Драконья луна - Троуп Алан - Страница 58

33

Хлоя до сих пор еще не восстановила свой естественный цвет. Любое движение дается ей с трудом. Пройдут часы, пока она окончательно залечит все повреждения и наберется сил. Мне не хочется покидать ее сейчас. Мне вообще не хочется покидать ее. Там, наверху, еще что-то обрушивается. Я смотрю на Хлою.

– Надо подготовиться к встрече с ним.

Моя жена молча кивает.

– Ты знаешь, сколько этой жидкости я должен выпить? – спрашиваю я.- И скоро ли она подействует?

– Нет, – отвечает Хлоя. – Все, что я знаю: воины Андра пили ее, чтобы вырасти до размеров воинов Зал.

– До каких именно размеров? Они становились вдвое больше? Или втрое?

Она пожимает плечами.

– Мне об этом не рассказывали. Но посмотри на картинки на крышках ящиков.

Я сравниваю два рисунка. Изображение воина Зал раза в полтора больше изображения воина Андра. Но зависят ли размеры от количества выпитой жидкости? А вдруг слишком большая доза этого зелья смертельна?

Никто не может мне ответить на эти вопросы. Остается рассчитывать лишь на собственную интуицию. А пока я съеживаюсь, чтобы протащить две оставшиеся говяжьи туши по коридору к наружной двери.

– Чтобы вырасти до таких размеров, наверняка нужен большой запас энергии, – говорю я Хлое. -Вынесу это мясо наружу, чтобы было что поесть после того, как я выпью настой.

– Почему бы тебе сначала не принять настой?

Я отрицательно качаю головой:

– Мы не знаем, как быстро он действует. Если мгновенно, я сразу стану слишком велик, чтобы пройти по этому коридору.

Оставив два флакона Хлое, я тащу мясо к двери. Ветер снаружи усилился. Мне приходится изо всех сил налечь плечом на дверь, чтобы открыть ее. Как только я высовываюсь наружу, на меня набрасывается ветер. Льет дождь. По моим расчетам, сейчас должна быть полночь, то есть ураган как раз набрал свою максимальную силу.

Ветер старается вырвать у меня мясо, но мне удается удержать его. Я кладу его рядом со ступеньками, ведущими на галерею. Там некоторое затишье. Вернувшись в дом, беру флаконы и прощаюсь с женой.

– Останься здесь, со мной! – просит она.

– Ты сама знаешь, что это невозможно, – отвечаю я.

– Мы могли бы уйти вдвоем и забыть о моем отце и Дереке.

– Я, как и твой отец, не люблю уклоняться от боя. Если бы я сделал это, я уже не был бы тем, за кого ты вышла замуж.

– У нас даже не было времени побыть вместе!

– Мне хватило времени, чтобы понять, что я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя. Подожди хотя бы, пока я окрепну и смогу помочь тебе.

– Нет,-отвечаю я и нежно поглаживаю ее хвостом. – Не забывай, что теперь в моем распоряжении

волшебный настой. Если у кого теперь и есть преимущество, так это у меня.

– Если он сработает. Этой жидкости, должно быть, не меньше тысячи лет.

– Хорошо же ты напутствуешь своего мужа, когда он отправляется на битву! – смеюсь я. – Он непременно сработает, и я вернусь.

Хлоя прижимается ко мне, и мы стоим так некоторое время. Потом я отрываюсь от нее, беру флаконы и направляюсь к двери, за которой меня ждут ураган и заклятый враг.

34

Как только я лишаюсь защиты этих стен, на меня накидываются ветер и дождь. Восстановив свой нормальный размер, я пробираюсь по кустам к тому месту, где оставил мясо. Это не более чем в двенадцати шагах от двери. Ночное небо прорезает молния, осветив на мгновение пейзаж. Вспышка выхватывает силуэт крупного дракона, который, склонившись над мясом, ест.

Почти сразу вновь воцаряется темнота. Но поздно. Я уже раскрыт.

– Питер! Как любезно с твоей стороны! Я вышел, чтобы разнести в щепки твой катер, и обнаружил, что ты оставил для меня еду. Да и сам не замедлил явиться, – говорит Чарльз.

– Ты уже разрушил все, что мог, в моем доме? – осведомляюсь я, зажав оба флакона в горсти, мучительно пытаясь вспомнить, в котором из них

зелье, а в котором – противоядие. В темноте, да еще под дождем, совершенно невозможно отличить зеленый цвет от янтарного.

