Искра (СИ) - Тараканова Тася - Страница 39

За Эрвином вниз ринулся Ларри, а потом и Асанна. Брат с сестрицей видимо решили, что им негоже отставать от нас.

Собравшись в вышине, мы еще сделали круг почета над трибунами и полетели в лагерь.

Посреди всей этой суматохи я не забыла о безопасности Горыныча. Пока все собирали вещи, я расседлала своего друга, бросив сбрую на землю, и как не хотелось расставаться, но в сумбуре, что творился в лагере, легче всего ему было ускользнуть.

— Спасибо! — погладив чешуйчатую хитрую морду, я прижалась лбом. Мой серебристый друг провёл шершавым языком по моей щеке.

— Двигай домой. Люблю тебя.

Горыныч взмыл в небо, я будто чувствовала потоки ветра, которые били в крылья, была вместе с ним там, в небе. Он удалялся, превращаясь в невидимую точку на горизонте. До тех пор, пока он не исчез, я зорко оглядывала небо. Огромный груз свалился с души. Мой дракон свободен и счастлив, значит, счастлива и я.

Глава 17. Вода живая и мёртвая

Праздник в Мирограде ждал всех участников и приглашенных гостей. Призовые, которые мы выиграли, тоже должны были вручить там. Устроители обещали не поскупиться.

Собрав пожитки, мы выдвинулись в Мироград. Эрвин собрал сбрую Горыныча и запихал её в дорожный мешок, привязав к седлу, я умостилась у него за спиной, прильнула к нему. Исчезновение Горыныча он всегда воспринимал очень болезненно, и я была благодарна Эрвину за понимание и молчание. Он имел все права на серебристого маломерку, которого выходил из яйца, но смирился с нашим выбором.

Полет до атриума в Мирограде для меня прошёл как в тумане. Дюк и Яго летели рядом. Прижавшись к Эрвину, я задремала. Мне просто необходим был небольшой отдых.

Поставив драконов в поистине королевские стойла, мы двинулись на празднество во дворец. Со всех сторон нас окружали знакомые и незнакомые люди, каждому хотелось поздравить, похлопать по плечу. Особенно доставалось Эрвину, как капитану выигравшей команды. Его обступили плотной толпой, я обернулась к нему, чтобы уцепиться за руку, но люди оттаскивали нас друг от друга. Кто-то кинул клич, капитана Межгорья подхватили на руки и начали качать прямо в широком коридоре, благо потолки были здесь высокие.

— Не уроните! — вырвалось у меня, когда его перестали подбрасывать.

Эрвин нашёл меня взглядом, я протискивалась к нему. Хотелось вырвать его из лап разгоряченной толпы. Асанна уже открыла дверь в наши апартаменты, махала рукой, я прорывалась к спасительному входу. Эрвина, наконец-то, отпустили поклонники, он, улыбаясь мне, качнулся навстречу. В один момент его ясная улыбка померкла, с лица сошёл румянец, он дернулся и стал заваливаться вперед. Кто-то отчаянно завизжал. Я бросилась к нему, поймав Эрвина и не удержавшись на ногах, осела на пол вместе с ним.

— Эрвин, что ты… Что с тобой? — люди отступили, схлынули как вода во время отлива, образовав вокруг свободное пространство. — Асанна! — мой дикий крик пронесся над толпой. Подскочил Мечислав, расталкивая остолбеневших поклонников.

— Ему плохо? Что случилось?

Я не могла оторвать взгляд от лица Эрвина. Мечислав и Ларри подхватили Эрвина и втащили его в наши апартаменты. Они положили его лицом вниз на кушетку. На спине Эрвина расплывалось кровавое пятно. Бросившись на колени, я трясущейся рукой прижимала рану, Асанна пыталась прощупать пульс на шее Эрвина, хотя я и без неё ощущала слабую пульсацию, как разряды тока, проходившие через моё тело. Ларри, бормоча что-то трясущими губами, упал на колени рядом со мной.

— Что это? — губы немели, каждый затихающий стук сердца Эрвина отдавался во мне. Раз, два, три…

— Удар стилетом в сердце, — прошептала Асанна, — Боже, что делать? Что делать! Где доктор?! — она ринулась из комнаты.

Я перевернула Эрвина, он всё ещё улыбался странной угасающей улыбкой, застывшей на губах. Взгляд, за который я цеплялась изо всех сил, ускользал, делался прозрачным, чужим.

— Нет, нет, нет. Эрвин, не уходи, — я рыдала, захлёбываюсь слезами, стискивая руки вокруг тела.

