, позах. На некоторых листах изображены Единороги, сражающиеся со Змеями и странными монстрами – гибридами одновременно зверя, птицы и пресмыкающегося.

- «Елисей», – позвала я мысленно мужа. – «Если можешь, пройди к нам в библиотеку. У нас открытие».

- «Анют, это у вас выходной, а у меня занятия. Что вы там опять открыли?».

- «А вот, не скажу», – решила я немного повредничать. – «Управишься с делами, придёшь домой и всё увидишь. Прихвати с собой Миримиэля. Его это тоже касается».

- Ольх, сколько здесь листов? – спросила у брата.

- Навскидку – листов тридцать.

- Знаете что? давайте развешаем их на стенах в концертном зале, группами по темам, – предложила Майя.

Решили сначала все рисунки перебрать, разложив по темам изображений.

Вот стоит одинокий матёрый Единорог в расслабленной позе с полураскрытыми кожистыми крыльями. Вот ещё один, такой же в полёте, вот вставший на дыбы с распахнутыми крыльями. Грива и хвост, как у коня, прямыми прядями, не волнистые, но копыта раздвоенные.

Следующие несколько рисунков – другой вид Единорогов: изящные, с волнистыми гривами и хвостами, с «лебедиными» крыльями. Также расслабленно стоящий, в полёте и прыжке.

А это как понимать? На следующих нескольких рисунках Единороги изображены парами. Это что же получается? Это не разный вид Единорогов, а их половое различие? Мы замерли над рисунками. С ума сойти! Единороги летали?!

- Интересно, – задумчиво произнесла Майя, – они оборотные, или просто такие животные?

- Вот, смотрите, – показала Таня рисунок. – Это обороты?

На рисунке стоит Единорог с лебедиными крыльями, а его, точнее, её обнимает за шею молодой мужчина в кожаных доспехах, с мечом на поясе. Из глаза Единорога катится слеза. На другом – девушка в штанах, заправленных в сапоги, в тунике, с длинной косой обнимает за шею Единорога с кожистыми крыльями. По чертам лица, по характерному размеру глаз, можно смело предположить, что это эльфы.

Следующие несколько рисунков посвящены сражению Единорогов с крылатым Змеем, с летающими монстрами.

- Здесь ещё рисунки, отдельно завёрнуты в пергамент, – привлёк наше внимание Ольх. – Это крылатые кони.

Ольх разложил перед нами пять рисунков с изображением лошадей с крыльями, покрытыми перьями. Какого цвета грива с хвостом, того же цвета крылья.

- Ань, смотри, твоя Снежинка, – показала мне Таня рисунок.

Белая лошадь с дымчатыми гривой, хвостом и крыльями в полёте. Верхом на лошади сидит девочка-подросток.

- Здорово! – восхитилась Лада. – Родители сами летают, а дети на крылатых лошадях.

- У них, наверно, порталов нет, – предположила Лина.

- Не было, – поправил Лину Ольх. – Пергаментам-то лет тысяч десять будет, не меньше.

- Ладно, вы тут разбирайтесь, развешивайте рисунки, а я в конюшню, – протараторила Майя и метнулась из библиотеки.

- О! Куда это она? – удивилась Сима.

- Она же сказала – в конюшню, – пояснила Лада.

- Зачем? – поинтересовалась Маша.

Мы с Ольхом, молча, переглянулись, улыбнулись.

- «Ты поняла?» – продолжая улыбаться, спросил Ольх.

- «Конечно», – ответила я.

- «Так объясни им», – продолжал мысленный диалог Ольх.

- «Давай, подождём. Может, кто догадается сам и выскажется».

Ольх ответить не успел.

- Девочки! Это же наши лошади! – догадалась Варя. – Майя побежала смотреть на лошадей магическим зрением!

- Ой, что будет!!! – прижав ладони к щекам и качая головой, воскликнула Таня. – Сразу две сенсации!

- Да ещё какие! – подтвердила я. – Давайте сейчас развешаем рисунки. Крепите за четыре угла, а то свернутся.

И мы принялись за дело. Тут же появились зрители и помощники. Интерес к рисункам у всех проявился не малый.

