За Камнем Жизни (СИ) - Осинина Нюра - Страница 40

И Фейзиэль пересказал Моррису содержание Пророчества.

- Ну, а теперь о тебе и твоей задаче на первое время, тевьер Моррис льер Рэввинг, – приступил Фейзиэль к следующей теме разговора.

- У нас нет такого обращения, – возразил Моррис.

- Это обращение, принятое в мире Шаргаштан. И ты теперь являешься его жителем, – наставительно проговорил Фейзиэль. – Ты сейчас возвращаешься в избушку Филантея, и, как мы договаривались, занимаешься с ребятами и Лукерьей. Ты назначаешься их Наставником и Стражем. Три месяца вы передвигаетесь по планете только по главному тракту, останавливаясь в местах Силы от трёх до пяти дней. Можете задерживаться на три дня у больших городов, для знакомства с ними. Конечно, за три месяца ты со всей планетой не ознакомишься, да и не надо, но представление иметь будешь. Это на будущее. Когда Теймир овладеет магией и магическим оборотом в полную меру, тогда сможете съезжать с главного тракта и не бояться попаданий в блуждающие порталы. Вчетвером-то, надеюсь, вы почувствуете местонахождение Стабилизатора. И ни в коем случае не находитесь поодиночке. Только вместе. Хоть верёвкой связывайтесь, но не разбредайтесь, – с улыбкой завершил наставления Фейзиэль, напомнив о их переходе через сектор Вечных снегов. – Кураторы остаются с вами, ну и я буду приглядывать. Теперь ступай, – взмахнул рукой, и Моррис оказался перед входом в избушку Филантея.

Встречали его как родного, долгожданного. Егорушка, сидевший снаружи у дверей на приступочке, с криком: «Ура! Моррис вернулся!», – повис у него на шее. На шум из дверей высыпали остальные обитатели избушки.

Тимур, было, по-взрослому поздоровался с Моррисом рукопожатием, но тот дёрнув его на себя, обхватил и прижав к себе, оторвал от земли. Тимур попытался вырваться, но бесполезно. Объятия Морриса были крепки. Егорушка кинулся на выручку брату. Завязалась шутейная потасовка. Над ними закружил Артик, изображая арбитра.

Лукерья стояла в дверях и улыбалась. У ног сидел Матвей, возбуждённо дёргая хвостом. Только опасение быть случайно затоптанным, да и солидный возраст не позволяли ему радостно кинутся в эту возню. Между Лукерьей и косяком протиснулся Филантей и тоже с улыбкой наблюдал за вознёй Морриса с ребятами.

- Я же говорил, что он новый член семьи, а он не поверил. Ишь, как с ребятами-то. С чужими так не тискаются, – резюмировал домовик-механик. – У тебя там в печи пироги-то не сгорят?

Лукерья, охнув, кинулась в кухню. Моррис, возясь с мальчишками, всё же приметил и изменения, произошедшие с Лукерьей, и её радостную улыбку. У него в душе тоже отозвалось теплом и ещё чем-то неопознанным. Но не успело опознаться, как кольнуло обидой, что Лукерья не поприветствовала, как хозяйка, приглашая в дом, а кинулась назад в нутро избушки. «Что там у неё? Словно горит. Ведь рада была, что вернулся, а убежала». С этими мыслями и висящем на нём Егорушкой, Моррис и вошёл в избушку.

Лукерья хлопотала у печи, вынимая один пирог за другим. «Точно, горит», – успокоился и устыдился своей мимолётной обиды мужчина. А с тем, что там ещё мелькнуло, решил разобраться позже, когда успокоится взбудораженная атмосфера семьи. «Семья, – шевельнулось определение в голове. – С одной семьёй простился навсегда, а другую обрёл. И тоже, похоже, навсегда», – рассудил мысленно, пока мыл руки.

- Здоровья и долгих лет жизни, Лукерья Савельевна, – проговорил Моррис, проходя на территорию кухни. – Ты сняла иллюзию личины. Когда?

- Помогли. На вторую ночь, как ты ушёл.

- Вот видишь, Моррис, какая у нас бабуля красивая, – похвалился Егорушка.

- Я так и догадывался, что ваша бабушка – красавица. Принимай в семью одинокого воина, Лукерья.

- Здоровья и долгих лет жизни и тебе Моррис. Я рада, что ты вернулся. Вон как мои внуки тебе рады. А их радость и моя радость, – замудрённо поприветствовала Лукерья, собирая на стол.

- Так ты мне рада, потому что внуки радуются? – изобразил лёгкое расстройство Моррис.

