Останься со мной (ЛП) - Фиорина Николь - Страница 7

Поскольку я не могла расслышать ни слова из того, о чем они говорили, я представила, что все они были частью мыльной оперы, придумывая комментарии в своей голове.

Девушка с волосами эльфа убрала голову с плеча Олли, прежде чем свернуться калачиком рядом с ним, и взгляд парня скользнул в мою сторону. Я быстро повернула голову над руками в противоположное направление, чтобы посмотреть в окно. Вид был ничуть не лучше, но мне не нравилось, что его взгляд делал со мной. Это затянуло меня, и я вдруг начала терять контроль.

Я никогда не теряла контроль. Контроль был всем, что я имела.

На психологии нас было не много — максимум десять человек. Хотя впереди было много свободных парт, я выбрала ту, что была в последнем ряду в конце. Опять же, я виню во всем свою потребность контролировать ситуацию. Я могла видеть всех перед собой, знать, где находится выход, и понимать свое окружение.

Профессор все еще не пришел, и я воспользовалась этим временем чтобы проанализировать каждого учащегося. Кто-то сгорбился на стульях, кто-то сидел прямо и был готов к началу урока, у некоторых из них были друзья в классе, а у кого их не было. Во втором ряду справа сидела девушка с короткими светлыми волосами и узкими плечами. Каждые десять секунд она поднимала глаза от стола и смотрела на дверь.

Она кого-то ждала.

— Добрый день, здравствуйте, добрый день, — пробормотал какой-то джентльмен, суетливо входя в дверь. — Извините, что сегодня я немного опоздал, но если вы все быстро откроете свои учебники и найдете главу об иерархии эмоциональных потребностей Маслоу, то мы сразу же приступим к делу.

Учитель был низеньким мужчиной с седыми жесткими волосами и щетиной вокруг подбородка. Его очки сидели на кончике носа, когда он шарил среди своих бумаг на трибуне. Он был неряхой, его рубашка была наполовину заправлена в брюки цвета хаки, которые были ему велики на два размера. По внешнему виду можно было сказать, что он часто опаздывал.

Он поднял глаза от своего стола, и его внимание тут же привлекла я в конце комнаты.

— Я доктор Киплер. На книжном шкафу позади Вас есть запасные учебники, можете взять.

Вернувшись на свое место, я начала перелистывать страницы учебника, как вдруг профессор снова заговорил.

— Ах, как мило с Вашей стороны присоединиться к нам, мистер Мастерс.

Я подняла взгляд и увидела, что Олли садится за передние парты перед девушкой со светлыми волосами, и тут все обрело смысл. Она ждала его. Ее маленькие плечи расслабились, и она заправила короткие волосы за ухо.

— На этот раз я спущу Вам это с рук, так как сам опоздал, но больше никаких предупреждений, — добавил доктор Киплер, но я-то знала, что для него это обычное дело. Он всегда опаздывал.

Олли кивнул, прежде чем повернуть голову к светловолосой девушке, которая нежно поздоровалась с ним, положив руку на его плечо.

Но как только он заметил меня, его внимание быстро переключилось.

Прошло три напряженных секунды, когда он смотрел мне в глаза, прежде чем одними губами сказать: «Привет».

Светловолосая девушка повернулась, чтобы посмотреть, что отняло у нее его внимание. Она прищурила глаза, и я слегка помахала им обеими пальцами.

Доктор Киплер прочистил горло, и Олли, и девушка резко вытянули головы вперед.

— Мастерс, какие шесть базовых эмоциональных потребностей у человека?

Поза Олли расслабилась, когда он протянул свои длинные ноги перед собой.

— Определенность, разнообразие, значимость, любовь, развитие и принесение пользы другим, — ответил он, не открывая учебника.

— А какие из них необходимы для выживания человека? — Киплер проверял его.

— Определенность, разнообразие, значимость и…любовь.

Я кашлянула смехом при упоминании последнего.

— Позволю с Вами не согласиться, мисс… — Киплер посмотрел на свой стол. — Джетт.

Я постучала карандашом по краю стола, когда все обернулись на своих местах.

