Развод. (не) Глупая девочка - Павлова Дина - Страница 4

Сажусь за столик, снимаю туфли, чтобы отдохнули ноги, беру меню и без настроения его листаю. Печаль. Просто печаль. Я ведь верила Армену, я на него смотрела как на божество, заглядывала в рот. Я делала все, что он говорит. И ведь искренне считала, что он меня по-настоящему любит. Ох, вот же встряла так встряла. Хотя с другой стороны. Ну окей, вынесу я из этого брака только привычку обедать в ресторанах, и что? Как будто на Армене жизнь заканчивается. С другой стороны, заканчивается жизнь сытая и лишенная очевидных проблем, а у меня ни хрена нет! Стрекоза я, вот кто! Из басни.

А я-то думала что у меня все хорошо.

С третьей стороны, будем откровенны, после того как я вышла замуж, первые месяцы ушли на адаптацию к нормальной жизни. Я долго не могла поверить что мне не надо махать шваброй и есть гречку. И терпеть собутыльников вечно пьяной матери. И, по правде, мне плевать на чем ездить и где жить. Плевать на то, сколько денег у Армена. Он меня баловал, не бил, не орал на меня. По сравнению с матерью, которая меня таскала за волосы и обвиняла, что я у нее отбиваю кавалеров. То есть этих пьяных скотов, от которых я пряталась на общей кухне. Там же и спала.

А Армен показал мне другую жизнь. И это было круто. Настолько круто, что я не обращала внимания ни на то что мы совсем разные, ни на то что он старше в два раза и толще в три… Это все не имело значения.

Иногда он надо мной надсмехался, над моей непосредственностью, его веселило, что я первое время не могла выпустить из рук новую сумочку, что я едва ли не спала с ней, или не могла наесться обыкновенными йогуртами. Или что я, поехав впервые заграницу, потерялась и забрела в полицейский участок, думая что это отель.

Я понимала, что несколько отстаю от других людей, от тех же жен его коллег. Потому что они всю жизнь хорошо жили, жили сыто, от них исходит энергия уверенности и сытости. А я… Я только узнала, что значит не бояться окружающего мира. Только начала в этом всем разбираться. И тут…

Сдерживаюсь чтобы не заплакать. Ну да, он меня взял как породистую лошадь. За внешние данные. И эту Люську тоже взял как породистую лошадь. Потому что родит кого надо. Одна красивая и в постели развлекает, другая умная и детей плодит. А он султан! Падишах хренов!

В моей груди клокочет обида. Ведь я же правда ему верила. А он теперь мне значит демонстрирует беременную любовницу и еще и ржет надо мной! Я не хочу унижаться. Нет, даже не так. Во мне нет пафоса, но мое внутреннее «я» не может смириться с предательством. Пошел к черту!

Мне приносят суп, и я приступаю к своему раннему ужину. Где ночевать-то? В отеле? Или… Задумываюсь. Нет, домой я точно не пойду. Лучше даже спать на лавочке.

Раздается пиликанье телефона. Сообщение, а номер неизвестный. Я не жду ничего хорошего, но мессенджер открываю: «Привет, Марианна. Это Люся. Пожалуйста, дочитай до конца. Мне очень жаль что так вышло, но поверь, если бы не я, Армен нашел бы все равно мать для своего будущего ребенка. А у меня это единственный шанс на достойную жизнь. Армен тебя любит, он не хотел тебя обижать. И от того что ты от него уйдешь, никому лучше не будет. Пожалуйста, возвращайся домой»

Я даже не знаю, смеяться или плакать. «Мамочка» активизировалась. Да еще и выглядет все так, будто бы Люся и правда переживает. Угу, переживает. Я даже не собираюсь отвечать на ее сообщения. Пошли они оба! Но вот куда мне податься, большой вопрос.

Доедаю суп, беру кофе. Кто мне поможет? Кто поможет одинокой девушке, оказавшейся в сложной ситуации? Эх, зря я такая приличная. Надо было заводить любовников, а не сидеть и смотреть на «падишаха».

Мои размышления прерывает телефонный звонок. Люся не угоманивается. Ну ладно. Беру трубку.

– Что ты от меня хочешь?! – произношу вместо приветствия. И хватает же наглости мне звонить!

– Марианна, мы можем встретиться?

– Мы уже с тобой встречались, так себе впечатления, – отвечаю искренне. Зачем мне видеть эту стерву? Можно гораздо лучше провести время: например поругаться в транспорте. Гораздо больше положительных эмоций.

– Мне очень жалко… – мычит Люся, а я невольно закатываю глаза.

