"Фантастика 2024-119".Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Горъ Василий - Страница 518

— Клим, да вы здесь произвели фурор, — заметила Ольга Павловна. — Вы новое лицо, а местные всех без разбору европейцев считают богачами.

Но были и положительные моменты. Когда они пошли вдоль ряда с цитрусами, Клима угостили довольно крупным апельсином. «Регало!» — протянул руку продавец, и Клим с благодарностью принял подарок. Он впился зубами в апельсин, но его тут же поправила Ольга Павловна:

— Климушка, здесь апельсины не едят. Из них давят сок. Взгляните на продавца — он шокирован.

Затем Клим отстал, а Ольга Павловна ушла вперёд, где гортанно перекрикивались принесённые на заклание куры. Он залюбовался продавцом с широким изогнутым мачете. Тот размахивал им у себя перед носом, хвастаясь, что может разрубить любого своим орудием пополам.

— Лихо! — невольно засмотрелся, улыбаясь, Клим.

Увидев рядом кокосовый орех, он положил его на стол, под лезвие мачете, и предложил:

— А с этим ваше оружие справится?

Продавец озадаченно посмотрел на орех, затем на проявивших интерес соседей.

— Разрубите с одного удара! — показал ребром ладони Клим.

Тогда торговец отступил на шаг и повертел пальцем у виска. Покраснев, Клим смущённо отошёл и уже собрался было идти на розыски Ольги Павловны, как вдруг услышал за спиной:

— Ничего оскорбительного. Просто вы его озадачили. Этим жестом продавец показал, что он не понял и будет думать над вашими словами. В его руках не оружие, а всего лишь нож для разделки тростника. Сразу видно, что вы здесь недавно.

Рядом с Климом стоял молодой человек, с зачёсанными назад короткими волосами, высоким лбом и широкой обаятельной улыбкой.

— Простите, что не представился сразу — меня зовут Герман. Как и вы, я в Мар-дель-Плата прибыл не так давно, и мне тоже пока всё в диковинку. Но этот жест я уже успел узнать. Так кто вы?

Клим удивлённо посмотрел на незнакомца и вдруг неожиданно для самого себя произнёс:

— Вилли, — и протянул руку в ответ. — Вилли Шпрингер.

— Немец! — обрадовался Герман, переходя с испанского на немецкий. — Я сразу так и понял. У вас классическое арийское лицо. Дайте догадаюсь — вы наверняка из Хаймата? О вашем городке я уже наслышан. Немецкая школа, немецкие пивные, и даже поговаривают, что есть ресторан с нашей свастикой над дверью? За мэра у вас, кажется, там герр Клюбер?

— Нет, — возразил Клим, почувствовав, что его проверяют. — Я не из Хаймата.

— Неужели из самого Буэнос-Айреса?

— Да, — на этот раз согласился Клим. — Из пригорода.

— Понимаю. Я слышал, что там тоже есть наша диаспора. Большая?

— Не очень, — неопределённо пожал плечами Клим, оглядываясь в поисках Ольги Павловны.

— У вас явный эльзаский акцент. Вы из Страсбурга?

— Я уже давно там не был.

— И это понимаю. Сейчас в Страсбурге хозяйничают французы. Все мы изгои на этой чужой земле. Потому вдвойне приятно встретить своего соплеменника здесь, в далёкой Аргентине. А в Страсбурге наверняка знали салон мадам Марлен Михельс, что на Людвигштрассе? Я там часто бывал.

Клим перехватил внимательный взгляд Германа, выдержал и снисходительно похлопал того по плечу. Клим почти физически чувствовал изучающий взгляд немца у себя на лице. Тот словно беззастенчиво прощупывал его от живота к горлу.

— Не знаю, кто вы, но в Страсбурге нет Людвигштрассе, — выстрелил он наугад и не промахнулся. — Извините, мне пора.

— Простите, мой друг, — снова заулыбался Герман, — за эту невинную проверку. Но вокруг столько проходимцев. Вы здесь по делам?

— Да, — согласился Клим, рассудив, что помощь Ольге Павловне вполне можно считать серьёзным делом.

Затем, заметив, что Герман и не думает уходить, задал вопрос вежливости:

— А вы?

— О, да! Хочу, знаете, заняться бизнесом. Недалеко здесь за углом снял небольшой офис. Продажа, перепродажа и всё такое. Кстати, я подбираю группу единомышленников, не желаете присоединиться?

— Признаться, я в продажах ничего не смыслю.

