Хорошая примета (СИ) - Матуш Катя - Страница 62

— Представитель налоговой уже в пути, не переживайте, а пока мы можем начать?

— Вполне. Я бы хотел успеть к завтраку, — улыбнулся адвокат.

Передо мной опять разложили какие-то листки. Фотографии пять штук. Я проморгалась и глянула на адвоката.

— Бояться нечего, говорим, как есть, — кивнул он мне. — Если я поднимаю правую руку, замолкаем. Понятно? — я кивнула. — Замечательно. Начинайте.

— Милослава Васильевна, — привлек мое внимание парень в гражданской одежде, который все это время сидел напротив и не сводил с меня глаз. — Вам знаком кто-нибудь из людей на этих фотографиях?

Я опустила глаза на снимки, но едва могла что-то на них разглядеть. Какие-то фрагменты, детали одежды, смазанные лица… На стол упала капля. Я протерла глаза и поджала губы.

— Милослава Васильевна, надо собраться. Можно нам света добавить, товарищи следователи?

Свет с настольной лампы во главе стола резко упал мне на лицо. Я дернулась и наверняка бы завалилась вместе со стулом, если бы адвокат не придерживал его за спинку.

— А вот это уже прямое давление на свидетеля, двести восемьдесят шестая, товарищи. Давненько у меня не было процессов по превышению должностных, пора бы возобновлять практику, — говорил Истислав Владимирович, поглаживая меня по спине.

— Рука дрогнула, — усмехнулся старший.

— Обязательно, — кивнул ему адвокат и посмотрел на меня. — Милослава Васильевна, хотите, мы их засудим? Нет? Ну тогда давайте поскорее с этим закончим, потому что они мне тоже не нравятся. Вам знаком кто-нибудь из этих людей?

Я вернула глаза на стол, проморгалась и постаралась сосредоточиться, как сразу узнала женщину на одном из фото. Точнее даже не женщину, а саму фотографию.

— Это… Сваха.

— Очень хорошо, — улыбнулся парень напротив. — Откуда вы ее знаете?

Адвокат кивнул.

— Она приходила, — мямлила я. — В начале декабря, числа второго-третьего, поздно вечером.

— Вы знали ее до этого?

— Нет.

— И вы впустили ее в дом?

— К-конечно, — уставилась я на следователя.

— Странно как-то, не находите? — усмехнулся он. — Какая-то незнакомая женщина, за темно…

— Можешь не отвечать, если не хочешь, — взял меня за руку Истислав.

— Это же сваха, — говорила я следователю. — Они не приходят в дом за светло. Конечно мы ее пустили, отказывать нельзя.

— Вот как. Ладно. Тогда могу я узнать насчет этого, — поверх фотографий легла еще стопка бумаг.

Миниатюры фотографий, комментарии, ссылки. Скриншоты блога, который Дедушка опубликовал той ночью.

— Это статья нашего Домового. Он блогер, — спокойно сказала, когда поняла к чему они будут клонить дальше.

— Замечательно. Вы, случайно не знаете, кто его удалил?

Адвокат задрал руку, я прикусила губу. Поверх опустился еще один лист.

— Не надо нас недооценивать, — сказал мужик во главе стола. — У нас есть все подтверждения ай-пи адреса, с которого был совершен вход в аккаунт перед удалением.

— Какие шустрые! — усмехнулся адвокат. — Ладненько. Говори, Милослава.

— Я его удалила.

— Зачем?

— Можешь не отвечать.

— Но лучше бы ответить, Милослава Васильевна. Мы наверняка знаем, что эта женщина участник организованной преступной группы. Всех этих людей, — ткнул следователь пальцем на скриншоты комментариев. — Ограбили спустя пару недель после ее прихода. Тридцать пять краж. Всех, Милослава Васильевна. Кроме одной единственной квартиры. Не догадываетесь какой?

— Н-нашей?.. — ляпнула я, и не успела заметить, как адвокат задрал руку.

— Именно. Вашей. И каково же было наше удивление, когда свидетели через одного начинали вспоминать про этот блог, а найти его в сети мы уже не смогли. Что думаете по этому поводу?

