Зачарованный терем 2 (СИ) - Осинина Нюра - Страница 29

На моё обращение к Радиму, Ольх, Елисей и Горат хохотнули.

- У вас ещё что-то есть? – спросил Елисей.

- Конечно. Удивлять, так удивлять! Смотрите картинку.

И я послала им мысленный образ – девочка на летящем коне. Та-а-к, удивила! Смотрят на меня во все глаза.

- Да-да, мальчики. Майя займётся их возрождением. Она уже проверила магическим зрением наших коников. Это они! Будет у себя новорожденных жеребят через Грааль пропускать.

- Ну, вы даёте! – восхитился Горат

- Согласен. Об этом нужно помалкивать, – проговорил Елисей. – Ещё пока не всё ладно в этом мире. А здорово было бы Единорогом полетать!

- А что тебе мешает? Крылья у тебя есть. Частичным оборотом владеешь. Ну и, как говорится, чистого тебе неба.

- Аня, ты это серьёзно? – удивился Ольх.

- А сами додуматься не могли? Потренируйтесь. Только где-нибудь в безлюдном месте.

- А вон, у Ольха, – кивнул на брата Радим. – У него такие есть места, что за тысячу километров ни единой души, кроме нечисти.

- Правильно, – поддержал его Елисей. – А с оборотами можно в спортзалах тренироваться. Конечно, это не родные крылья, но попробовать можно. Только осторожно надо, чтоб себе не навредить.

- Вы тут о чём? – спросила подошедшая Зарина. – В чём собрались тренироваться?

- Много будешь знать – состаришься быстро, – засмеялся Ольх, поймав сестру за руку и усаживая к себе на колени.

- Семья начинает собираться в кучку, – улыбаясь, сказала подошедшая Рина.

- Ребята, – обратилась я к «семье», – можно, я уйду отдыхать? А вы тут с гостями без меня разберётесь, ладно?

Все согласились. Елисей, легко поднявшись, подхватил меня и поставил на ноги.

- Пойдём. Обед в спальню принесу.

Мы ушли.

Обед мне принёс Гордей. Елисей был занят с гостями. Пришёл Главный Хранитель, потребовал от всех Клятвы о неразглашении. Нечего, мол, людей будоражить. Потом гости отобедали со старшими членами семьи и ушли.

Раз не разглашать, так и не будем. Но летать наши Единороги будут! Только крылья у мужчин будут не кожистые, а ладоньи, драконьи. А там, лет через пять полетят наши коники!

Вечером, перед ужином, мы ещё поговорили о найденных рисунках.

- Как вы думаете, – обратилась ко всем Лана, - кто мог нарисовать это? Ведь пергамент очень древний.

- Да, пергамент очень древний, – согласился Елисей. – У нас в Академии есть несколько «грамот» такой древности, но качество выделки пергамента иное. Наш грубее этого. И рисунки слишком современные. В те далёкие времена наши предки ещё не умели так рисовать. Эти нарисованы так же, как Лада и Лана рисуют. Очень явно, живо.

- К чему это ты клонишь? – спросил Радим.

- Он клонит к тому, что это рисунки не нашего мира, – пояснил Ольх.

- Тогда как они здесь оказались? – удивлённо спросила Таня.

- Князь Борислав Белояр был Ходящим, – начал объяснять Елисей. – Видимо, в одном из миров ему и попались эти рисунки. Есть ли в том мире летающие Единороги или нет, мы уже не узнаем. А вот то, что это обороты эльфов понятно по рисункам.

- Выходит, у наших предков были крылатые Единороги?! – с волнением произнёс Вернуэль. – А мы даже бескрылых, можно сказать, чуть совсем не потеряли.

- А кони!? – воскликнула Майя. – Кони-то как к нему попали?

- Скорее всего, ему помогли, – предположил Елисей. – Надо будет в Главном Храме просмотреть грамоты с записями сильных магических вспышек трёхсотлетней давности. Если сюда открывался портал из иного мира, Хранители должны были засечь и записать. А вот поймать нарушителя, они вряд ли могли.

- Лина, – обратилась я к дриаде, – а ты магическим зрением не рассматривала пергамент?

- Нет. А что?

- Посмотри-ка. Какой-то червячок меня гложет, насчёт его структуры.

- Думаешь – подделка? – спросил Елисей.

- Нет. Я другое думаю.

Вернулась Лина.

- Ребята, это не кожа животного!

