Трое из Иудеи (СИ) - Леженда Валентин - Страница 22

– Шоб вы здохли, вы мне нравитесь, – хрипло проговорил несостоявшийся утопленник.

– Как водичка прохладная? А как на вкус?

– Макес вам всем на живот, а не водичка…

– А что с ней не так? – вмешался обеспокоенный Моисей.

– Так это… – Авнер Шац грустно вздохнул. – Вода-то… тю-тю… совсем непригодная…

– Как так непригодная?

– Ну очень горькая на вкус, пить такое нельзя.

Иудеи приуныли не сразу осознав услышанное, ну а когда до них, наконец, дошло… Плотная, яростно сжимающая кулаки толпа, угрожающе обступила немного растерявшихся предводителей.

– Это вы во всём виноваты! – стали на разные голоса выкрикивать жаждущие лучшей жизни скитальцы. – Это из-за вас мы попали в эту передрягу. Что теперь делать, ведь мы погибнем здесь от жажды на радость ненавистным египтянам.

– С десятью я быть может при удачном раскладе ещё управлюсь… – горячо прошептал на ухо Моисею Аарон, поглаживая многочисленные рукояти ножей торчащих из-за пояса. – Но с сотней… такое не под силу даже мне.

– Спокойно, люди, – великий пророк картинно взмахнул руками и иудеи слегка притихли, помня что в прошлый раз от подобного взмаха произошло настоящее чудо. – Жестоки слова ваши и крайне несправедливы. Разве мы желаем вам зла? Нет. Только добро. Разве не мы вывели вас из плена египетского, разве не мы помогли избежать гнева жестокого фараона, разве не мы обещали вам благополучный исход тяжёлых скитаний?

Но пристыдить рассерженных соплеменников было не так-то уж и просто.

– Сладки речи твои, но горьки уста, как та вода в проклятом колодце, на которую можно лишь смотреть, но нельзя испить, – донеслось из неблагодарной толпы.

– Ну, почему же… – смущённо кашлянул Авнер Шац, – я ведь там искупался и ничего, живой. На худой конец хотя бы как следует помоемся перед неминуемой смертью от жажды. Отойдём в царство мёртвых, так сказать, чистенькими… как новые шекели.

Но это предложение было встречено обидными словами, касавшимися преимущественно необычных сексуальных предпочтений самого Шаца и чувствительными тычками ему под рёбра.

– Ты всё больше говоришь, Моисей, но одними речами сыт не будешь, – продолжали нешуточно бушевать иудеи. – Поверим мы тебе только тогда, когда деяния твои будут в точности соответствовать твоим словам.

– Ах, так значит? – сильно разозлился Моисей и даже пошёл красными пятнами. – Сейчас вы устыдитесь жестоких слов своих, неблагодарные.

И сказав сие знаменитый пророк решительно подошёл к колодцу.

– Сейчас именем Яхве я сделаю эту воду пригодной для питья.

– Ну-ка ну-ка рискни своим здоровьем, – нагло донеслось из толпы.

И Моисей рискнул. Надменно усмехнувшись, великий пророк вытащил из заплечного мешка какие-то непонятные засушенные веточки и, смерив притихших сородичей строгим взглядом, бросил свой гербарий прямо в колодец. Вода в колодце тут же забурлила, словно на дне его резвились пираньи, которым сверху кто-то швырнул шмат окровавленного свежего мяса.

– Братья, там оказывается водятся хищные рыбы, – истошно завопил Авнер Шац отшатываясь от колодца. – А я всё думаю кто это меня там внизу всё время за голые пятки щекотал…

Иудеи на всякий случай приготовились бежать, в страхе ожидая, когда из тёмных недр повыскакивают прожорливые зубастые твари, хотя и было очевидно, что первыми они сожрут стоявшего ближе всех к колодцу Моисея.

Но хищные рыбы так и не появилась.

Иудеи разочаровано выдохнули, понимая какой чудесный шанс только что был упущен благополучно избавиться от доставших всех и вся предводителей.

– Дайте мне деревянный ковш, – приказал великий пророк и, получив оный, привязал его к верёвке. – Аарон, погружай!

Могучий предводитель умело зачерпнул холодную воду и, вытащив на свет божий полный до краёв ковш, осторожно принюхался, коротко кивнул и в несколько глотков прикончил содержимое.

– Уф! – здоровяк с удовольствием вытер губы, вылив остаток воды себе на шею.