- Ну, почему же? Я действительно рада принять тебя в семью. Мужчина в хозяйстве всегда пригодится. А уж воин и маг тем паче. Садись за стол. Завтракать будем. Тебя вот ждали, – указала Лукерья на пироги. – Ребята, что зависли? Быстро за стол. Тимур, наливай всем отвар.

- Сегодня пирог с необычной начинкой, – объявила Лукерья, разрезая на куски первый пирог. – Уж не знаю, понравится ли вам. Больно мне нахваливали начинку, вот я и соблазнилась. Вчера на рынке женщина продавала необычные грибы. Я таких сроду не видывала. У нас есть цветок – гвоздика. Соцветие словно пучок зубчатых лепестков. На нашей родине есть праздник, отмечаемый седьмого ноября. Так вот эта гвоздика является его символом. Вот эти грибы очень похожи на соцветие того цветка – пучок лепестков. Тёмно-коричневые, почти чёрные. Пахнет вкусно, съедобно. Эта женщина и рассказала, как сделать начинку к пирогу с мясом и этими грибами. Да вы пробуйте, пробуйте, – пригласила сотрапезников, слушавших её и с сомнением поглядывавших на куски пирога, от которых шёл приятный мясной с грибной ноткой и ещё чем-то неуловимым дух. – Мммм. Вкуснятина, – первой откусив и прожевав, проговорила Лукерья. – Да ещё эти ягодки. Что? Вкусно же? – заулыбалась, видя с каким аппетитом все начали уминать пирог, запивая отваром.

- Необычно, но очень вкусно, – похвалил пирог Моррис. – А что за ягодки добавлены в начинку? Что-то не пойму.

- Это жуженика*, – объяснил Филантей. – Надо насушить такой ягодки. От простуды хороша и как приправа к мясу годится.

Второй пирог был с яблоками, а запивали его малиновым компотом.

- У меня для вас есть подарки, но сначала, Лукерья Савельевна, обсудим наше дальнейшее совместное проживание, – проговорил Моррис по завершении утренней трапезы.

- Так ты, значит, с нами надолго, коли в семью напросился, – пришла к выводу Лукерья.

- Возможно и насовсем. Но на дальние перспективы загадывать не будем, а месяца три точно никуда от вас не денусь. Меня к вам приставили Наставником, как мага, владеющего оборотом, и, как воина, Стражем. Вот такие дела, – развёл руками и встрепал, подвернувшуюся под руку, голову Егорушки.

- Ага-а-а, – задумчиво протянула Лукерья. – Теперь разъясняй по порядку: кто приставил и почему на три месяца?

- Приставило местное начальство, – ткнул пальцем вверх с намёком.

- Правитель Шаргаштана, что ль? – удивилась Лукерья.

- Нет, я с ним не виделся. Эта сила поболее и выше находится.

- Никак «чёрные балахоны» тоже вмешались? – догадалась женщина.

- Так над нами только они власть имеют, – подтвердил Моррис.

- Значит, ты с нами будешь так же заниматься, как занимался, пока сюда ехали. Это хорошо. А почему три месяца?

Ребята, внимательно слушавшие разговор старших, довольно перемигивались. Заниматься с Моррисом, им понравилось.

- Лукерья, а каков возраст Теймира? – поинтересовался, неожиданно для неё, Моррис.

- Так я теперь и не знаю, – растерялась она, не обратив внимание, как Моррис назвал Тимура. – На Земле он почти двух месяцев не дожил до шестнадцати лет. Ну и здесь уже почти месяц болтаемся. А почему ты спрашиваешь?

- Так я и предполагал. Через месяц у него должна проснуться Сила владения магией, а вместе с ней и владение оборотом. Теймир, ты как себя чувствуешь? Изменения какие-нибудь замечаешь? – обратился к старшему подростку Моррис, присматриваясь к нему с прищуром.

- Я… – хрипло выдавил из себя Тимур, взволнованный темой разговора.

- Какого ещё оборота? – заволновалась Лукерья. – Тимур не оборотень. С чего ты взял? У нас на Земле нет оборотней.

- Ба, я же тебе рассказывал, как отец говорил, что мне надо будет зверя приручать. Он, наверно, это и имел в виду.

От волнения Тимур говорил хрипло, возбуждённо.

- Тимур, успокойся, – Моррис направил на него волну спокойствия. – Тебе сейчас нельзя волноваться. Держи эмоции в узде. Вот для этого, Лукерья, я с вами. Почему три месяца? Месяц на подготовку к овладению магией и оборотом и два месяца для овладения и привыкания. Но, похоже, это знаменательное событие произойдёт несколько раньше. У него уже начались изменения в ауре, если сравнивать с тем, что я видел, когда мы впервые встретились. Скорее всего повлияло воздействие инородной магии, когда мы попали в снежный смерч, ускорившее проявление Силы.