— Ну, это наживное. Начальный капитал у меня не слишком велик, однако обещаю платить больше, чем может вам предложить любой из здешних работодателей. Для меня главное, что вы — немец. Подумайте, Вилли, над моим предложением. Тут недалеко есть улочка Сан-Лоренсо, на её пересечении с переулком Доррио и находится моя компания. Название я ещё не придумал, но надеюсь, сочиним вместе. Как вам, к примеру, «Ностальжи»? Вы ведь тоскуете по Родине?

— Ещё как! — не сдержался Клим.

— Ваша открытость красноречивее любых слов. Тогда мы с вами товарищи по несчастью, — понимающе кивнул Герман. — Мне весьма по нраву, что вы искренни и не скрываете нашей общей любви к Германии. Здесь мне встречались такие, которые уже стыдятся, что они немцы. Так я вас жду.

— Я подумаю, — уклонился от прямого ответа Клим.

Он вдруг увидел Ольгу Павловну в окружении местных гаучо — кажется, она его тоже искала.

— Простите, я не один.

Герман проследил за взглядом Клима и засмеялся.

— Да мы дважды друзья по несчастью! Я тоже не один и, как и вы, выполняю роль сопровождающего носильщика. Скажу вам откровенно — то ещё испытание! Всего четверть часа назад моей знакомой всучили разбитый горшок, заверив, что это амфора с древнего затонувшего корабля. Здесь всюду проходимцы, и честных людей спасает лишь единство. Приходите, Вилли, мы должны держаться вместе. А сейчас не смею вас задерживать, мне тоже надо вспомнить о своих обязанностях, иначе придётся вдобавок к амфоре тащить ещё кучу всякого хлама.

Ольга Павловна подошла, озадаченно посмотрела вслед уходящему Герману и спросила:

— Кто это?

— Не знаю, — пожал плечами Клим. — Какой-то немец. Кстати, он мне предложил работу.

— Работу? — удивилась Ольга Павловна. — Клим, вы здесь всего три дня!

— Вот именно! И уже чувствую себя иждивенцем. Я хотел поговорить с Сергеем Ильичом, чтобы помог устроиться в порту, но если есть возможность самому решить проблему, то почему бы не воспользоваться предложением?

— Проблему? Клим, о чём вы говорите?

— Не беспокойтесь, Ольга Павловна. Наш Данил Иванович говорил — если проблему можно решить, то и не стоит о ней беспокоиться. А если она нерешаемая, то и думать о ней бесполезно. Мне стыдно сидеть у вас на шее, а теперь я вижу, что эту проблему могу решить сам. Да и Герман, несмотря на то, что немец, показался мне вполне приятным и порядочным человеком.

Клим поискал его взглядом среди текущего на выход людского потока, и вдруг удивлённо присвистнул. Когда они разговаривали, Клим заметил пару раз прошедшего за спиной Германа человека в яркой национальной перуанской накидке. Ничего необычного, если бы этот человек не был европейцем. Он сутулился, прятал лицо за наброшенной на голову накидкой, с деланым вниманием разглядывал на столе товары, и, кажется, исподволь пытался прислушаться к их разговору. Тогда Клим счёл объектом подобного внимания себя, как чужака, но сейчас увидел, что оно адресовано его новому знакомому. Неизвестный, не отставая, шёл за Германом на расстоянии пяти шагов, успевая кивать продавцам и трогая предлагаемые товары. Однако, несмотря на все его старания, было видно, что он занят единственным делом — слежкой.

— Ольга Павловна, подождите меня минуту у ворот, — вытянув шею, старался не потерять из виду Германа Клим. — Я сейчас вернусь.

Он бросился к выходу и успел заметить, как Герман направился к женщине в строгом платье и накинутом на плечи пиджаке. Рядом с ней был ещё один мужчина, обвешанный сумками, которые он с трудом удерживал на каждом пальце и даже на локте согнутой руки. Герман открыл заднюю дверь стоявшей в тени дерева машины и небрежно бросил покупки на заднее сиденье. Затем пропустил туда же женщину и сел рядом с водителем. Клим проводил взглядом тронувшуюся машину, потом поискал незнакомца в пончо. Но тот уже уходил в противоположную сторону. Оглянулся на прохожих, подождал, когда они минуют его, и вошёл во двор. Клим прошёл вдоль стены дома, всем своим видом демонстрируя, будто заблудился и не знает, куда идти дальше, а когда поравнялся с выходом, заглянул во двор. Там стоял ещё один автомобиль, одно окно было опущено, и незнакомец с кем-то разговаривал, согнувшись и едва не просунув голову внутрь салона. Клим прочитал название вывески на доме, затем, изобразив радость по поводу того, что сообразил, где находится, пошёл обратно к рынку. Кажется, переговаривающиеся шпион в пончо и пассажир автомобиля не обратили на него никакого внимания.