Хроники Дарона. Эльф под горой - Мельник Полина - Страница 26

— Так как ты говоришь, тебя звать? — поинтересовался гоблин, и это можно было считать успехом, еде вряд ли дают имена.

— Теллиарон, Серый Король, — максимально выпрямившись, представился я.

— Это тот эльф, что под горой засел в Чернолесье? — окликнул собрата второй возница и даже поторопил своего горного, чтобы сравняться со мной и получше меня рассмотреть.

— Он самый, — выкрикнул Ивир, гоблины переглянулись.

— И чем торговать надумали, уродами из Чернолесья? — полюбопытствовал сморщеннолицый, не особо поверив мне.

— И не только, посмотрим, сколько у вас золота, и может, поговорим о чем-то посерьёзней уродов, — хорохорился я.

Гоблины опять переглянулись. Тролли остановились, меня вытащили из корзины и пересадили за спину возницы:

— Уж извиняй, Эльф Под Горой, твоих остроухих пока так повезём, места нет, — максимально галантно для сморщеннолицего сказал наездник, — доедем до князя, не говорите про троллей, ну, — он замялся, — что мы вас ловили и сожрать думали.

— Ладно, — великодушно согласился я, силясь придумать, а что, собственно, такого ценного мы будем предлагать, что будет ценнее питательного ужина для их горных.

Воинами сморщеннолицые были посредственными, и, если бы не выгодное соседство с троллями, Зарнатха как государства и вовсе бы не существовало. Гоблины прекрасно чуяли сезоны и погоду, из них могли бы выйти земледельцы, но они были слишком ленивы для такого тяжкого труда. Единственное, в чем они были бесспорно хороши — рынки. К торговле западные соседи относились уж очень почтительно, прекрасно зная цену каждой вещице, даже самой мелкой и потому никогда не отказывались от сделок. Их народец расползался по всему Дарону с сумками, сундуками и мешочками, набитыми всяческим барахлом. Но у почти любого из них в ворохе мелочей таилось и что-то ценное, а если нет, то это самое ценное таилось в их головах, сморщенные прекрасно знали, где что достать и сколько это «что» будет стоить.

Я силился придумать, чем бы заинтересовать их. Идея с ловлей уродов в Чернолесье, которых после возили в клетках по Дарону для потехи, была неплохой, хотя с этим они справлялись и сами, пусть и с большими потерями, чем мы. Шкуры? У нас едва ли их было достаточно для продажи, как и еды. Лекарства? Да, наших рецептов не ведали даже эти проныры. Но всё это едва ли достойно внимания князя, к тому же, Светлый лес давно снабжает весь Дарон лекарствами. И я вспомнил о мечах. Тридцать пять прекрасных, сверкающих как полная Луна, клинка, что таились под огромным дубом, у корней которого мы закопали их с Ивиром.

Мы приблизились к Горному городу, цепь небольших вершин, скопившись вместе, замыкались в полукруг, земля в центре была вытоптана так сильно, что ни одна травинка не смогла пробиться к свету. В горе, что была посередине, зияла аккуратно вырубленная арка и три пропорциональных круглых окна над ней. Иных украшений княжеские палаты не имели.

Князь гоблинов, тугун подери, имя которого я не повторю даже под пытками, вышел самолично нас встречать. Один из возниц специально поторопился и предупредил своих. Эльфов как источник чего-то ценного гоблины уважали даже заранее, по такому поводу у подножия горы даже была выметена дорога, гоблины слыли теми ещё грязнулями, потому, заметив только что убранную площадку для встречи с нами, я улыбнулся про себя. Трон — а именно так гоблины называли позолоченный стул с не самым изящным образом приделанными камнями, — был вынесен поближе к входу, внутрь гор гоблины никого не пускали.

Князь, толстый через меру, в красном бархате, что облегал его до неприличия плотно, восседал на троне, терпеливо выжидая, пока подданный назовет его полное имя гостям, у гоблинов было принято представляться только полностью, вспоминая всех своих отцов, дедов, прадедов и так далее. А так как за родословной такой знатной особы непременно следили внимательно, имен родственников набралось немало. Наконец, перечисление Итригдиктов, Сивтриунтирлов и прочих режущих слух имен было окончено, поданный сделал знак, приглашая гостей говорить:

— Приветствую Светлого Князя зарнатских земель, — слегка склонил голову в полупоклоне я, мои люди поклонились ниже, как того требовали приличия, — я Теллиарон Серый Король, пришёл говорить с вами о торговле.

