"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 638

— Так это Саами Грут предупредил тебя? — задумчиво переспросила я.

Конечно, думать, будто Арланд сам пошел меня спасать, было глупо. Но почему Саами Грут предупредил его? Разве не он велел своему слуге запереть нас в той комнате и избавиться от излишне любопытных? Теперь я ничего не понимаю!…

— Да, Саами Грут… И выглядел он, как высокий мужчина, которого ты описывала.

Я рассказала Арланду про странные перевоплощения капитана и заодно рассказала о том, как мы вообще оказались в той комнате. Инквизитор так ничего и не сказал, но, судя по нахмурившимся черным бровям, он тоже заподозрил неладное.

Нашу беседу прервал Леопольд, постучавшийся в дверь. Арланд впустил его и быстро запер за ним дверь.

— Бэйр, что с тобой!? — увидев меня, оборотень кинулся к моей постели.

— У меня температура, горло болит и насморк, последствия купания в холодной воде. А что с Агрибальдом? — спросила я, высунув из-под одеяла нос, чтобы немного подышать.

— С ним все в порядке, я натаскал ему пледов и нашел для него бутылку какого-то крепкого алкоголя. Единственное, что ему грозит, — это похмелье, — успокоил меня Леопольд. Он улегся ко мне на кровать и обнял через одеяло, согревая. — Если к завтрашнему дню шторм утихнет, то вы с ним увидитесь. А сейчас на палубу выходит нельзя: смоет. Тут, в каютах, качка еще не так ощущается. Капитан сказал, это может продлиться до самого утра. Опасности для корабля нет, он и не такие бури переживал, но выходить из кают никому нельзя, кроме тех, кто может превращаться в птиц.

— Значит, сидим здесь до посинения? — спрашиваю.

— Как насчет карт? — Арланд раскрыл веером колоду, спрятанную в кармане мантии.

— Я играю! — тут же вызвался Леопольд, садясь на кровати.

— И я с вами, — опираясь на плечо оборотня, сажусь рядом. — Пошло все к чертовой матери, нужны мне сто лет эти корабельные крысы… Арланд, налей мне еще вина!

— И мне! — присоединился Леопольд.

— Это я не пьянею, а вы что, нажраться хотите, да еще и в такую качку? — с укоризной посмотрел на нас инквизитор.

— Ты не наша нянька, так что давай сюда бутылку… я чуть не утонула сегодня, мне нужно успокоить нервы!

20. Таинственный остров

Утром Арланд отомстил нам за то, что мы его не слушали. Естественно, мы с Лео перебрали с вином и валялись полумертвые от качки, а инквизитор вломился в каюту часов эдак в шесть утра, громыхнув дверью и поприветствовав нас громким возгласом.

— Вставайте! — с улыбкой заядлого садиста на лице он растормошил меня, а потом Леопольда. — Вставайте же, у меня новости!

— Иди ты… придурок!… - простонал оборотень, вяло отбиваясь от брата подушкой. — Принеси чего-нибудь кисленького…

— Выпей, полегчает, — он всунул в руки оборотня флягу со святой водой.

— Что за новости в такую рань? — зевнула я, сев на кровати. — Ты вообще спал, монстр?

— Шторм прибил нас к острову — это первая новость, а вторая — на этом корабле в самом деле есть призраки.

— С чего ты это взял? — кое-как разлепив веки, я посмотрела на Арланда и сразу обо всем догадалась. На его лице у правого глаза красовалась небольшая ранка, а сам глаз был красный, как у вурдалака. — И на тебя напал призрак из зеркала?

— Да, — кивнул он. — Напал и этим самым определил свою судьбу: я изгнал его с корабля.

— Изгнание призраков здорово поднимает тебе настроение, да?…. - спросил Леопольд, возвращая инквизитору флягу.

— Я просто отлично выспался, впервые за долгое время меня не мучили кошмары… и храп Бэйр, — ухмыльнувшись, Арланд кинул в меня подушкой, которой чуть раньше огрел его Леопольд.

— Ха-ха, смешно, — хмыкнула я. Знали бы эти оба, как мне чудесно спится от их тихого детского сопения.

— Капитан послал меня исследовать остров, к которому прибило корабль, а я решил, что тебе захочется пойти со мной, потому и пришел вас будить, — объяснил мне Арланд. — Ты идешь?

— Ага, сразу после того, как протрезвею…

— С этим можно легко разобраться! — он сунул мне в руки свою флягу. — Выпей!

— Ты меня что, убить хочешь? — с подозрением смотрю на инквизитора.