– Ой, хватит. Жалко у пчелки, пчелка на елке, елка в лесу, лес далеко.

– Я правда не хотела…

– Не хотела бы, сидела бы сейчас в своем МГУ. Люсь, объясняю один раз и последний. Я не собираюсь жить ни втроем, ни вчетвером, ни как-либо еще. Шведская семья для меня слишком экзотично. Так и передай Армену.

– Я поняла, – вздыхает. Я уже подумываю нажать «отбой», но тут Люся торопливо, даже немного заикаясь, произносит: – Я могу тебе как-нибудь помочь! Хочешь?

Сука! Ты мне уже помогла! Тварь такая. Я мысленно подбираю наиболее емкое нецензурное выражение, но… Мой взгляд падает на мою сумочку, в которой только девяносто тысяч наличкой. Этих, пусть и не маленьких, денег за возвращенные покупки надолго не хватит. Зато у меня в комнате, в сейфе есть заначка. И в шкафах висят хорошие шубы, а еще куча сумочек – целая коллекция. И обувь. Вывезти это самой мне никто не даст, а Люська сможет. Только вряд ли она захочет. Точно ловушка. Только терять мне все равно нечего.

– Хочу, – киваю, – Если у тебя есть совесть, то ты кое-что для меня сделаешь. То, что не будет знать Армен.

– Сделаю! Говори что!

– Короче приезжай в ресторан «Евразия», я объясню все.

Я отчаянно не верю, что любовница мужа побежит мне помогать. Хотя… Чем черт не шутит? Думаю Люська рассуждает так: она мне поможет, я скроюсь из вида, и голубков ждет счастье и куча детишек. И никаких конкуренток. Так что в некотором смысле наши интересы могут совпасть.

– А ты меня не побьешь? – наивно интересуется Люся.

– Побью. Когда родишь, – я даже не думаю скрывать свои намерения, – Либо если ты явишься с Арменом. А так ты в полной безопасности.

– Я через минут двадцать буду.

Глава 6. Люся

Если верить Армену, жить под одной крышей с Марианной было бы гораздо проще, нежели чем с любой другой девушкой. Она не вредная, хоть и истеричка. Характер сносный, а еще веселая и общительная. Но… Марианна не согласна быть второй женой. По правде я бы на ее месте тоже не согласилась. А на своем… На своем я сожру все что мне предложат.

Самое паршивое что Армен никогда не согласится чтобы я стала единственной, а уж тем более женой. Скорее он подцепит какую-нибудь хищницу, и она меня благополучно выживет. А еще обидно, что скорее всего вместе с ребенком. А я что сделаю? Мою моську не переделать – проще родить заново.

Так что через полгодика меня ждет новая пассия Армена, а еще через несколько месяцев меня попросту выпрут на мороз. Потому что спать с не очень красивыми женщинами, пускай и умными, мужчины не любят.

В любом случае, если Марианна не вернется к Армену, ей можно будет только посочувствовать. Правда сочувствую ей только я. Об этом говорит смех Армена и его бахвальство, что идти ей некуда. Ему кстати ее совершенно не жалко:

– Ты главное, если с Маришкой встречаться будешь, не ведись на ее истерики. Будет просить деньги на еду, не давай, – наставляет меня Армен, а я киваю как болванчик. – Тут главное чтобы она жрать захотела, причем буквально, а не фигурально. И все! Она прискачет за болоньезе и капрезе.

– Хорошо дорогой, я все поняла, – целую его в щеку выскакиваю на улицу, где меня ждет такси. Задержаться дольше – большой риск, что он вытянет из меня что-то лишнее и почувствует, что я не смогу просто взять и притащить Мариану домой, не выслушав ее и не предложив компромис, который бы учитывал в первую очередь ее интересы, а не Армена.

Пока я еду в такси, меня бьет нервная дрожь, нет, никогда я не представляла вариант, что мне придется искать способ заставить жену своего любовника остаться жить со мной под одной крышей. Ничего, я не совсем идиотка, надеюсь не запорю встречу. А Мариша девочка хорошая, к диалогу способная. Да и за спрос тоже не бьют.

Что у Армена не отнять, баб выбирать он умеет. Только одно непонятно. Я-то с Арменом потому что деньги нужны, поэтому и терплю эти закидоны с кучей жен. А Марианна по любви выходит? Ведь если бы с ее стороны это был «бизнес», вряд ли бы она стала возражать. Да и спать с этим боровом не слишком приятно. А если верить Армену, Маришке нравится, она настоящий огонек. Или цену набивает? Посмотрим что скажет при встрече.