Алый бант в твоих волосах (СИ) - Седов Павел - Страница 7

— Ну нет! Давай-ка ты останешься! Не хватало, чтобы ты промокла и ещё больше заболела.

— Да я уже в порядке! — воспротивилась сестра и потянулась к дверце шкафа, но я оттолкнул её руку и захлопнул дверцу.

— Будь дома. Если дозвонишься сестре, сразу же перезвони мне. Ясно?

Я потряс смартфоном перед Катюхой и убрал его в карман брюк, а она послушно закивала в ответ. Надел поверх рубахи тонкую олимпийку и, держа в руках сложенный зонт, вышел за дверь.

❖ ❖ ❖

Я уже почти полчаса ходил под дождём. Обошёл наш двор и все соседние. Заглянул в единственный магазин, торговавший продуктами. Но Сашки нигде не было. Дождь немного успокоился. Однако, если бы не зонт, я бы уже прилично промок.

Пора расширять зону поиска.

Думая о том, куда могла отправиться Сашка, я стал перебирать в памяти места, где мы когда-то бывали. Парк аттракционов? Классное место. Но, очевидно, парк уже закрыт. Набережная? Нет, слишком далеко. Шопинг по гипермаркету? Это вряд ли. Всё интересное находилось слишком далеко от нашего спального района.

Поблизости оставался только парк. Направляясь быстрым шагом в его сторону, я вспоминал, как в феврале, когда девчонки только осваивались в городе, мы гуляли там по заснеженным дорожкам. Сверху они были покрыты тонким слоем свежего снега, под которым пряталась коварная наледь. И чтобы не упасть, мы шли, взявшись за руки.

За руки…

Сашка крепко сжимала мою ладонь, то и дело оттягивая мою руку на себя и хватаясь второй рукой за предплечье. Она неуклюже переставляла ноги, хохотала и поскальзывалась, заставляя меня каждый раз ловить её и сильнее прижиматься. Но на предложение пойти куда-нибудь в другое место, реагировала словно ребёнок, у которого пытались отобрать любимую игрушку.

В кармане завибрировал телефон. Мгновенно достав его, я ответил на входящий от Кати.

— Она где-то гуляет!

— В смысле где-то⁈ Она что, не сказала, где она?

— Да блин! Из-за этого дождя я ничего толком не услышала! А потом связь прервалась… — объяснила сестра. — Я только поняла, что она на улице.

— Звони ещё! — настаивал я.

— У неё, кажется, села батарейка, — виновато сообщила Катюха.

— Понял, — закончил разговор я и, немного подождав, повесил трубку.

Набрал на ходу Сашку. Женский голос ответил, что абонент находится вне зоны действия сети. Зашибись!

До парка оставалось около минуты ходьбы. Я сложил зонт и перешёл на бег. А сам думал о том, что мне только что сказала Катюха. Дождь почти успокоился. Тогда откуда был шум? Почему она ничего не расслышала? И перед моими глазами всплыло другое воспоминание того же дня.

— А это что? Фонтан? Здесь есть фонтан⁈ — удивлённо спрашивает Сашка.

— Ну да, а что такого? Заработает, когда потеплеет, — отвечаю ей я.

Она смахивает перчаткой снег с плитки, которой облицована невысокая внешняя стена фонтана. Садится попой на неё и закидывает ногу на ногу. Я стою рядом и наблюдаю. Затем Сашка смахивает снег с другой плитки рядом с собой.

— Садись! — говорит она, призывая меня ладошкой. — Представь, что сейчас лето. Брызги фонтана падают сверху. Ветер сбивает тёплые струи, и они тоже падают на нас. Мы мокрые. Счастливые. Сидим на этом самом месте, касаясь друг друга плечами. А перед нами из лужи пьют воду голуби…

Я тогда подумал, вот же фантазия! В городе, где жили девочки, отродясь не было фонтанов. Наверное, поэтому, когда сёстры приехали сюда, их впечатления поначалу казались такими яркими. И девчонки потом подолгу обсуждали посещённые ими места, делясь впечатлениями.

Сидя тем днём у неработающего фонтана, я пятой точкой чувствовал, как холод пробирается внутрь меня. А Сашка всё продолжала.

— Представил? Ну⁈ Мы кидаем этим голубям хлебные крошки, а они жадно набрасываются на них, машут крыльями… — Сашка вдруг замолчала, повернула голову и посмотрела на меня. — Пообещай!..

