Ганс (ЛП) - Тилли С. - Страница 56

Прежде чем мы отправились в офис, мы согласились, что им двоим будет проще и безопаснее всего остаться здесь на ночь. Даже с учетом того, что мы с Вэл используем одну из гостевых комнат, не то чтобы у нас было нехватка места.

Я вижу, как Саванна пытается не рассмеяться, когда тянется к одному из печений.

Видимо, все здесь настолько привыкли к абсурдному поведению, что мы просто отмахнемся от всей этой истории с метанием ножей.

Следующее печенье берет Вэл, затем Кинг, и прежде чем я успеваю схватить одно, Ганс проходит мимо Кэсси и подбирает три. Затем еще два.

Он протягивает одно Кэсси, а затем одновременно засовывает две себе в рот.

«Как ты его обезглавил?» — спрашивает Неро, все еще держа в руке маленький нож.

«Мретчь», — отвечает Ганс с полным ртом печенья.

"Что ты сказал?"

Ганс смотрит на Неро, пока тот жует. Когда он проглотил достаточно, чтобы снова заговорить, он отвечает. «Меч».

«Серьёзно?» — спрашиваю я. Потому что , блядь, серьёзно?

Ганс кивает. «Катана». Затем он засовывает третье печенье в рот.

«Ты принес его с собой?» Глаза Неро слишком заинтересованы.

Я качаю головой. Этот дешёвый ублюдок попытается вырвать у Ганса бесплатный меч, и я даю шансы пятьдесят на пятьдесят, что либо Неро получит меч, либо Ганс попытается убить его им.

И если эти двое сойдутся в гребаной схватке на мечах, я поставлю на того парня, который выглядит как чертов викинг.

ГЛАВА 98

Кэсси

Заплетя волосы в две мокрые косы, я выхожу из ванной комнаты.

Ганс сидит в ногах кровати, на которой мы спим сегодня ночью, на нем только спортивные штаны и больше ничего.

Мне даже не нужно об этом думать; я улыбаюсь, когда вижу его. Он просто такой красивый.

На мне моя обычная пижама — короткие шорты и свободная майка, но Ганс впитывает меня так, словно я надеваю вечернее платье после душа.

Это место настолько роскошно, что идея даже не кажется такой уж безумной. Эта гостевая комната больше, чем квартира, в которой я прожила большую часть своей взрослой жизни.

Ганс похлопывает по кровати рядом с собой.

Кровать выше, чем я привыкла, поэтому мне приходится забираться на нее, затем я передвигаюсь так, чтобы оказаться лицом к Гансу, согнув одно колено на матрасе и свесив другую ногу с края кровати.

«Как они так живут?» — спрашиваю я.

«У них много денег».

Я фыркнул на ответ Ганса. «Это очевидно. Я имею в виду…» Я размахиваю рукой. «Звучит так, будто ты, по сути, жил в тайне, но эти ребята просто… живут». Я поджал губы. «Я неправильно выразилась».

Ганс поправляет позу так, чтобы копировать мою, наши колени соприкасаются на матрасе. «Я понимаю, что ты имеешь в виду». Он берет мои руки в свои, потирая большими пальцами мою разогретую после душа кожу. «Короткий ответ: они защищают друг друга. И вместе со всеми мужчинами, которые работают на Альянс, у Неро есть охранная компания, в которой еще больше людей. Я мог бы нанять людей, чтобы они прикрывали мою спину, у меня есть деньги, но у меня нет доверия».

«А как же Кармина? Ты сказал, что на нее работает куча людей».

Ганс наклоняет голову из стороны в сторону. «С этой группой все немного сложнее. Кармина главная, потому что она все это начала. Но они все партнеры. Они все делают то, что делают, потому что хотят быть там. А они нанимаются на мелкие работы, чтобы быть занятыми и заработать немного дополнительных денег». Он сжимает мои руки. «На самом деле у твоих родителей есть двое наблюдателей Кармин».

«Мои родители?» — спрашиваю я, и мои глаза расширяются. «О, чувак». Я морщусь. «Ты им очень понравился после того ужина, но тебе, вероятно, придется немного попресмыкаться, когда они узнают, что случилось с моим домом».

Ганс ухмыляется. «Это была утечка газа, помнишь?»

Я закатываю глаза, потом трезвею. «Ты правда думаешь, что кто-то пойдет за моими родителями?»

