Весь Пол Андерсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Андерсон Пол Уильям - Страница 800

— У нас есть особенные потребности, — ответил он деловым тоном. — Мы никогда не утверждали, что мы — обыкновенные люди. И первая среди наших потребностей — сохранение своей наследственности. Она же в безопасности только здесь. Во всех остальных местах наш род существует лишь в виде отдельных личностей или отдельных семей и слишком подвержен опасности одичания.

— Одичания?

— Потери породы. Браков с чужими, если угодно. Возвращения в сырое состояние.

Диана окаменела. Он это заметил и быстро сказал:

— Извините меня. Это звучало очень по-снобистски, что в мои намерения не входило. Так говорится на нашем диалекте. Если вы поинтересуетесь нашей историей, вы поймете, откуда у нас такая решимость сохранить свою идентичность.

Интерес прогнал обиду. К тому же Кукулькан был умен и хорош собой, и они шли по величественной улице вниз к бухте, где переливалась сиянием зажженная местными микроорганизмами вода. Прохожие окидывали ее взглядами — восхищенными у детей, понимающими у взрослых, полными восторга и желания у молодых людей. Эти последние часто окликали Кукулькана и подходили поближе в явной надежде, что их представят. Он отвечал жестом, который Диана перевела примерно как «Брысь! Я ее первый увидел». Это освежало не хуже морского ветра.

— Честно говоря, я насчет вашего прошлого невежественна, — призналась она. — Я же бродяга и знаю немногим больше только имени вашего народа.

— Ну, это можно исправить, — сердечно отозвался Кукулькан, — хотя и не за час, потому что наши истоки уходят на тысячу лет назад и лежат на самой Терре.

— Это я знаю, но и только — то есть ни как это было, ни почему. Расскажите, пожалуйста.

Сквозь его серьезно-торжественный тон пробивалась гордость. Рассказчик он был превосходный.

— Как прикажете. Итак, тогда еще только начинались путешествия по Солнечной системе. Мэтью Захари увидел, какие грандиозные задачи это ставит перед человечеством — не меньше опасностей, чем заманчивости, и задачи эти требовали умения надеяться, умения приспосабливаться, но не ценой потери целостности.

Как генетик он поставил себе цель создать расу, могущую справиться с неизмеримой новизной, с которой предстояло встретиться. Да, машины были необходимы, но недостаточны. В глубины Вселенной должны были уйти люди, иначе вся эта авантюра человечества закончится в жалкой беспомощности. И люди пойдут. Это в природе вида. А Мэтью Захари хотел дать им лучших из возможных вождей, — Кукулькан сделал жест левой рукой, поскольку за правую его держала Диана.

— Нет, не «супермена», никакой подобного рода чуши. Зачем терять принадлежность к человечеству, придавая биологическому организму свойства, гораздо лучше воплощаемые в машинах? Он искал способ выработать лучшего представителя вида — универсального, многоцелевого — если позволено будет употребить такой технический термин — человека. И какие черты должны были такого человека отмечать? Некоторые очевидны. Высокое развитие интеллекта, быстрого и широкоохватного, психологическая стабильность, физическая сила, координация, органы и их функции в норме или выше нормы, сопротивляемость болезням, быстрое восстановление после болезни или травмы — вы могли бы перечислить все это сами.

— Мне казалось, что многое из этого было уже достигнуто, — заметила Диана.

— Конечно, — согласился Кукулькан. — Развитие генетической коррекции вело к искоренению наследственных болезней. И в наши дни они редко возвращаются, несмотря на происходящие все же мутации и на то, что сравнительно многие родители не могут позволить себе услуги генетиков. Немногие могут, точнее сказать, а остальные доверяются природе. Я позволю себе сказать, что ваше зачатие было полностью случайным, «естественным». Но благодаря предкам, которые об этом позаботились, маловероятно ваше заболевание раком, или шизофренией, или каким-нибудь другим из древних ужасов, которым вы, быть может, даже названий не знаете.

