"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Кравченко Игорь Игоревич "warwarig" - Страница 439

— Дон Болуарте, как вы могли меня в таком заподозрить? Вы же понимаете, что Исабель мне не простит, если с вами что-то случится?

— Вы очень подозрительно спелись с этой сеньоритой Фуэнтес, — упорствовал герцог. — И ваши расспросы, разбираюсь ли я в некромантии, выглядят подозрительно. И отказ поклясться в том, что обеспечите мою безопасность, — тоже.

Впору было рассмеяться, но тогда дон на меня смертельно обидится, а это не то, что легко пережить в ограниченном пространстве.

— Дон Болуарте, вы вообще хоть кому-нибудь верите? Дочери, например?

— После того как меня чуть не убили по королевскому приказу, я и дочь могу заподозрить в том, что ее заставили так говорить. И сейчас вы только усиливаете мои подозрения, отказываясь от клятвы.

— Разумеется, я гарантирую вам безопасность, — ответил я. — Более того, сейчас мы под дополнительной охраной камии.

Я поклялся, что в настоящий момент не злоумышляю относительно будущего тестя, и это его настолько успокоило, что я рискнул спросить:

— Как вы вообще представляете мой заговор с сеньоритой Фуэнтес, на использование умений которой настаивали вы?

— Мало ли на что способен правильно мотивированный некромант…

Например, убить и поднять зомби из герцога, который нам полезней и удобней живым? Спорить я с ним смысла не видел: как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Увидит, во что превратилась сеньорита Фуэнтес, — сразу перестанет меня подозревать. Опять же могу исказить что-то важное при объяснении. Так что лучше пусть дон Болуарте глянет сам. Во-первых, успокоится относительно моего союза с сеньоритой, а во-вторых, может, идентифицирует получившуюся нежить. То, что для него — общеизвестные истины, для нас с Шариком — диво дивное и чудо чудное.

Окончательно я герцога не успокоил. В отличие от сеньориты, проделавшей всю дорогу до кладбища с полной невозмутимостью, дон Болуарте откровенно трусил: он временами втягивал голову в плечи и озирался, а на руках его то вспыхивали, то гасли какие-то чары. Но желание разобраться и призвать к порядку потенциального союзника оказалось сильнее страха, и герцог бодро дошел до самого кладбища, остановившись всего в метрах десяти.

Сеньорита засекла нас сразу и принялась бегать вдоль кладбищенской решетки, выражаясь непонятными фразами, которые на мое знание местного языка ложиться не хотели. Дон Леон ничего не говорил, только скрежетал зубами. Как только сохранил их столько? Хотя в его возрасте уже ложен быть полный рот протезов, может эти жуткие звуки как раз они и издают?

— Это что? — полным возмущения голосом поинтересовался Болуарте. — Что здесь происходит?

— Я думал, вы мне объясните, дон Болуарте. Сеньорита насосалась некроэнергии, потеряла в весе, зато приобрела в силе. После чего попыталась меня убить. Меня спасло только чудо.

И удачно запутавшие ноги сеньориты ее же панталоны. Подумать только я обязан жизнью женскому нижнему белью, пусть и гигантских размеров. Даже жаль, что в результате панталоны пострадали больше всех и сейчас напоминают грязную тряпку возраста того же дона Леона, который нехорошо скалился в нашу сторону. Не то чтобы я их собирался отмывать и хранить на память, но торжественное захоронение они заслужили.

— Слава Всевышнему, — слабым голосом сказал Болуарте, разом растерявший аристократическую спесь. — То есть вот это костлявое пугало в черном балахоне — сеньорита Фуэнтес?

Определение сеньорите не понравилось, и она грозно зарычала. За то время, что я отсутствовал, к экстренному похудению добавились столь же экстренно выросшие длиннющие зубы, которые не мешали бывшей некромантке говорить членораздельно, зато рычать с ними у нее получилось убедительней некуда. С такими клыками любое рычание покажется страшным и вдохновляющим на быстрый бег. Но я храбро не отступил ни на шаг, поскольку был уверен, что за пределы кладбища нечисти не выйти.

— Именно так, дон Болуарте.