«Я не знаю». Он продолжает рисовать круги на тыльной стороне моих рук большими пальцами. «Это просто мера предосторожности. И когда я сказал Кармине, что это для тебя, она сделала мне скидку».

«Ну, в таком случае», — я тяжело вздыхаю. «Я бы с радостью отложила рассказ им правды, но мама звонит почти каждый день, а телефона у меня не было с тех пор, как я оставила его где-то дома после того, как я», — я поднимаю руку и провожу большим пальцем по горлу, — «того парня».

Ганс качает головой и отпускает мою другую руку, чтобы потянуться к рюкзаку, лежащему позади него на кровати.

Он достает телефон, а затем маленький черный чехол длиной около шести дюймов с молнией, проходящей по трем сторонам.

Сначала он протягивает мне телефон. «Возможно, не хватает нескольких фотографий, но он синхронизирован с твоей последней резервной копией. Номер тот же».

У меня отвисла челюсть. «Серьёзно?»

Ганс кивает.

Я ухмыляюсь ему. «Это довольно удобно, когда есть преследователь».

«Девчонка», — говорит Ганс без злости. Затем он смотрит на чемодан в своих руках.

«Что там?» — спрашиваю я, начиная нервничать по мере того, как он ждет дольше.

Он медленно расстегивает молнию, затем открывает чемодан.

Я сжимаю губы в месте расположения двух шприцов. Один маленький, другой огромный.

«Для чего они?» Я не уверена, что действительно хочу это знать.

Ганс удерживает мой взгляд. «Я хотел бы вставить в тебя трекер».

ГЛАВА 99

Ганс

Кассандра смотрит на шприцы, затем снова на меня. «Значит ли это, что ты всегда можешь меня найти?»

Я киваю, глядя ей в глаза. «Ты позволишь?»

Мысль о том, что мы разлучены и я не смогу ее найти, терзала меня изнутри с самого первого дня нашей встречи. Когда я уезжал из города на поиски, мне снились кошмары о том, что я приду домой, а ее нет. Пропала. И с тех пор, как я перебежал улицу с этой книгой в руке и прикоснулся к ней, прижался к ней губами, это царапающее ощущение превратилось в бритвы на моей душе. И теперь, когда она у меня, теперь, когда я сделал ее своей, я знаю, что не выживу, если потеряю ее.

Я не смогу делать то, что делал раньше.

Потому что никакие смерти и разрушения не смогли бы смягчить ее утрату.

«Хорошо», — тихо говорит Кассандра.

«Хорошо?» — спрашиваю я.

Она закусывает губу, но кивает. «Я хочу, чтобы ты смог меня найти».

Я выдыхаю с облегчением и тянусь к ней, провожу руками вверх и вниз по ее бедрам, ощущая ее тепло. Доказательство того, что она жива и со мной.

Кассандра моргает на меня своими большими, красивыми глазами. «Не знаю, как ты нашел меня в Мексике, но если бы ты не…»

«Ты никогда не выходила из поля моего зрения», — говорю я ей, не давая ей закончить предложение. Потому что я был там, и нам никогда не придется думать о том, что могло бы случиться. Никогда.

«По-моему, я никогда тебя за это не благодарила».

Я хватаю ее руку и подношу ее к губам, целуя тыльную сторону. «Тебе никогда не придется меня благодарить».

Она сглатывает, затем снова смотрит на футляр. «Будет ли больно?»

Я снова целую ее руку, затем тянусь и закрываю крышку.

Ей не нужно видеть иглу. Калибр большой, чтобы подойти к тонкому трекеру в форме таблетки, и мне не нравится ответ, который мне приходится ей давать. «Немного. Но сначала я воспользуюсь маленьким шприцем, чтобы обезболить область. Это будет худшей частью».

Она снова кивает и, надувая щеки, выдыхает.

Я боялся, что она скажет «нет». Большинство разумных людей так бы и поступили. И я не был уверен, как я с этим справлюсь. Но моя девочка доказала, что она не такая уж разумная. И я благодарен за это. Потому что я действительно знаю, как бы я с этим справился. Я бы изводил ее, пока она мне не позволит. Другого варианта нет.

Я кладу руки ей на бедра, мне нужно почувствовать ее кожу под ладонями. «Есть пара мест, куда я могу его имплантировать. Обычно это задняя часть шеи, внутренняя часть руки или верхняя часть бедра. После этого может быть немного больно, но только день или около того».