Даже если ты уйдешь (СИ) - Султан Лия - Страница 24

В понедельник продолжим сразу с десерта. Желаю всем классных выходных. А пока проходите в блог, там визуал и саундтрек https:// /shrt/ttlG

Глава 22. Ты только не волнуйся

Несколько недель спустя

Несмотря на то, что внешне для людей посторонних Муслим Магомедович Мамедов казался серьезным, строгим, но справедливым мужиком, только самые близкие знали о его светлой, доброй стороне, которую даже его мать называла слабостью. И только одной женщине он дал себя приручить полностью. Женщине, от легких поглаживаний которой у него по всему телу рассыпались непривычные мурашки, а аппарат завелся так, что осталось только медленно выдыхать через нос, чтобы ничем себя не выдать.

Муслим лежал на боку, спрятав одну руку под подушку, а другую согнув в локте и делая вид, что все еще спит. Между тем Эсмигюль водила ладонью по обнаженной спине своего мужчины, изучая коричневое родимое пятно в виде причудливого острова, спрятавшегося между лопаток. Там же были три родинки, которых захотелось поцеловать, пока он спал. И она, не удержавшись, коснулась их губами и тут же почувствовала новую волну желания, растекшуюся внизу. Эсми почти невесомо прошлась по темным волосам на руке, даже не заметив, что он пробудился, но молчал, наслаждаясь каждым ее движением. Она не видела, как на его губах заиграла довольная улыбка, как он открыл глаза и ждал, предугадывал, что же его женщина сделает дальше. В эту минуту оба чувствовали себя счастливыми, но в то же время уязвимыми, потому что скоро придется разъехаться в разные стороны.

-Хочу просыпаться так каждое утро, - все-таки не выдержал он и повернулся к ней, нежно взяв ее за запястье, поцеловав в центр ладони и положив ее себе на грудь. Эсми склонилась над ним и залюбовалась, подумав: “Какой же он красивый…и мой”.

-Мы отрубились, - она, наконец, легла на его руку и прижалась к нему. Они снова переплели пальцы и как могли откладывали момент расставания.

-Надолго?

-Полчаса. Надо ехать…работу работать.

-Надо. Но официально я на тренингах для владельцев малого и среднего бизнеса. Несуществующих правда.

-Хм, хороший предлог,. - ухмыльнулась Эсми, - надо тоже себе такое организовать по вторникам и четвергам.

-Может, лучше скажем всё детям и перестанем прятаться? - этот его хрип не сулил ничего хорошего. Он уже не раз заводил этот разговор, а Эсми отвечала, что еще не время.

-Скажем. Скоро, - она поцеловала его в шею, чтобы задобрить, зная, что это запрещенный прием. Муслим же не стал ходить вокруг да около, а ловко схватив ее, положил на себя и впился в чувственные, бледно-розовые губы. Слова уже были лишними, оба хотели одного и потому стремительно понеслись к звездам.

Сначала руки Муслима блуждали по ее спине. Языки сплетались в бешеном танце, доводя до греха. После она сама отстранилась, задышала учащенно и посмотрела томным, полным обожания взглядом в его глаза, окутанные туманной поволокой. Заискрило. Муслим подался вперед, и придерживая ее сильными руками, проложил дорожку из поцелуев от шеи до любимой груди. Мелкая дрожь прошлась по ее телу, когда он захватил ртом упругий ноющий сосок, а выпустив, приласкал его кончиком языка. Затем перешел на другой, пока Эсми кусала губы, постанывала и царапала ногтями его затылок.

-У меня нет… - тяжело дыша, предупредил он. - Та упаковка была последней. Прости.

-Ничего страшного. Я все равно хочу перейти на таблетки, - быстро прошептала она, подгоняя.

Муслим усадил ее на себя, а она уперлась ладонями в его грудную клетку и задвигалась, прикрыв глаза от удовольствия. Его руки сжимали тонкую талию, затем скользнули вверх и накрыли полушария. Поняв, что она устала, но уже на грани, он перехватил инициативу и несколькими сильными толчками привел ее к разрядке. Упав на Муслима, Эсми тяжело дышала и лежала с закрытыми глазами

-А ты? - спросила она.

-Сейчас…

Они поменялись местами, но мужчина все сделал сам, потому что был без защиты и не хотел рисковать. Эсми долго смотрела в его пронзительные глаза, выводя пальцами белый узор на плоском животе. И он от этого зверел еще больше.