– Вообще-то я надеялся, что ты будешь занят еще некоторое время. Хотелось успеть поесть,- смеется Чарльз Блад и откусывает огромный кусок мяса. – Иди сюда, дружок. Поедим вместе.

– Тут-то ты на меня и нападешь.

– Может, да, а может, и нет, – снова смеется Чарльз. – Тебе придется решить, стоит ли еда такого риска.

– Я думал, ты играешь по-честному, – говорю я, перекладывая один из флаконов в левую лапу.

Я решил пить из этого, и будь что будет. Подношу флакон ко рту.

– По-честному – да, но не по-глупому, – возражает Чарльз.

Снова вспыхивает молния, и я замечаю, что Чарльз сменил стойку: теперь он припал к земле, как кошка перед прыжком. Над головой грохочет гром, янтарная жидкость в моей левой лапе вспыхивает желтым светом. Я бросаю этот флакон в кусты и взмываю в воздух,

– Питер, ты так быстро покидаешь меня? Я что-нибудь не так сказал?

Ветер подхватывает меня, поднимает и кружит. Я пытаюсь набрать высоту, лихорадочно бью крыльями и одновременно вожусь с пробкой от флакона. Меня относит в сторону.

– Потрясающая ночь, не так ли? – Чарльз проносится в темноте мимо меня. Он не причиняет мне серьезного вреда, а лишь слегка задевает кончик моего хвоста.

Я кричу скорее от неожиданности, чем от боли. «Ну, хватит!» – думаю я, подношу флакон ко рту и откусываю его горлышко. Осколки стекла впиваются в губы и язык, но настой льется мне в горло, весь, до последней капли. Вкус у него омерзительный – как у прокисшего рыбьего жира. Мой желудок не желает принимать это, и мне стоит немалых усилий удержать настой в себе. Я судорожно хватаю ртом воздух, глотаю дождевую воду, чтобы притупить мерзкий вкус.

Ничего не происходит. В моем хвосте пульсирует боль. Меня по-прежнему треплет ветер. Теперь он несет меня куда хочет. А Чарльз Блад где-то рядом, выжидая удобный момент, чтобы напасть. Я старательно набираю высоту, осматриваю небо во время вспышек молнии. Ничего не вижу. Воздух вокруг меня трещит от статического электричества. Я жду очередной молнии. Она рассекает небо так близко от меня, что я чувствую ее жар. Молния освещает моего врага, который как раз собирается обрушиться на меня.

Сложив одно крыло, я уворачиваюсь. А когда Чарльз пролетает мимо меня вниз, складываю второе крыло и падаю на Блада сверху, на скорости в несколько тысяч футов в секунду. Набросившись на него, раздираю ему спину когтями ног, потом расправляю крылья и отрываюсь. Он с воем ныряет в темноту. А я снова взмываю вверх.

– Неплохо, мальчик. Ты произвел на меня впечатление. Никто до сих пор не мог тягаться со мной. Но это не значит, что ты не будешь в конце концов побежден. Похоже, мы сегодня славно повеселимся!

– Ты находишь, что это весело? – спрашиваю я.

– Да еще как! Я так не развлекался с тех пор, как дрался за Саманту.

Новая молния освещает округу, но я не успеваю что-либо увидеть. Чарльз подлетает ко мне сбоку, накрывает мои крылья своими и вонзает зубы мне в затылок. Мы падаем. Я извиваюсь и выкручиваюсь, пытаясь освободиться от его захвата и не обращая внимания на боль, которую причиняют мне его лапы. Мне лишь удается слегка задеть его когтями.

Мы падаем в воду с такой высоты, что быстро погружаемся на большую глубину. Тут Чарльз оставляет меня и отплывает в сторону. Во мне бушует боль. Сначала я почти не могу двигаться. Просто всплываю на поверхность. Постепенно я снова заставляю свои мускулы действовать. Когда мне начинает не хватать воздуха, я уже в состоянии сильнее толкать себя вверх.

Вынырнув, я жадно хватаю ртом воздух. Сердце так колотится, что вот-вот разорвется. Волны швыряют меня из стороны в сторону. Сомневаюсь, что перенесу еще одну атаку. Боль от ран очень ослабила меня. Болят сердце и мышцы, не хватает воздуха. Мой желудок сжимают болезненные спазмы. Мне не выдержать еще одного нападения Чарльза.