Я так увлеклась, что вздрогнула, когда до меня донёсся мысленный оклик Елисея.

- «Анна! Что у вас там происходит? Зову, зову, не откликаешься. У тебя волнение запредельное. И вообще, от вас сильная эмоциональная волна странная идёт. Вы чем там так взволнованны?».

- «Елисей, мы такое нашли! Закругляйтесь там с Миримиэлем, берите с собой ваших преподавателей и наших всех студентов и в Терем», – распорядилась я. – Ольх, собирай наших. Ведь всё равно на вечер что-то придумали. – Ольх только весело улыбнулся. – Пусть пораньше идут.

В зал взволнованная вбежала Майя.

- Аня! Это они! Как мы не догадались раньше посмотреть на них магическим зрением. Ведь видели, что лошади необычные! Вот почему Борислав Белояр велел беречь эту породу. Я возьмусь за них. Сами они не смогут летать, а с потомством поработаем.

- Не смотрели, потому что не умели. Что ты надумала?

- Ты же придумала, как помочь Лесовикам. Вот и я буду к Граалю носить новорожденных жеребят. Ведь должно помочь? Да? – с надеждой в голосе произнесла Майя.

- Конечно, должно. Надо будет с Велеславом поговорить и всех жерёбых чистопородных кобылиц к тебе отправить. Волес проследит. Я Ольху велела всех наших собрать пораньше. Должны скоро подойти.

- Вот это подарок тебе, Анна, на день рождения преподнёс Триединый! – с восторгом произнёс Гордей.

- Ты так думаешь? Почему?

- Так раньше же не находили её.

- Ты прав. Не находили, потому что не были готовы к этому.

- А теперь ты, вон, какая сильная стала! – продолжил Ольх. – Вот родишь, такие силы в тебе проявятся, что только держись! Не зря Триединый именно тебя выбрал в свои помощницы по Роксолани.

Минут через двадцать прибыли наши студенты, Елисей с Миримиэлем и преподавателями. Вслед за ними появились наши друзья, живущие самостоятельной жизнью.

- Ну, что тут у тебя? – спросил, обнимая Елисей.

- Смотри сам, – взмахнула я рукой, указывая на рисунки.

Елисей бегло мазнул по ним взглядом, потом удивленно замер, а затем кинулся рассматривать каждый рисунок. Миримиэль стоял посреди зала, медленно осматриваясь. На лице ни единой эмоции. Но я видела, с каким трудом ему удаётся сдерживаться. Рядом стояли Вернуэль с Велинириэль. Вернуэль обнимал девушку за плечи. Её сотрясали рыдания. Преподаватели единой группой переходили от одной стены к другой, что-то мысленно, очень эмоционально обсуждая. Наши студенты, видимо ещё не понявшие степень открытия, с интересом разглядывали рисунки. А вот «взрослые» друзья из компании Ольха, разволновались не на шутку.

Я опустилась на краешек сцены, устроилась удобней, вытянув ноги и обхватив руками живот. Елисей, пройдя несколько раз вдоль нашей выставки, устроился рядом, обняв за плечи.

- Ты от волнения не родишь прямо здесь? – заглядывая мне в глаза, прошептал муж.

- Не переживай. Коли уж в библиотеке не родила, то здесь точно не буду. Я уже особо сильное волнение пережила. Елисей, что теперь будет?

- Тебе лучше знать. Я не знаю.

- А главному Хранителю сообщать надо? Великим Князьям?

- Главному Хранителю без нас сообщат. Среди преподавателей есть его представитель. Так что уже сегодня заявятся гости из Главного Храма.

Рядом, с другого боку пристроился Ольх.

- Успокоилась? В библиотеке разволновалась так, что думал, Веренею вызывать придётся.

- Ваше общее волнение до меня долетело, – сообщил Ольху Елисей.

Подошли Радим и Горат. Устроились с двух сторон ступенькой ниже.

- О каких лошадях девчата сейчас переговаривались? – спросил Радим. – Я ничего не понял. Понял, что никому о них сообщать не надо.

- Радимчик, золотко, потерпи – улыбаясь, обратилась я к другу. – Вот останемся своей семьёй, и мы вам всё-всё расскажем и покажем.