— Всевышний, куда все делось? — герцог пристально всмотрелся в нежить, используя приближающие чары, и, похоже, убедился, что это именно та сеньорита, с которой мы от него отходили, потому что следующий вопрос был совсем о другом: — А умертвие рядом с ней откуда?

— Это она дона Леона Мурильо подняла, как самого свежего покойника. От остальных-то неизвестно что осталось, а этот совсем свеженький.

— Такое впечатление, что он мумифицировался задолго до похорон. Я думаю, Алехандро, что вы были совершенно правы, оставив сеньориту тут. Не так уж нам и нужен сейчас порталист. Тем более некромантский портал медленный и опасный. И селить такое, опять же, некуда.

Похоже герцог сообразил, что всей его герцогской твердости не хватит чтобы заставить нежить делать то что ему нужно.

— Вы обещали заставить сеньориту отработать.

— Пусть охраняет кладбище. У нее это прекрасно получается. Карраскилья обещал прислать порталиста в Уларио. То есть Серхио может сходить и проверить.

Сеньорита Фуэнтес настолько разочаровала Болуарте, что он повернулся к ней спиной и скомандовал:

— Возвращаемся, Алехандро. В ближайшее время делать нам тут нечего.

Поскольку наблюдать за дальнейшей эволюцией некромантки у меня не было желания, я с ним согласился, и мы направились к Убежищу: отправлять Серхио за новым порталистом. Старый, увы, сломался.

Интерлюдия 9

Лара хрустел сырыми картофельными ломтиками, к которым за последнее время приохотилась вся верхушка гравидийского двора во главе с королем. Фернандо Пятый настолько прикипел к странному лакомству, что придворный, отвечавший за растения в аптекарском огородике, на полном серьезе предлагал огородик увеличить в два раза, и на дополнительных площадях выращивать корнеплод, так увлекший короля. Фернандо Пятый склонен был согласиться, но откладывал решение до ритуала, не желая планировать будущее дальше этого дня.

Сейчас тарелка с тонко нарезанными картофельными клубнями стояла между королем и Ларой, и таскали они оттуда ломтики по очереди. Король — с удовольствием, Лара — чтобы показать, что он разделяет вкусы своего монарха.

— Наши агенты при мибийском дворе говорят, что король совсем плох, — сказал Лара. — Нужно его поторопить с датой, а то умрет до ритуала — и вся подготовка пойдет прахом.

— В последний наш разговор Рамон почти согласился, — досадливо поморщился Фернандо Пятый. — Но разговору помешал Охеда.

— Я же говорил, что он постоянно мешает нашим планам.

— Выгоним. Сразу, как объединимся, выгоним. И даже без почетной пенсии. Пожизненная опала за действия во вред государственным интересам, — зло сказал гравидийский король.

— Идеальное решение, — довольно согласился Лара. — Но не говорите об этом Рамону Третьему. Напротив, нужно утверждать, что никто из его придворных не пострадает. Вдруг к кому-нибудь он окажется настолько привязан, что упрямится из страха за его судьбу?

Гравидийский король согласился бы сейчас на все, лишь бы ускорить ритуал, потому что его мибийский коллега во время устроенного в последний раз разговора выглядел почти трупом — бледный как мел, с ввалившимися глазами.

В дверь комнаты, где король беседовал с Ларой, постучали, и испуганный голос прокричал:

— Срочные новости из Мибии!

— Не дай Всевышний, — охнул Лара, сразу представивший самый плохой для него исход.

— Войдите, — царственно бросил Фернандо Пятый. — Что случилось?

— Ваше Величество, Его Величество Рамон Третий настаивает на немедленном сеансе связи.

— Разумеется. Устраивайте. Подойду прямо сейчас. — Король поднялся и бросил Ларе: — Неужели решился?

Предчувствия в этот раз Фернандо Пятого не подвели. Переговоры гравидийскую сторону порадовали, потому что мибийский король выказал желание провести ритуал как можно скорее. Причиной он выставил неспособность собственного целителя поддерживать королевское здоровье на должном уровне. Выглядел Рамон Третий во время разговора действительно очень плохо, но один портальный переход должен был вынести. Потому что ритуал следовало проводить на границе двух стран, в просчитанном загодя месте, на котором гравидийцы со своей стороны границы уже вовсю устанавливали лагерь.