- Что-о-о?! – хором произнесли все.

- Май! Ты тоже посмотри, – предложила Лина Кентаврессе.

Майя тоже пошла к рисункам.

- Точно! Это не пергамент!

- А что, по-вашему? – удивлённо спросила Варя.

- Это больше походит на папирус, но очень тонкой высококачественной обработки. Магической, – заявила Лина.

Все взволнованно зашумели, подошли к рисункам. Стали их разглядывать и так, и сяк.

Елисей рисунки смотреть не пошёл. Сидел, крепко задумавшись.

- Варя, – подозвала я нашего химика. – Ты отрежь-ка кусочек этого «пергамента-папируса» и в библиотеке возьми самого старого и сделай сравнительный анализ. Если сможешь в наших условиях определить хотя бы приблизительный возраст, то это будет прекрасно.

- Мы с ребятами завтра же займёмся после работы, – с готовностью согласилась Варя.

- Анют, мне кажется, мы с тобой мыслим в одном направлении, – прошептал муж.

- «Милый, у тебя голос пропал, или ты секретничаешь?» – мысленно спросила Елисея.

- «И голос пропал, и голова кругом идёт. И я ничего не понимаю!».

- Теперь мы никак не узнаем, что было в действительности, – подвела итог Таня. – Тем более, сегодня. А в нашей действительности у Ани День рождения. Вон, Гордей извёлся уже весь. Они столько вкусностей наготовили!

- А и, правда, – произнёс мой муж, поднимаясь на ноги и помогая встать мне. – Пора праздновать начинать, а то наша новорожденная устанет раньше времени. А научное заседание завтра продолжим. Я ещё с Миримиэлем поговорю.

Праздновали мы в беседке. «Старики» расселись за столом, для молодёжи накрыли фуршет. Нет, слово это не произносилось, и вводить его в лексикон не будем.

Деньрожденский торт украшала статуэтка крылатой лошадки, вырезанная, очень умело, из большого сахарного клубня. Выкупали куски тора по разной цене. Владеющие собственной казной, или имеющие собственные денежные средства, щедро оплатили платиновыми «единорогами». Цена поскромнее – один золотой «ладон». Ещё скромнее – один мельхиоровый «ладон». Школьники выкупали за «обороты».

Веселились до полуночи: играли, пели, танцевали. Для меня было установлено свободное кресло с мягкими подушками, и я «веселилась» изредка всхрапывая.

Утром я проснулась в своей кровати, не помня, как туда попала.

На следующий вечер околонаучное заседание продолжилось. Варя, взяв кусочки пергаментов, ушла в лабораторию. Её «ассистенты» поднялись вместе с ней.

Состояние Миримиэля Елисей описал как удручающее.

- Я знаю его всю мою сознательную жизнь. Чтобы старый эльф вот так потерялся! Я кое-как достучался до него. Заперся в кабинете и никого не пускает. Эти рисунки его буквально подкосили. Он стал меня уверять, что это не пергамент, а растительное волокно особого плетения. Они такого делать не могут. Утерян секрет. Но есть очень древние образцы с текстами. Говорит, что у них есть о крылатых Единорогах несколько детских песенок.

Ты расти, расти, сынок,

Маленький Единорог.

Повзрослеешь, будешь сам

Подниматься к небесам!

Представляете? Поёт и плачет! Плачет старый эльф!!!

***

Через три дня, обрабатывая разными растворами и магическими «припарками» кусочки пергаментов, Варя вынесла вердикт:

- Во-первых, рисунки сделаны на растительном материале. Во-вторых, этому материалу не менее десяти тысяч лет. Сколько, так быстро не определить. Требуется дополнительное время.

Но нам и этого хватило. Мы будем не мы, если не разгадаем загадку Сурейна!

Глава 5. Жизнь продолжается

В середине купаленя заканчивается учебный год в школах.

А через месяц, в середине кресеня мы второй раз отметили день рождения Лене. Двадцать лет. Встретили ещё одну Лебедь. В нашем полку прибыло.

Уже полгода, как ребята, экстерном сдав экзамены и распрощавшись с Академией, занимаются настоящими взрослыми делами.

Радим строит свою вотчину, тоже княжество, Л́донское. Не суверенное, а в составе Роксолани, автономное. У него оказалось много сподвижников, как среди молодёжи, так и среди взрослой части Ладонов, умудрённых опытом и знанием Уклада.