И все же это не значит, что каждая зигота не хуже любой другой. Варианты и сочетания генов, которые мы воспринимаем как нормальные, настолько многочисленны, что для реализации их всех нужно больше времени, чем проживет Вселенная. И потому среди людей есть сильные и хилые, есть мудрые и глупые, и так далее до бесконечности. И еще Захари понял, что этот оптимальный человек должен быть неспециализированным — то есть превосходно умеющим делать многие вещи, но не склонным становиться абсолютным чемпионом ни в одной из них.

Что такое оптимальный человек, кроме того, что он может процветать в самом широком диапазоне условий? Захари нашел единомышленницу, Юкико Номура, которая повлияла и на его образ мыслей. Может быть, это от нее в нас столько монголоидных черт. Например, глазная складка полезна в сухом ветреном климате, а в других безвредна. По контрасту: черная кожа идеальна в первобытных условиях в тропиках Терры или сегодня на такой планете, как Ньянза, и не мешает ее обладателю жить в других условиях, но требует большего содержания йода в рационе, чем кожа более светлая, а дефицит йода в природе встречается не так уж редко. Можно и продолжить список, но это сейчас неважно. Я признаю, что многие решения были приняты произвольно, может быть, по личным предпочтениям, но что-то ведь надо было выбрать.

В результате после многих лет трудов и бесчисленных неудач Захари и Номура собрали те клетки, от которых мы и произошли. Легенда говорит, что они взяли собственную ДНК. Это не так. Их цель была слишком грандиозной для мелкого тщеславия. От себя они взяли лишь ту малую часть, что считали подходящей. Остальные брались откуда было лучше, и все фрагменты прошли коррекцию перед соединением в окончательную клетку.

Потом в этой клетке было вызвано деление. В одной из дочерних клеток Х-хромосому заменили на Y, и вторая клетка стала мужской. Обе клетки поместили в экзогенетические аппараты и вырастили. Детей усыновили и вырастили до зрелости для предстоящей им судьбы. Это были Изанами и Изанаги, мать и отец новой расы.

И мы всегда с тех пор оберегали свою наследственность.

Настало долгое молчание. Мужчина и девушка вышли с улицы на дорогу, вьющуюся среди деревьев и усадеб, уходя к оконечности западного мыса. Патриций клонился к горизонту, свет его становился бронзовым. Холодеющий ветер нес привкус соли.

— И вы женитесь только между собой? — спросила наконец Диана.

— Да. Мы обязаны, иначе перестанем быть тем, что мы есть. Постоянное общение с чужаками означает отлучение от рода. М-м… это не хвастовство, это просто реализм — но мы считаем наши гены закваской, которой мы рады поделиться с заслуживающими того представителями обычного вида. Вы лично — весьма выдающаяся юная леди.

У Дианы запылало лицо.

— Но пока что к материнству не готовая, так что спасибо!

— Простите, я никак не хотел вас обидеть. Она быстро вернулась к прежней теме:

— А такое близкородственное скрещивание не ведет к появлению дефективного потомства?

— Нет, если родители лишены дефектов. Что до неизбежных мутаций, они выявляются рутинными тестами в самом начале беременности. Вас, может быть, заинтересовала бы наша неинвазивная техника сканирования ДНК. Оборудование для нее — статья нашего экспорта, но из-за протекционистских ограничений во внутренние районы Империи оно не попадает. Ни одна клиника на Имхотепе не может себе ее позволить из-за цены.

Диана поморщилась:

— А если эмбрион не будет совершенным, вы его — элиминируете, это правильное слово?

— Фактически очень редко, только если перспективы на удовлетворительную жизнь нулевые. Действительно, обычно мать решает удалить зиготу. Но ее выращивают в искусственной среде или… или во чреве добровольно вызвавшейся обыкновенной женщины. Пары, желающие усыновить такого ребенка, находятся легко. Видите ли, он рождается без серьезных недостатков — как правило, ничего нежелательного незаметно. Это — человеческое существо, и гораздо выше среднего уровня. Просто это не захариец.

— Ну, это несколько лучше. — Диана встряхнула головой и вздохнула. — Вы правы, это совершенно особенное место. А кстати, с чего оно началось?