На этом воспоминание оборвалось. Я уже шёл по парку, выискивая глазами силуэт в сгущающемся сумраке дождливого июньского вечера. Дневное тепло сменила зябкая прохлада, и теперь выдыхаемый ртом воздух превращался в белёсое облачко пара, которое тут же бесследно исчезало. Непогода принесла с собой не только обильные осадки, но и холод, непривычный для первого месяца лета.

Увидев одиноко бредущий впереди силуэт, я рванул к нему.

— Сашка! — крикнул я, и хрупкая фигурка обернулась, а потом ускорила шаг. — Да стой же ты! Куда ты идёшь⁈

Это точно была она. Я быстро нагнал её. И только когда схватил за руку, сестра остановилась.

— Ну и куда ты⁈ — пытаясь отдышаться, крикнул я.

А она молчала, не оставляя попыток вырваться.

Одетая совершенно не по погоде, в тонкое спортивное трико и облегающую футболку, Сашка была насквозь промокшей. Волосы спутались и повисли тёмными лентами. Лицо бледное, губы синие, пальцы дрожат.

— Ты чего творишь⁈ Жить надоело? — не унимался я, но Сашка будто онемела. — Давай быстро домой!

Услышав про дом, она дёрнулась со всей силы, едва не вырвавшись из моих рук. Но тут же была скручена и водружена на плечо, кверху попой.

— Не хочешь по-хорошему, тогда терпи! — проворчал я и потащил сестру на себе. — И чего тебя только так переклинило!

❖ ❖ ❖

Придя домой, я занёс Сашку прямиком в ванную комнату и усадил на табурет. Молча заткнул пробку в ванне и стал набирать в неё тёплую воду. Застыв в дверях, Катя шокировано смотрела на всё происходящее.

— Раздевайся! — скомандовал я.

Но обхватившая коленки ладонями и мелко подрагивающая от озноба Сашка лишь меланхолично посмотрела на меня.

Тогда я подошёл к ней и сам стянул с неё футболку. Подхватил девушку под мышки, поставил на ноги. Стянул с ног мокрое трико. Затем расстегнул бюстгальтер, стащил с неё трусики. И, подхватив двумя руками, погрузил в тёплую ванну. А потом сделал льющуюся в ноги струю воды погорячее, чтобы околевшая Сашка быстрее согрелась.

— Побудь с ней, — попросил я Катьку и вышел из ванной комнаты.

Сестра заказала на ужин пиццу с грибами, которая так и стояла нетронутая в коробке на обеденном столе. Заглянув в холодильник, я достал начатый пакет с молоком. Почистил с десяток крупных картофелин, порезал в кастрюлю и, залив кипятком из чайника, поставил на плиту. Позже к пюре быстро сделаю овощной салат. Будет всяко лучше и полезнее, чем остывшая пицца.

Быстро переодевшись в домашнее, я вернулся в ванную, достал пластмассовый таз. Открыл упаковку соли с горчицей, которую специально держал для подобных случаев. Налил в таз кипятка, высыпал соль, размешал и поставил таз на пол перед табуретом.

— Принеси, пожалуйста, два чистых полотенца и тёплый плед, — попросил я Катьку. — И последи там за картошкой.

Не говоря ни слова, Катерина кивнула и вышла из ванной комнаты.

— Согрелась немного? Дурёха! А теперь вылезай! — подойдя к ванне с полотенцем в руках, произнёс я. Прижимая коленки к груди, Саша подняла на меня глаза, но не сдвинулась и на миллиметр. — Стесняешься меня? Хорошо, я отвернусь, — сказал я и почти уже развернул корпус на пол-оборота.

— Не отворачивайся, — тихо произнесла она и стала подниматься на ноги.

Ну, наконец-то, заговорила!

Я помог сестре вытереться и обернул её полотенцем, про себя отметив, что её мокрые, небрежно ложащиеся на плечи локоны, выглядят весьма сексуально. Второе полотенце она сама скрутила на голове, спрятав под него длинные волосы. И когда Сашка покинула ванну, я отобрал у неё мокрое полотенце и замотал в тёплый сухой плед. Потом усадил на табурет и заставил опустить ноги в таз.

— Она же горячая! — возмутилась сестра и отдёрнула ногу.

— Давай, давай! Побегала? Придётся теперь потерпеть!

Ухватил обе стопы и с силой погрузил их под воду. Видя, что мои раскрасневшиеся ладони тоже опустились в кипяток, Сашка перестала сопротивляться и успокоилась.