Немного о потерянном времени (СИ) - Шабанн Дора - Страница 22

— Погоди, Гох, не част и…

Недоумение делает ее глазки очень большими. Хочется сказать: «Вот так и ходи!», но время шуток пока не настало.

— Да что уж теперь-то?

Вообще, есть смысл намекнуть, что кто-то засиделся в девках, да пора гнездо бы устроить, наверно?

— Детка, но может быть пора? — начинаю издалека.

Но знакомы мы давно, поэтому она сразу понимает, куда я клоню:

— Пора что? Ты же знаешь мое отношение к интиму?

Ой, как-то мы сразу глубоко провалились, я же про обязательный разговор хотел намекнуть.

Приходится выкручиваться банальщиной:

— Ну, как бы в твоем возрасте да по медицинским показаниям…

И сразу становится понятно, что тема горячая и кто-то вот-прям-щас отхватит:

— Давай начни сейчас меня уговаривать, как мой гинеколог! Рус, я взрослая девочка, и одна лишняя деталь в организме мозги мои не аннулирует! Для женского здоровья нужен оргазм, а не вот это вот нелепое все. А знаешь, какой самый распространенный оргазм у женщин?

— Откуда? Я вообще достаточно невинен в этом плане… — ой-ой-ой, куда нас понесло-то, бл*.

— А, ну тогда, слушай меня, маленький брат, я займусь твоим просвещением. Хотя бы в теории…

— Я уже офигел от тебя достаточно, так что жги!

Фу-х, как-то жарковато стало.

А эта воспитанная девочка из приличной семьи с умным видом, типа, лекцию мне задвинула:

— Самый распространенный и легкий в достижении женский оргазм — клиторальный. А там, как ты понимаешь, проникновения никому никуда не уперлось. Так что не волнуйся за мое женское здоровье, братишка. У меня с этим все нормально.

— Ну, охренеть… — именно с этими словами на пороге возник Марк Адриан.

— Теперь-то уж точно… — обалдела Гоха.

Да, некстати он нам тут сейчас вообще:

— Нашел время влезть! Я только-только что-то по существу про женщин начал узнавать, как принесла тебя нелегкая, зараза. Давай, бро, иди, чаю все ж таки попей!

Пусть и невежливо, но Марка я выставил.

Нужно все же красавицу нашу на верный путь наставить, а кто, как не я? Я же это все видел-перевидел в семейке нашей развеселой:

— Короче, так, умница-красавица, просвещение — это хорошо, но ты же видишь, ситуация складывается криво и без разговора вам не обойтись.

— Зачем? Я сейчас тихо пострадаю осень-зиму, потом будет весна, тогда уже должно будет пройти все это, глупое.

— Чего вдруг глупое? Может, ты и твои взгляды на жизнь, семейные ценности, отношения между мужчиной и женщиной — именно то, что ему надо? Но, пока не спросишь — не узнаешь. Помнишь, сколько папа Влад вокруг мамы кружил? Да, даже когда у них вроде и закрутилось уже, то из-за глупого недопонимания они столько времени и нервов потеряли. Так что говорить! Надо разговаривать. Обязательно. У тебя все получится, помни об этом!

— Я очень хочу тебе верить. Но мои страдания на потом отложим, сейчас скажи, что за планы? — хочется ей все же съехать с темы, да.

Поэтому так, в общих чертах:

— Сейчас восстанавливаюсь, собираю информацию, думаю.

Не удивительно, что занятая своими переживаниями Гоха, довольствуется этим:

— Хорошо, надеюсь, тетя Рита тебя из рук пока не выпустит. Хотя у них там, на работе, очередной трэш, ну, да, родители тебе сами расскажут.

И уплывает на кухню.

Чаю попить.

После того как Гоха, теперь уже точно «подруга дней моих суровых», а совсем не «любимая девушка» или «невеста», как многие привыкли считать за эти годы, упорхнула выпить с матушкой чаю и посплетничать слегка, я задумался.

О себе, о Марке, о бате. О том, как нас сильно плющит столько лет. Всех по разному поводу, но достаточно тяжко ломает каждого. И что надо рубить к чертям все эти хвосты из детства. Ибо дальше с ними хода реально нет. Да и окружающим от этого наследства тоже хреново.