— Это ты — Эльф Под Горой? — похоже, у гоблинов для меня имелось иное прозвище.

— Да, — гордо расправив плечи, представился я.

— Рад тебя приветствовать, король, — расплылся в услужливой улыбке Князь, привычка заискивать перед выгодными дельцами у гоблинов не исчезала даже с повышением титулов. — Что же привело тебя и твоих эльфов в Зарнатх?

— Мы пришли поговорить об уродах Чернолесья, что можем ловить для вас, об эликсирах, что могут приготовить мои лекари по цене приятнее, чем ваши западные соседи, — улыбка на лице гоблина сделалась ещё шире и уродливее, выгоду он учуял, — разумеется, про то, за сколько мы вам продадим эликсиры, вы не должны будете…

— Болтать? — хохотнул князь, — что ты, господин, мы продадим твои склянки с большей выгодой для себя, мы не идиоты о таком трезвонить. Но, однако ж большого спроса не пообещаю, сам понимаешь, рядом Светлый лес… — намекал он, а я отчаянно соображал, как украсить предложение.

— Еще можем продавать вам яды. То, что ползет к нам из Чернолесья, сами знаете, какое, — нашелся я, черные глаза сморщенного заблестели ярче, он уже потирал руки, подсчитывая сарты от продажи чего-то настолько запрещенного и дорогого. — К тому же, если в сундуках хватит золота, я предложу тебе десяток-другой отменных мечей эльфийской стали.

— Эльфийской? — князь встрепенулся, не в силах более напускать на себя безразличный вид. — Откуда?

— Мы ведь эльфы, не забывай. Секреты стали не рассказываем, — улыбнулся я, увидев, как лихорадит моего покупателя, — у нас всего тридцать четыре меча, прекрасные, сталь отменная и чистая, как горная вода, — выдержал паузу, дав мысли осесть в его голове. — Так есть у тебя, что класть на весы, когда я уложу на них меч?

— Есть! — воскликнул князь, придворные одобрительно качали головами.

Эльфийские мечи стоили баснословно дорого всегда, а теперь, когда в Светлом городе давно закрыты шахты, в Дароне они стали ещё дороже. Ведь новые было добыть невозможно, приходилось перепродавать из рук в руки это сокровище, а потому цена только росла.

К тому же, я намеренно предлагал эту сделку князю, в обход мнения их короля, что было, конечно же, выгодно именно владельцу восточных пещер, до которого после короля долетали обычно лишь крошки от таких сладких сделок. Я же не был готов к торговле с королем: его непременно заинтересует, где взять ещё и это самое ещё он запросто ухватит, разгромив мой слабый город. А так, небольшая сделка пройдет в темноте, и все мы окажемся в выгодном положении. Это понимал не только я, восточный князь тоже шептался с придворными, видимо, сопоставляя, как бы мне заплатить и как бы потом в обход королю продать славный товар.

— Вези мечи и проси, что тебе надо, уж мы отыщем, — пообещал князь после недолгого раздумья, и я довольно улыбнулся.

Сторговавшись на эликсирах и зверье, мы заключили договор на целый год и запросили отличную цену для мечей. В долг гоблины выдали сразу двух дрессированных горных троллей, что доставят нас домой, здоровенный обоз еды, клетки под отлов и даже проводника. А уж прощались с нами, как с родными, и я решил, что, похоже, всё-таки продешевил с мечами.

На обратный путь ушло почти семь дней, потому как гоблины не строили лодки, да и как бы мы переправили своих горных по воде. Дорога в Чернолесье вела по суше, тонкой полосой пролегая вдоль окраин Бездонных болот, и, если бы не проводник, мы бы непременно заблудились, угодив в трясину. Как в тот раз, когда мы сбились с пути и пробирались в новый дом прямо по жуткому болоту. Путешествие было не из приятных, но все-таки передвигаться верхом на тролле было гораздо удобнее, чем тащиться пешком. К тому же, мы возвращались с едой и выгодной сделкой, на сердце было легко.