Нападающий (ЛП) - Хуанг Ана - Страница 24

Я повернула за угол и остановилась как вкопанная. Сквозь кухонную дверь пробивался бледный свет, предупреждая меня о том, что кто-то, или что-то, уже внутри.

Я наконец поняла, что чувствуют персонажи фильмов ужасов, потому что, хотя инстинкт самосохранения кричал мне, чтобы я бежала, болезненное любопытство толкало меня вперед.

Извинения всем глупым персонажам, которых я когда-либо ругала за принятие плохих решений. Оказывается, я тоже глупый персонаж, который принимает плохие решения.

Я выглянула из-за двери, мое сердце колотилось в груди. Высокая, темная фигура стояла около открытого холодильника, размахивая ножом.

Я ничего не могла с собой поделать.

Я закричала.

— Аааааааа!

— Аааааааа!

Фигура резко обернулась. Его нож со стуком упал на пол, а наши одновременные крики разорвали тишину.

Я не думала. Я просто кинулась внутрь, схватила ближайшую сковородку и замахнулась ею на его голову, прежде чем он оправился от удивления.

Он вовремя пригнулся. Я снова замахнулась, но он схватил меня за руку на середине пути и отправил нас обоих кувырком на землю.

Он первым ударился о плитку с громким стоном. Я оседлала его и подняла сковороду над головой.

В этот момент я действовала чисто инстинктивно. Если бы я перестала двигаться, страх взял бы верх, а я не могла этого допустить. Кто-то должен был пострадать, и это была бы не я. Не сегодня, Сатана.

Я собиралась уже опустить сковороду, когда знакомый голос пронзил мое облако адреналина.

— Скарлетт, остановись!

Подождите. Это был...

Я моргнула, и мой бессмысленный туман рассеялся, обнажив острый подбородок и изумрудные глаза.

— Ашер?

— Очевидно, — проворчал он. — Кем ты думала, я был?

— Я думала, ты злоумышленник. — Мое сердце продолжало колотиться, пытаясь угнаться за этим новым событием.

— Почему ты так думала? — Ашер с опаской посмотрел на мою руку, сжимающую сковороду так, что костяшки пальцев побелели.

О Боже. Я чуть не разбила лицо Ашера Донована кухонной утварью.

Я покраснела и быстро положила сковороду на пол.

— Я спустилась вниз перекусить и увидела свет из кухни. Я не думала...

— Что у меня могла возникнуть та же идея? — закончил он сухим тоном.

Кровь распространилась на шею и грудь.

Каким-то образом мой разум перескочил через наиболее логичный ответ и сразу перешел к худшему сценарию.

Я хотела, чтобы пол раскрылся и поглотил меня целиком. Свободное падение в ад не могло быть хуже, чем нападение на хозяина дома с помощью нержавеющей стали.

— Я была осторожна. Если бы ты был злоумышленником... — Я замолчала. Не усугубляй ситуацию. — В любом случае, я извиняюсь. — Мне следует выговориться, прежде чем мое лицо взорвется от унижения. — Я не хотела, гм, почти убить тебя.

— Извинения приняты.

Облегчение возросло, когда в его ответе прозвучала нотка веселья.

Хорошо. Он не был так уж расстроен.

Если бы меня задержали по обвинению в покушении на убийство, это бы серьезно испортило мне выходные.

Гул холодильника прокрался между нами. Он не закрыл дверь, прежде чем я замахнулась на него, и от порыва холодного воздуха у меня по рукам побежали мурашки. Тело Ашера было единственным источником тепла.

Мои глаза сами собой опустились. Мягкая зеленая футболка облегала его плечи и грудь, не слишком обтягивая, но как раз достаточно, чтобы намекнуть на скульптурные восемь кубиков под ней. В отличие от яркого, пронзительного оттенка его глаз, футболка была настолько выцветшей, что казалась почти серой. Она задралась во время нашей ссоры, обнажив полоску загорелой кожи над поясом его спортивных штанов.

Так вот в чем он спал.

Это было так непринужденно и в то же время интимно, как будто он невольно позволил мне заглянуть в свое самое сокровенное...

— Скарлетт.

— Хм?

