Дай тебя забыть (СИ) - Миронова Аля - Страница 22

Мой рыжий друг захохотал в голос. Казалось, он принимал подобный вызов далеко не в первый раз и был абсолютно уверен в исходе.

— Ты только ничего не бойся, хорошо? — серьезно произнес Авдеев, отсмеявшись. — Ты же мне веришь?

— Верю! — ответила, не раздумывая.

Мы прождали считанные минуты, пока рядом с нами не зарычал красивый и грациозный черный “Ягуар” с опущенной крышей.

Мужчина, сидевший за рулем, больше не казался строгим или надменным. Он выглядел просто шикарным и самодостаточным. А говорили, что деньги не красят, — еще как!

“Вау”, — хотелось произнести вслух, только мне не позволил этого сделать открытый рот.

— Дорогу еще помнишь? — бросил Константин, дождавшись, пока Рома занял свое место на мотоцикле, убрал подножку и завел двухколесного друга.

Я привычно опустила забрало шлема и мертвой хваткой вцепилась в торс друга. Казалось, ноги, которыми я сжимала мотоцикл, способны проломить его. Хотя, чисто физически, подобное никогда не представлялось возможным.

— Готова? — обернувшись ко мне, громко крикнул друг.

Нет. Или да. Или нет. Я не знала. Мы еще стояли на месте, а кровь уже начала бурлить внутри, разгоняя по телу опьяняющее волнение. Я просто ждала, когда мы молниеносно сорвемся с места.

Мое нутро буквально трепетало от необъяснимой жажды этой гонки, несмотря на то, что я боялась скорости. Никогда не вникала в подробности аварии, в которой погибли мои родные, но почему-то винила именно стрелки на спидометре какой-то встречной или попутной машины, чей водитель не справился с управлением.

Мы уже были готовы сорваться с места, только внезапное серое марево из-за поворота вынудило Авдеева–младшего заглушить мотоцикл. Константин последовал примеру сына и даже вышел из машины, очень вовремя, как оказалось чуть позже.

Рыжик поставил подножку и спрыгнул с двухколесного железного коня, и в этот момент произошло что-то крайне странное: маревом оказался — серебристая ауди, из которой, словно фурия, вылетел Максимов и в прыжке атаковал Рому.

Какое счастье, что мой друг был в шлеме, иначе непременно разбил бы свою голову из-за удара об асфальт.

Я тут же ринулась к сцепившимся парням, только Константин перехватил меня, крепко схватив за руки.

— Не надо, никогда не лезь в драку, — предупреждающе рыкнул мужчина. — Даже заметить не успеешь, как тебя раздавят, глупая девочка.

Разборка парней получила еще большее развитие: рыжик подскочил на ноги, сбросил свой шлем и теперь они с блондином были наравне.

— Я же, как человека, как друга тебя просил: не лезь! — кричал Максимов, нанося удары руками по корпусу Авдеева. — Почему ты всегда все делаешь наперекор? Это такая месть?

— Ты дебил или прикидываешься? — огрызнулся Рома. — Рита согласилась стать моей девушкой! Все, финита ля комедия.

Макс, казалось, озверел еще сильнее. Видимо, это было его фатальной ошибкой.

— Прекратите! — орала, давясь внезапными слезами. — Пожалуйста, не надо!

Я не оставляла попыток вырваться, только и мужчина держал меня все крепче.

— Просто не смотри, — тихо произнес он с волнением в голосе.

Мои глаза стали еще больше от ужаса: от двух схлеснувшихся тел летели брызги крови в разные стороны. Эта драка буквально физически делала мне больно, потому что… я переживала за обоих парней.

Только ярость Паши и хладнокровие Ромы делали ситуацию еще страшнее. Теперь Авдеев повалил Максимова и наносил точные удары в лицо противника.

— Я тебе ее все равно не отдам, — захлебываясь собственной кровью, рыкнул Макс и скинул с себя бывшего друга.

— А что ты можешь сделать?! — язвительно бросил рыжик, вскакивая на ноги. — Как только Марго исполнится восемнадцать, я заберу ее, и…

— Она не твоя! — зло выкрикнул “братец”. — И никогда не станет!

Я смотрела на двух тяжело дышащих парней и надеялась, что продолжения драки не последует. Оба грязные, в частично подранной одежде… У Ромы рассечена бровь, кровоподтек под глазом. У Макса, на сей раз, была разбита губа, и рот казался наполненным кровью, а еще рассажена скула.