— Нет, продолжайте. Вы отлично справляетесь, — сказала я, подняв большой палец вверх и улыбнувшись в тон своему сарказму. Я бывала в подобных ситуациях раньше, и это был бы проигрыш в обоих случаях. У меня были свои представления о любви, у них — свои, и я не собиралась никого убеждать в обратном.

— Бекс, какой из них, по Вашему мнению, наиболее важен для Ваших нужд?

Внимание перешло к рыжеволосому мальчику с веснушками, сидящему впереди. Он был настоящей зажигалкой. Его рыжие волосы тому подтверждение.

— Значимость.

У меня закатились глаза от моей меткости.

— Наверное, я хочу, чтобы меня увидели и услышали, — добавил Бекс. Да, благодаря огню.

— Гвен? — спросил Киплер.

Гвен, также известная как светловолосая девушка позади Олли, наклонилась к тому поближе.

— Уверенность, — сказала она. Олли помялся на своем стуле, прежде чем она продолжила: — Полагаю, я хочу чувствовать себя в безопасности. Особенно в моих отношениях. — То, как она это сказала, каким-то образом сделало воздух в комнате более густым и спертым.

— Что насчет Вас, Мастерс? В чем Ваша самая важная потребность?

Я села на край сидения, чтобы лучше услышать, как Олли скажет «Значимость», потому что я была в этом уверена. С тех пор, как я здесь, он получил внимания от девушек больше, чем я получила его от Джейка. Он выглядел как один из тех парней, которые жаждут быть замеченными и нуждаются в том, чтобы их желали другие, так же, как и хотел бы любой другой парень на его месте.

— Трудно сказать, Кип. Из этих вариантов я хочу сказать любовь, но это ведь вряд ли можно назвать эмоцией.

Подождите. «Что?».

— Что Вы имеете ввиду? — спросил Доктор Киплер.

— Эмоции могут меняться. Они могут бросаться из крайности в крайность в зависимости от различных условий, но любовь… — он слегка покачал головой. — Любовь никогда не колеблется. Она переживает все остальные эмоции. Если этого не случилось, то это никогда не было настоящей любовью. — Олли вздохнул. — Любовь неизменна, Кип. Постоянна. В отличии от эмоций.

Я уставилась ему в затылок, подняв брови вверх.

Доктор Киплер в глубокой задумчивости почесал линию подбородка.

— С учетом сказанного, каким термином Вы бы заменили любовь на эмоцию?

Олли издал небольшой смешок.

— Вы мне скажите.

В комнате воцарилась тишина, пока доктор Киплер осматривал комнату.

— А Вы, Джетт? Какая эмоциональная потребность наиболее важна для Вас?

Я повернула голову в сторону доктора Киплера, внимание снова было на мне.

— Разнообразие, — резко сказала я, совершенно не задумываясь над своим ответом.

— Не хотите пояснить?

— Не-а.

Доктор Киплер кивнул в ответ на мою честность и снова обратил внимание на класс.

— Для тех из Вас, кто не знаком с разнообразием, я объясню. Это мотивация к поиску изменений или вызову, выходящему за рамки обычной рутины. Разве что Мастерс снова не захочет внести изменения в пирамиду? — спросил он, глядя на Олли с вызывающей улыбкой. По классу прокатился смешок, и Олли покачал головой, прежде чем доктор Киплер продолжил: — Очень хорошо. В первую очередь, Ваши ответы на мой вопрос могли бы прояснить саму причину, по которой вы здесь. — Киплер сложил руки, гордясь своим открытием.

После моего последнего занятия я вошла в кабинет доктора Конвей. Комната была того же размера, что и моя в общежитии, а солнце отбрасывало достаточно света через большое окно, чтобы осветить пространство. Кожаный диван стоял у стены, напротив стола, на котором были разбросаны бумаги, а бледно-голубые стены украшали плакаты с положительными цитатами.

Доктор Конвей повернулась ко мне со стула с искренней улыбкой.

— Мия, так приятно наконец познакомиться с тобой. — Она встала и протянула мне руку. — Пожалуйста, присаживайся.

Как только доктор Конвей открыла рот, по ее бостонскому акценту я сразу же поняла, что она тоже американка. Ее густые черные волосы обрамляли лицо и падали чуть ниже плеч.