Убийство Ледяного Короля (СИ) - Робинсон Кэндис - Страница 37

Эйра начала говорить, он видел, что ее губы двигаются, но он не слышал слов. В ушах вдруг загудело так, словно над его головой взмыла целая стая мух. В следующую секунду в глазах резко потемнело, и, как ни старался, он не мог сморгнуть наваждение. Когда он покачнулся вперед, его колени вдруг подкосились, и он рухнул на пол ледяного дома, захваченный очередным видением. Эйра кричала, звала его где-то вдалеке, но он не мог отозваться.

Морозко провел кинжалом по подушечке пальца и позволил алому капнуть Эйре на язык. Она, в свою очередь, сделала то же самое, и вместе они принялись громко читать заклинание. Снег взметнулся вокруг них, закручиваясь в вихрь из зеленого, синего и фиолетового. Морозко резанул клинком по ладони, проливая кровь на белоснежный покров, и на его глазах та превратилась в широкий круг. Золотой свет полной луны сиял, отражаясь от земли, но свет померк с резким дуновением ветра – или, скорее, он изменился. Яркий лунный круг пропал, а на его месте вспыхнул темно-синий шар.

Морозко пошатнулся, хватаясь за бок:

– Их будут звать крампи, и они станут нашими когтями, когда мы не сможем достать перевертышей сами.

Видение скакнуло вперед, перематывая время до великой битвы, в которой Морозко с Эйрой сидели верхом на Нуке.

Перед ними разворачивался бой. Крампи беспощадно расправлялись с перевертышами, стаскивали их к огромному пылающему костру и швыряли в пламя. Жадные огненные языки впивались в их восковые тела, и визгливые крики ввинчивались ему в уши. На его глазах тела исчезали без следа, но в его голове ворочалось непроходящее предчувствие того, что они вновь вернутся сквозь закрытую печать.

Видение снова прыгнуло вперед.

Бок Морозко больше не болел, зато сердце бешено колотилось. В венах кипел адреналин, призывая его кинуться в бой, где его воины неистово кромсали и сковывали перевертышей, которые кидались от них врассыпную, подобно мышам.

Тем не менее они с Эйрой оставались в замке. Только так можно было быть уверенными, что он не падет в бою – и что Фростерия будет в полной безопасности.

Эйра разжала свою ладонь, на которой лежал сияющий синий драгоценный камень, пульсирующий, словно живое сердце.

– Это поможет крампи с уничтожением перевертышей. Наделим эти камни их кровью и твоей магией, и тогда дремлющая внутри сила поможет отслеживать нам их без следа.

Морозко вздохнул:

– И больше не нужно будет бессмысленно хлестать подряд всех людей, чтобы узнать, кто из них одержим.

Эйра покачала головой:

– Я бы тоже хотела, чтобы их можно было освобождать как-то иначе.

Морозко задумчиво постучал пальцами по столу.

– Дни без перевертышей, кажется, они были уже так давно… – Он вздохнул и наклонился к Эйре, утыкаясь лицом в ее живот и нежно обнимая ее за талию.

Видение отступило. Когда Морозко наконец-то очнулся, Эйра трясла его за плечи, встревоженно склонившись над ним.

– Морозко! – громко воскликнула она.

– Я видел, – выдавил он из себя, с трудом садясь. – Видел, что нужно будет сделать. Слишком поздно уже. – Слова путались у него на языке, пока он пытался осознать все то, что узнал, разглядеть каждую мелкую деталь. – Проклятье. – Морозко неловко перекатился на бок, поднялся на колени. С судорожным вдохом запустил пальцы в волосы. – Жертву приносить уже поздно. Даже если бы я убил тебя сейчас, это ничего бы не изменило. Мои видения с тобой предвещали не жертвоприношение, а совсем другое… – Пот катился по его лицу градом и тяжелыми каплями падал на пол. Все тело трясло, но не от усталости, а от резкого возвращения обратно в настоящее.

– Так, значит, мне не надо умирать? – прошептала Эйра. С недоверием, написанным в каждой черте лица, она вдруг поднесла руки ко рту и тихо всхлипнула.

– Нет. Ты способна дать миру гораздо большее, птичка. – Сморгнув последние остатки видения, Морозко схватил валяющиеся в стороне штаны и сразу натянул их на себя.