Рядом возникло перекошенное лицо Мечислава, он ринулся к двери, куда заглядывали любопытные, толпившиеся у входа. Их шепот обрушился на меня, будто они кричали.

— Убили… убили… капитана Межгорья

Не позволю… Нет!

— Соня, Соня, — пробился в сознание голос Ларри, — ему нужно в место силы.

Какое место?

— Великая Вершина…

Четыре, пять, шесть…сердце остановилось

Великая Вершина!

Ледяной ветер с остервенением набросился на меня, обжёг лицо, заморозил слезы на ресницах, вцепился ледяными иголками в руки, пробрался под одежду. Эрвин с белым лицом лежал у меня на коленях. Его время свернулось до нуля, моё тоже. Почему-то была ночь и звезды. Надо остановить этот мир. Время не должно сдвинуться ни на секунду. Потому что, тогда это будет время без него.

СТОП!

Застыло дыхание, застыл ветер, уснули звезды, мир застыл вместе со мной. Великая Вершина, помоги! Твоя сила нужна мне вся без остатка, чтобы наполниться ею до краев. В безвременье и безмолвии я тянула энергию из глубин Вершины, из глубин Верховии. Она скапливалась во мне, наполняя теплом. Я должна открыть дверь между собой и Великой Вершиной, стать всемогущей

Лицо Эрвина стало бледным до голубизны, оно стремительно покрывалось ледяной коркой. Зарх говорил, ограничений нет. Их не будет, если я поверю. Поверю всем сердцем, каждой клеточкой тела.

Я держала время, наращивала силы. В абсолютной внутренней пустоте, не зная основ медицины, соединяла ткани, сосуды, исправляла внутренние повреждения, восстанавливала тело. Простым верю, хочу, знаю, могу, у меня должно получиться.

Эрвин уже полностью оделся в ледяной панцирь. Нет, я не боюсь, это не саван. Он проснется, вздохнет, откроет глаза.

Как вернуть его душу? Как вдохнуть жизнь. Я не могу терять ни мгновения. Если ошибусь… Спросить. Надо спросить. У кого?

Мне нужна подсказка, ответ. Как быть всем и ничем? Раствориться, стать информационным полем, увидеть магическим зрением, услышать ответ.

Подсказка... подсказка…. Нет ни страха, ни тоски. Подсказка….. Я ничто… свободная и цельная. Сказка… Сказка? Вода живая и мертвая…мертвая и живая…

Мне требовалась настоящая уверенность, что это «она». Ум мог подбросить любые версии, ложные ответы, у меня единственный шанс. Мёртвая превратилась в панцирь. Теперь нужна…

Живая вода!

***

Тело вспыхнуло огнем, я сильней обняла Эрвина, превратившегося в ледяную статую, и отпустила время. Я больше не могла держать его. Мои легкие наполнились кислородом, глубокий вдох. Мы очутились в темноте. Исчезла Великая Вершина, звездное небо, промозглый воздух и застывший снег в глазах.

Вечная ночь завернула меня в свое влажное одеяло. В чернильной темноте и странной атмосфере, словно очутились в склепе. В этот момент, мне показалось, что в нём мы и останемся навсегда. Прочь! Прислушиваясь к пространству вокруг, старалась дышать бесшумно.

Тихо, чуть слышно лилась вода, будто ручеек бежал с потолка. Вокруг стены, сырость. Вода! Эрвину нужна живая вода. Она где-то рядом. Надо дотащить безвольное тело туда. Быстрей. Наощупь, спотыкаясь и оскальзываясь на камнях, я волоком тянула Эрвина туда, где, по-моему, ощущению была вода. Никогда бы не подумала, что он такой тяжелый. Быстрее, быстрее, подгоняла себя. Уходят драгоценные секунды. Эрвину нужна вода. Оступившись, я плюхнулась, уселась задом в воду. Вот она! Горстями, я зачерпывала живительную влагу, лила Эрвину на лицо, на грудь. Опомнилась, потащила его в купель, торопясь, задыхаясь то ли от напряжения, то ли от страха. Корка льда на лице Эрвина истончилась, его тело было уже полностью в воде.

Приложила голову к груди, Эрвин не дышал. Трясясь от сдерживаемых рыданий, я притопила его с головой. Испугалась, вытащила, не зная, что делать дальше.

— Живая вода, живая вода, пусть это будет правдой, пожалуйста, — шептала я в ужасе, глядя на синие губы Эрвина.