Если бы у меня в руках была аптечка, я бы бросилась к этой парочке, чтобы обработать раны. Только кто бы был первым? “Братец”, наверное. Родственные узы, все дела… Нет, я бы побежала к Роме! Точно к нему! Жаль, что мои руки все еще удерживал Константин.

— В машину! Живо! — резко обернувшись на меня, рявкнул Паша. — Никто ведь не желает, чтобы об этой ситуации узнал наш папочка?!

Глава 10

Наверное, я не должна была подчиняться Максимову, но здравый смысл и страх того, что мой отец мог сделать что-то плохое Роме, перевесили эмоции.

Мне было стыдно поднять на Авдеевых взгляд, оправдываться тоже не хотелось, поэтому я, молча опустив голову, юркнула в серебристую машину и, закрыв ладонями лицо, расплакалась.

Как же это больно, обидно, противно, когда тобой помыкают! Папенька — с его сочинениями на бумаге, “братец”... Что ждать дальше? Указаний от Сони? Или от мерзопакостной Наташки?!

Рома — мое дыхание свободы, и…

— На кладбище были? — прервал мои мысли голос Макса. Отвечать совершенно не хотелось, однако, я опасалась злить парня еще сильнее.

Автомобиль продолжал набирать скорость.

— Да, были, — всхлипнула, пытаясь сдерживаться, но все же сорвалась. — Мне это было нужно, слышишь?! Ты мог сам меня отвезти, если бы не был занят подружкой! Или я не имела права навестить родных?! Меня шесть! Шесть долбанных лет держали взаперти, и…

— Лучше бы ты там и оставалась, — угрюмо бросил Паша.

Я столько всего хотела узнать у него, потому что злость нарастала внутри, и даже повернула голову в сторону парня, только…

— Очень больно? — тихо спросила, протянув руку к лицу блондина. Мои пальцы едва коснулись ссадин на скуле. — Я…

Продолжить фразу не успела, потому что машина внезапно вильнула вправо и остановилась. Наверняка, я бы, по меньшей мере, сильно ударилась, потому что была не пристегнута.

Только сильная рука Макса крепко удерживала мое тело на… мужских коленях.

— Господи, Рита, ответь, ну что тебе от меня нужно?! — тоскливо пробормотал Паша, зарываясь носом в мои растрепанные волосы.

Я временно оглохла от захлестывающих эмоций, поэтому не слышала — ощущала своим телом тяжелое дыхание парня, его учащенное сердцебиение, словно он не мог надышаться. Во всяком случае, на одно лишь мгновение, мне так показалось.

Неведомое отчаяние незримым облаком накрыло нас обоих: казалось, мы тянули непомерную ношу страданий. И, хотя, я совершенно не понимала, о чем говорил мой “братец”, на неком потаенном, скрытым от глаз уровне, я ощущала все эмоции парня — букет из обреченности, грусти и теплоты.

— Почему мы не можем дружить? — прошептала, едва шевеля губами. Только Максимов явно услышал, и ему, похоже, не понравился мой вопрос.

Меня резко, практически, бросили на пассажирское сидение. Затем щелкнул ремень безопасности, надежно фиксируя мое тело.

Автомобиль сорвался с места. Я снова подняла взгляд на парня — и по-прежнему не понимала его. Слова, поступки — всё противоречит друг другу и сбивает с толку.

— Почему не можем? — нацепив маску презрения, хмыкнул блондин. — Потому что я не хочу! И в последний раз предупреждаю, Авдеев тебе не пара, — недобро прорычал Макс.

Не хочу, не буду жить по чужой указке!

— За что ты меня так ненавидишь? — сорвалась на крик.

— Потому что не хочу из-за тебя потерять еще одного брата! — в тон мне ответил блондин. — Рома мне как брат! А ты… Вечно ты все портишь!

Я опешила от подобного откровения. Выходит, Максимов всё это время винил меня в смерти Костика?! Но почему? Или все дело в том, что я являлась живым напоминанием того, что брата больше нет?

— Ты не смеешь мне говорить подобное! — гневно прорычала. — Это я потеряла в той аварии все! Свою семью, любящих меня людей, детство, в конце концов!

— Да что ты говоришь?! — снова передразнивал мои интонации Макс, отчего захотелось съездить ему по роже. — Твоя задница сидела в тепле, пока другим пришлось выживать. Но ты же у нас жертва, потому что девчонка, так, что ли?!