Через несколько минут она, свеженькая, собранная, одетая в черные брюки и шелковую кремовую блузку, поправляла макияж перед зеркалом в прихожей. Дверь в ванную открылась Муслим вышел в прихожую в одном полотенце, повязанном н бедрах. Эсми покосилась на него и застыла с помадой в руках.

-Ну неет, - выдохнула она, когда он направился к ней - высокий, широкоплечий, с темной полоской волос, тянущихся от груди к паху.

-Что нет?

-Не надо на меня так смотреть, - она вновь повернулась к зеркалу, прошлась блеском сперва по верхней губе, затем по нижней.

Но он не послушал, встал сзади, взял Эсмигюль в плотное кольцо, придавил к себе и вдохнул запах ее пышных волос.

-Ты куда? - спросил он, глядя в зеркало.

-В цех.

-Я вернусь в клинику. Когда теперь увидимся?

-Даже не знаю. Сейчас каникулы, в субботу детей заберет отец, а ты будешь с дочкой. Всё как всегда.

-С этим надо что-то делать. Решайся.

Она хотела ответить, попросить еще немного времени, но зазвонил телефон в сумочке, и Эсми потянулась к ней и достала мобильный. На экране высветился номер дочери. Муслим тоже это увидел, отпустил ее и пошел в спальню.

-Да, доча?

-Мам, - всхлипнув, позвала Ситора. -Ты только не волнуйся, но мы с Руфиком едем на скорой в больницу.

Ох уж это ее: “Ты только не волнуйся, но”. Сколько раз она это слышала и, казалось, была готова ко всему. Но точно не к этому. Тошнота резко подступила к горлу, в ушах появился страшный гул.

-В какую больницу? Что случилось?

Муслим озадаченно выглянул из комнаты. Их взгляды встретились.

-Мы катались на самокатах. Руфик с Лейли были на одном и…я не знаю, что случилось, - сбивчиво объясняла она. - Наверное, поймали камень. Они не успели сбавить скорость. Руфик ударился головой и потерял сознание. Я вместе с ним на скорой.

-Он пришел в себя? - дрожащим голосом спросила Эсми.

-Пришел. Говорят, у него перелом.

-А Лейли? Что с ней?

Эсмигюль посмотрела на Муслима и увидела, как он мгновенно почернел и грозно навис над ней свинцовой тучей.

-Что с моей Лейли? Где она? - прорычал он.

-Мам, это кто там? - испугалась плачущая Ситора.

Эсми опустила трубку и сдавленно произнесла:

-Лейли с Руфатом упали с самоката. Их везут в больницу.

Глава 23. Твоя дочь и мой сын

Муслим давил на газ и крепко сжимал руль. Старался держать себя в руках, успокоиться, но неведение убивало. Еще дома он пытался дозвониться до дочери, но все без толку - она не брала трубку. Тогда Эсмигюль набрала Ситоре и спросила, почему Лейли не отвечает и где она сейчас.

-Я не знаю, - шмыгнула девочка. Эсми вывела ее на громкую связь. - Сначала приехала одна скорая, посмотрела их и тут же вызвала вторую бригаду для Лейли. У нее, кажется, тоже перелом.

Эсми снова бросила быстрый взгляд на Муслима, стиснувшего губы до бледной, почти прозрачной нити.

-Что было потом?

-Руфик очнулся. Лейли была в сознании. Но они уложили их на носилки и увезли.

-Ситора, передай телефон фельдшеру.

Они быстро переговорили с медиком, выяснили, какие травмы у детей и в какую больницу их везут. Сразу же сорвались туда, оставив машину Эсми у дома Муслима. И вот теперь, сидя на пассажирском сидении, она звонила с телефона Мамедова его дочери, но по-прежнему слышала одни гудки. На светофоре он попросил мобильный и одной рукой быстро нашел нужный контакт и приложил трубку к уху.

-Севиль, Лейли тебе не звонила? - Эсми съежилась от его жесткости.

-Нет. А что случилось?

-Она каталась с одноклассниками на самокате и упала. Ее забрали в больницу. Я еду туда…Не плачь, Севиль. Она в сознании.

-В какой больнице? Как она? Я приеду! - взволнованно говорила бывшая жена.