– Ну и таки как? – нервно поинтересовался Авнер Шац. – Не горька ли водица, в животе не урчит?

Аарон прислушался к своим внутренним ощущениям.

– Знаешь вот нет и странное дело она мне показалось даже сладкой, словно персиковая настойка.

Услышав подобное откровение иудеи жестко ломанулись к колодцу.

– А ну стоять, – чудотворец повелительно взмахнул рукой и соплеменники покорно остановились. – Подходить строго по одному. Аарон, проследи.

Пока беглецы под присмотром могучего Аарона утоляли жажду, Моисей удалился в сторонку, якобы для того чтобы в очередной раз воздать молитвы самому Яхве. Многие при этом подумали, что уж слишком часто пророк молиться новому богу, не иначе желает как следует ублажить того в угоду своим великим целям. Подлизываться к некой могущественной силе это, конечно, хорошо, это иудеи отлично могли себе понять, в особенности, когда тебе сулит в итоге немалая награда. Но общаться с богом наедине слишком часто… это ведь признаки острого душевного расстройства.

Но Моисею было глубоко сиренево на досужие домыслы не в меру ушлых соплеменников. Моисею требовались постоянные инструкции, которые он с завидной регулярностью получал. Без них… страшно подумать, что с ним бы тогда произошло.

– Я всё сделал как вы и велели, заранее собрал нужные ветки и бросил их в горький колодец.

– Молодец, – донеслось из железной коробочки. – Вода стала сладкой?

– Как мёд. Всё произошло, как вы и предсказывали.

– Но воины фараона по-прежнему идут за вами по пятам.

– Да? А я рассчитывал что мы, наконец, избавились от них. Скажи-ка, Яхве, а нельзя ли эту проблему как-нибудь побыстренькому уладить?

– Что ты имеешь в виду, я не совсем тебя понимаю?

– Ну… – Моисей немного смутился, – устранить их всех физически. Утопить, испепелить молнией, сжечь, раздавить… в общем на твой выбор.

– Твоё поведение выглядит странным. Ведь ты всем, абсолютно всем обязан именно египтянам: положением, образованием, богатством…

– Утерянным богатством, – недовольно уточнил Моисей.

– Ну да утерянным, но разве ты не успел как следует вкусить плоды земных утех благодаря Египту?

– Таки успел, – был вынужден признать припёртый к стенке пророк.

– Вот видишь и ты желаешь им гибели. Не все проблемы решаются при помощи насилия. Отнесись к недругам своим так, как они отнеслись бы к тебе.

– Вот-вот так я как раз об этом самом, – невероятно оживился Моисей. – Они убьют нас, как только нагонят, значит, мы должны опередить их в этом славном кровавом деле.

– Но откуда ты знаешь, что эти люди желают вам зла?

– Ох, и вопросики у тебя чтоб мне лопнуть. Ну, задал так задал… – великий пророк озадаченно почесал макушку. – Конечно, я не могу за это ручаться, но… Скажу тебе так… моя интуиция подсказывает, что наша встреча закончится очень плохо, во всяком случае для некоторых из нас, в число которых я вхожу под номером первым.

– Тем не менее помочь тебе при помощи насилия я не смогу. Подсказать что, это вот запросто, но вмешиваться извне… совершенно исключено.

– Ну, таки спасибочки вам! – и спрятав говорящую коробочку за пазуху, крайне раздражённый пророк быстро вернулся во временный лагерь к своим неблагодарным соплеменникам.

Дальше по пути им попадались исключительно обширные райские оазисы, где компактной группе скитальцев вполне грозила опасность резкого уменьшения общей численности. Но попытки дезертирства на корню пресекал могучий Аарон, зорко следя за каждым иудеем и грозя свернуть челюсть каждому, кто попытается хотя бы на десять шагов удалиться от основной группы.

Например, оазис под названием Елим, славился своими семьюдесятью финиковыми пальмами и двенадцатью источниками кристально чистой воды. Понятное дело, что финиковые пальмы тут же объели, а источники слегка замутили, но то были издержки долгого пути, где не было ни еды, ни воды, а правила лишь жестокая к людям стихия.

На ночлег остановились в пустыне Син между Елимом и Синаем. Медленно ползущее к горизонту солнце палило немилосердно и в довершении ко всем неудобствам внезапно кончились запасы продовольствия и воды.