И да, что за очередной трэш там у них на кафедре? Деду Ревазу я, ясен день, позвоню, но и родителей надо опросить.

По отдельности.

Глава 26

Руслан

Перед сном неожиданно, но приятно, снова явился Никитос минут на пять посидеть.

Спросил, чем я увлекался в начальной школе, удивился, что космосом:

— Ну а я, бл*, на карате хочу. Или на бокс.

Не, это понятно, переживает человек за собственную неготовность дать миру пи*ды. Очень тут батя будет в тему:

— Это не просто. Надо много работать. Ты отца спроси, он и сам в боксе мастер спорта, и тренеров хороших знает.

— Да, че спроси? Занят вечно, у него наука, нах*. Че я полезу?

— Ничего, для тебя время точно найдется. И для бокса, и ты еще на шахматы его пригласи, если играешь. Если нет — попроси научить. А там можно будет потихоньку и все остальное у него спрашивать, что интересно.

— Вот бл*. Я подумаю.

И исчез, красавчик. Ну, сегодня мат не через слово, что не может не радовать.

Отец, явившийся с какао после вечернего визита Ника, был настроен поговорить.

Штош. Пора же?

Но пока я пытался сообразить, с чего начать, он меня, как обычно, удивил:

— Я в армии боролся с беспомощностью своего детства. Пытался прочувствовать и осознать, что управляю своей жизнью. Рисковал ей, не понимая ценности. А в то время там тем, кто готов умереть, неплохо платили.

Я так обалдел, что обжегся, отхлебнув сразу полкружки. Папа Влад глянул на меня хмуро и продолжил:

— Видимо, весь абсурд такой тактики я до тебя не донес. Ну, что же, исправляюсь, — таких тяжелых вздохов я за последние годы слышал три. И все ситуации были швах. Но подождем, может, все не так однозначно плохо?

— Если тебе нужна одна конкретная женщина, то ты должен понимать, что отношения, это в первую очередь ответственность. И, несмотря на ее возраст, рулить в вашем случае тебе, — да, вот это реально практические советы.

Тут теперь главное — не спугнуть мысль. Я, наплевав на то, что время давно пришло очередную дозу обезбола колоть, сцепив зубы старательно внимал.

— Ты должен гарантированно обеспечить своей женщине безопасность, комфортный быт и ежедневно давать ей понять — что она твоя королева. Она одна царит в твоей душе и сердце. Она самая важная для тебя. И ты для ее счастья сделаешь все, — наконец-то на лице бати проступило то выражение умиления, с которым он всегда раньше смотрел матери вслед.

Фух, а то мне что-то стремно уже стало.

А он с той же радостью во все лицо закончил лекцию:

— И тогда взамен на тебя посыплются все эти семейные плюшки: забота, поддержка, нежность. А когда-нибудь и любовь. Главное — быть настойчивым и уметь ждать.

Ну, ждал я, допустим, достаточно, о чем тут же и брякнул. Эх, башка несколько отъезжает, понимать надо.

Отец забрал пустую кружку и хмыкнул, выдав мне на сон грядущий последние инструкции:

— Думаешь, долго? Это с какой стороны посмотреть. Тебе сейчас надо вспомнить, что без разведки нормальные мужики даже в магазин не ходят. Поэтому ты должен быстро выяснить, что там у нее и как сейчас в семье, с мужем, с ребенком. И с работой.

Но, пока он не успел скрыться за дверью, я все же вбросил:

— Что на работе? Не поверю, что все нормально. Говори сам, я же все равно у Алиева спрошу!

Вот почему я не зацепился за его кривую усмешку, тормоз?

— Нет, не сейчас. У тебя есть срочная задача — встать на ноги и определиться с твоими отношениями с Ладой Юрьевной. А потом уж все остальное, — ухмылка снова кривая.

Да что там, бл*, творится?

— Смотри, бать, я тебе давал шанс. А теперь уж прости, буду свое мнение формировать, а не с твоей точки зрения смотреть.

— Ну, приходи потом — обсудим. Может, ты что-то увидишь в этом дерьме иное. Любопытно будет послушать.

«Приходи» — это он хорошо придумал, да.

Мне для начала встать надо устойчиво, зараза.

Поэтому я некоторое время повалялся в тоске, сомнениях и переживаниях.

И планировании.

Думал и надумал.