— Пей-пей, все будет хорошо: эту воду я немного усовершенствовал.

— Ладно…

Не отрывая взгляда от лица Арланда, чтобы если что, видеть его бесстыжие глаза, я сделала несколько глотков из фляги, а потом прислушалась к свои ощущениям. Вся бурлившая и ворочающаяся дрянь во мне постепенно исчезла.

— Что ты с ней сделал? — удивленно спрашиваю у инквизитора. — Мне было совсем не больно!

— Секретная формула, — таинственно улыбнулся он. — Давай, Бэйр, собирайся и пойдем, незачем затягивать. К тому же, ты же у нас спец по нахождению опасностей. Если я пойду на остров один, я ничего не найду, а ты в первые же минуты наткнешься на какую-нибудь гадость.

— Я с вами пойду, только если очень хорошо попросите, — заметил Леопольд, наполовину свесившись с койки и опустив вниз руки. Он любил так делать.

— Нужен ты нам, — фыркнул инквизитор. — Бэйр мне хватит по самый воротник.

Слово за слово, и Арланд все-таки уговорил меня пойти с ним на загадочный остров. Сразу после завтрака мы спустились с корабля на пустынное каменистое побережье, куда еще не сходил ни один член экипажа и, возможно, ни один человек до нас.

В предрассветной тишине местность казалась чем-то сродни новой земле, необитаемой и таинственной. Вдали за туманами виднелись серые тени гор, высокие холмы, покрытые сухой жесткой растительностью, отделяли берег от центра острова. Чтобы увидеть все это, приходилось высоко задирать голову: значительная часть острова находилась выше уровня моря. Чтобы добраться до нее, нам нужно было пересечь цепь высоких, но на первый взгляд вполне себе преодолимых холмов.

Арланд предложил перебраться за холмы и проверить, нет ли за ними признаков цивилизации.

Когда мы оказались по ту сторону от берега и ушли достаточно глубоко в редкий лесок, инквизитор остановился, чтобы перевести дух.

— Ты хотел о чем-то со мной поговорить, разве нет? Иначе зачем оставил Леопольда на корабле? — я прислонилась спиной к ближайшему дереву и вопросительно взглянула на Арланда. Просто так он бы не стал меня будить и тащить на этот дурацкий остров. И без исследований ясно, что здесь никто не живет, кроме мелкого зверья.

— Кто-то должен был остаться с людьми, и лучше, если это будет Леопольд, — ответил инквизитор. На его лице уже давно не осталось и следа прежнего приподнятого настроения, его сменила обычная угрюмость и тревога. — Бэйр, мы влипли… мы влипли в такое дерьмо, которое тебе с твоими похождениями даже не снилось!

— Не пугай меня, лучше просто скажи, в чем дело, — я даже не посчитала нужным сделать вид, что спокойна. По кораблю шастают призраки, его капитан даже близко не похож на моряка, а вчера меня почти сама собой заперла наполняющаяся водой комната, причем логика во всем этом совершенно отсутствует: то ли корабль скрывает что-то жуткое, то ли на нем ничерта нет… Уж наверное что-то здесь было не так.

— Я не знаю, как это возможно, но корабль, на котором мы плывем, живой.

— Что?… — сначала мне показалось, что инквизитор шутит. В последнее время у него появилось желание время от времени испытывать на людях свое ужасное чувство юмора.

— Я не шучу! — заметив мой взгляд и тревожную улыбку, Арланд разозлился. — Это судно — огромное голодное чудовище! Я… говорил с ним.

— Ты… знаешь, я ни на чем не настаиваю, но просто скажи, сколько ты вчера выкурил своей успокаивающей нервы травки?

— Просто скажу: две трубки, которые курил при тебе, — ответил Арланд, передразнивая мои интонации. — Бэйр, хотя я и похож на спятившего безумца… может, я и есть безумец, но я говорю тебе, как инквизитор, экзорцист и, черт возьми, демон: это судно живое, им управляет очень могущественный дух, который держит в своей клетке души людей!

— Я верно поняла, ты хочешь сказать, что дух управляет судном?

— Как своим телом, — кивнул Арланд. — Это объясняет огромное количество энергии, собирающейся на корабле. Возможно, финийцы специально строили свои военные суда такими, чтобы на них можно было заманивать и удерживать духов, порабощая и используя их силу… но этот дух сам захватил корабль и держит в повиновении команду. Возможно, на самом деле команда уже мертва, просто их души в плену у корабля и поэтому их тела не могут умереть до конца.