— Не хочу прерывать твои разглядывания, но можешь встать? Как бы мне ни нравилось, когда ты на мне, эта плитка не предназначена для комфорта.

Я метнула на него взгляд, и во второй раз за эту ночь меня осенило.

Я все еще сидела на нем верхом.

Глаза Ашера наполнились радостью, когда я оттолкнулась от его груди и поднялась на ноги.

Забудьте злых духов. Если я умру сегодня ночью, я буду винить только себя.

Здесь покоится Скарлетт Дюбуа, жертва самоуничижения.

— Я не пялилась на тебя, — солгала я, прикрываясь остатками своего достоинства, словно отчаянным щитом.

— Конечно, а дождь не мокрый. — Ашер стоял, выглядя на удивление собранным в три пятнадцать утра. Еще одно доказательство того, что вселенная играет нечестно. — Все в порядке, дорогая. Я не буду держать на тебя зла.

— Что я говорила о том, чтобы называть меня «дорогая»?

— Я бы сказал, что у меня пропуск, учитывая, что ты чуть не изменила мое лицо моей же посудой.

Он... ну ладно, он был прав.

— Ты ведь никогда этого не забудешь, да?

— Никогда – это долго. — На его лице промелькнула злая усмешка. — Однако я ожидаю частых упоминаний этой ночи в течение следующих пятидесяти лет или около того.

— С твоей стороны было бы смело и ошибочно полагать, что мы будем продолжать общаться через пятьдесят лет.

— Были и более странные вещи. Если повезет, то может быть даже семьдесят.

Я представила себе наши сморщенные, седые копии, препирающиеся где-нибудь в доме престарелых.

Изображение не вызвало у меня такого отвращения, как должно было бы.

Из открытой дверцы холодильника вырвался еще один порыв арктического воздуха.

Взгляд Ашера скользнул с моего лица вниз к шее и груди. Его улыбка померкла, и по моему позвоночнику пробежала электрическая дрожь.

Никто из нас не пошевелился, чтобы закрыть дверцу.

Напряжение поглотило нашу прежнюю легкомысленность, и я внезапно осознала, как мало на мне одежды.

Я не хотела спать в своей спортивной одежде, поэтому Ашер одолжил мне одну из своих рубашек. Винтажная черная футболка доходила до середины бедра. Под ней я надела свои любимые кружевные трусики – и все.

Бюстгальтера нет.

Мои соски затвердели до болезненных точек под пристальным взглядом Ашера. Его глаза потемнели, и ответный пульс забился между моих ног.

Я не была человеком случайных интрижек. Я пыталась. Они не делали для меня многого, так что мой вибратор и я развили близкие отношения за эти годы. Обычно, этого было достаточно, но прямо сейчас, не мысль о моем «Максимус 3000 Ультра» заставляла мое тело гореть.

Меня возбуждала мысль о том, что Ашер мог делать своими руками и ртом, когда его один взгляд заводил меня.

Это была фантазия о том, как я снова сижу на нем верхом, только на этот раз мы оба голые.

Это было то неудержимое влечение, которое росло между нами с момента нашей встречи, то, которое я всеми силами пыталась разрушить, но которое возрождалось снова и снова, словно феникс из пепла.

Я не говорила, что хочу встречаться с ним или выйти за него замуж, но я хотела его, и, судя по тому, как прерывисто стало его дыхание, он тоже хотел меня.

Он сделал шаг ко мне.

— Скарлетт...

Хриплый голос моего имени вернул меня к реальности.

Какого черта я делаю?

— Еще раз извини за попытку убийства, но я... мне нужно снова лечь спать, — выпалила я. — Завтра рано утром. Поговорим позже.

Я повернулась и выбежала из кухни, прежде чем он успел меня остановить.

Только когда я надежно заперла дверь и зарылась под одеяло, я поняла, что не захватила с собой ничего съестного.

Хорошие новости: я больше не была голодна.

Плохие новости: моя тяга к еде трансформировалась в тягу к чему-то другому.

После пяти минут ворочаний я сдалась и откинула одеяло в сторону. Пульсация между ног усилилась до болезненной боли, и когда я засунула руку в нижнее белье, оно мгновенно пропиталось моим возбуждением.