Эйра положила руку ему на плечо, и ее холодные пальцы вернули его обратно к реальности.

– Так что нам нужно сделать? – эхом повторила она его же слова. – Что ты только что видел?

Он с трудом сглотнул, пытаясь привести путающиеся мысли в порядок.

– Я знаю, почему ты здесь, – прохрипел он. – Как я и говорил, на тебе все держится. – Он что-то изобразил рукой в воздухе, обозначая их положение. – Мы с тобой вместе создадим демона, который будет равен по силе перевертышам. Соберем целую армию таких, чтобы держать тварей в узде. Огонь их уничтожает, и таким образом мы сможем изгонять их из этого мира, пока они не родятся заново по ту сторону печати. Смертных нужно бить хлыстом, чтобы твари убрались из них прочь. И да, ты и правда первая настоящая ведьма.

Эйра коснулась его щеки тыльной стороной ладони. Если она и пришла сейчас в ужас от всего, что он сказал, то она хорошо от него это скры- вала.

– Тебя лихорадит.

– Я знаю, что я видел! И нормально все со мной, так всегда происходит, когда я близок к моменту истины. – Он схватил ее за запястье, но его пальцы были нежны. Неужели в данный момент она ему не верила? Он нахмурился. Впрочем…

– Я тебе верю. Твои видения никогда раньше не врали, так ведь? – Когда он не ответил, она кивнула сама себе. – Теперь это объясняет, почему они так боятся огня. Что еще ты видел?

– Камень. Ты создала волшебный камень, который мог их отслеживать, и нам больше не нужно было гадать. – Он потряс головой, чтобы прочистить свои мысли, потом натянул рубашку. – И чтобы выгнать перевертыша из тела ребенка, его нужно выпороть хлыстом.

Ее глаза в ужасе распахнулись.

– Что?

– Говорю то, что видел. – Морозко и самому эта идея совсем не нравилась, но и другого пути он не видел. – Есть еще варианты?

Эйра со вздохом отрицательно покачала головой:

– Знаешь, сколько времени у нас осталось?

– Нет. – Он задумчиво пожевал нижнюю губу, вспоминая все, что сейчас видел. – Я никогда не знаю наверняка, когда именно произойдет то, что я увидел. В настоящем можно заметить лишь небольшие намеки, детали, которые предвещают предстоящие события, но точно угадать не получается никогда. – Он замолк, нахмурившись, а потом принялся метаться по комнате.

– То, что ты протопчешь тропинку в полу, ничего не остановит. Сядь, пока ты не упал. – Подойдя к нему, она взяла его за руку и отвела к их спальным мешкам. – Расскажи лучше, какой мы можем сейчас составить план. Что нам нужно сделать, пока ждем.

Она этого не говорила, но он все равно услышал в ее интонации слова. «Ты же король. Тебе нас вести». Это не было ее мыслями – лишь переживаниями самого Морозко, которые только крепчали внутри и кричали защищать до последнего вздоха то, что принадлежало ему.

Он с горьким стоном опустился на шкуру.

– Знаешь, я ведь никогда не хотел быть королем. – Он сам не знал, почему вдруг решил признаться ей в этом только сейчас. Может, потому, что она была первой, кроме его ближайших слуг, кому серьезно было на него не плевать. – Никогда не хотел владеть всей этой силой или нести ответственность. Только навсегда спрятаться куда подальше от злобы моей матери и интриг ее двора. – Он сжал пальцы в кулак и рыкнул: – Тогда я это все ненавидел и сейчас тоже ненавижу.

Эйра опустилась рядом с ним на колени и успокаивающе коснулась пальцами его руки. Ее глаза разглядывали его лицо, словно бы пробиваясь сквозь все тяжелые слои маскировки.

– Ты тот король, что нужен сейчас Фростерии. Потому что сердце у тебя не ледяное. Этим ты отличаешься от королевы и своей матери, Морозко. Хоть и пытаешься порой убедить нас всех в обратном. – Уголки губ Эйры чуть дрогнули вверх.

От ее слов в его груди вспыхнул целый пожар, такой жаркий, что дыхание застряло где-то глубоко в горле. Она и понятия не имела, насколько много ее слова значили для него – как важно ему было знать, что он не был таким ужасным, как его мать. От этого ему стало чуточку легче.