— Здесь только троим людям платят, чтобы они думали, и Милослава Васильевна в их число не входит, — отрезал адвокат. — Следующий вопрос.

— Значит не следующий, а предыдущий. Зачем? Зачем вы удалили этот блог.

— Можно не отвечать, — опять сказал Истислав.

— Я скажу… Я удалила его, чтобы мама не видела комментариев. Ее бы это расстроило.

— Вот как. Почему?

— Я не буду отвечать, — мямлила я, поглядывая на своего кивающего защитника.

— Не страшно, ответ мы уже знаем, только одного понять не можем. Что могло ее в этом так расстроить? Вы молодая, красивая девушка…

— Не заговаривайтесь, товарищ.

— Ой простите, факты, — усмехнулся парень. — В общем, что здесь такого? Ваша мать сваха, женить, это ее работа, не свезло с этой “партией”, она нашла бы вам другую. Что здесь такого страшного?

— Можешь не отвечать.

— Работа моей матери “женить” других. Во всем, что касается меня, она может только принимать сватов, — огрызнулась я.

Адвокат поднял руку.

— Вы не нервничайте. Мы просто разговариваем. Так почему? Опять положено? Что-то я о таком не слышал, чтобы родители женщины не принимали участие в подборе жениха.

— Мои родители будет принимать участие, только не в подборе, а в одобрении. Так положено. Моя мать хорошая сваха и она верит в любовь.

— Да ты глянь, — усмехнулся мужик в кителе. — Уже и легенда готова.

— Еще один подобный выпад, и этот разговор будет окончен, — строго сказал Истислав. — Мы до сих пор здесь, только потому что можем помочь следствию в качестве свидетелей, и хорошо бы вам четко это уяснить.

— У нас есть все доказательства, Истислав Владимирович. Вот они, — постучал следователь пальцем по скриншотам. — И мы имеем полное право задержать Милославу Васильевну для проведения дальнейших мероприятий.

Глаза опять заплыли. Они шутят?.. Причем здесь я и моя семья?

— Этого недостаточно для задержания, — отрезал адвокат и глянул в свою папку. — Насколько мне известно, со дня написания блога, до дня его удаления прошло трое суток.

— Именно. Как раз после того, как состоялось “семейное собрание”. Кстати, по какому поводу, не расскажете?

— Можно не отвечать.

Я поджала губы и отвернулась. Семейное собрание?.. Это когда братья приехали защищать меня от маминых нападок из-за сарафана? Ну да. Как раз был день матча, пятое декабря, Третьяк их позвал. Неужели, они проработали не только нас с матерью, а всю семью, просто оснований для задержания не нашлось? Маму отпустили, уже хорошо, но у меня, видимо, все не так радужно.

Я задрала голову и уставилась на следователя.

— Ключи…

— Простите?

— У отца пропали ключи… Как раз после прихода той свахи.

— Вот как. Кто-нибудь еще может это подтвердить? Слесарь? Вы меняли замок?

— Мой отец первоклассный столяр, неужели вы думаете, мы бы стали звонить слесарю?..

— Ну да, ну да. Замок, значит, поменяли?

— Поменяли.

— Не знаете, в каком магазине был куплен новый?

Адвокат поднял руку.

— Мы не сомневаемся, что следствие разберется, — сказал он. — А теперь мы бы предпочли откланяться.

— Придется задержаться. Хотя вы, в принципе, можете быть свободны, — улыбнулся старший адвокату.

Меня затрясло.

— Милослава Васильевна, — хлопнул меня адвокат по плечу и встал. — Я на минуту, сделаю звонок и вернусь. Хорошо? — показал он мне “рот на замок”.

Я кивнула, опустила голову и уставилась на край стола.

Они ничего не докажут. У них на меня ничего нет, я студентка на стипендии, с олимпиадными грандами, никто в жизни не поверит, что я способна на… Я прыснула, прикрыла рот рукой и засмеялась. На участие в ОПГ! Святые боги, неужели это все взаправду?! Конечно, вот нас и не ограбили, потому что дома Дедушка всегда с камерой наготове!

— Что вас так рассмешило, могу я узнать? — посмеиваясь уточнял следователь.

Я сомкнула губы и замерла, по лбу на нос скатилась капля. Черта с два они от меня еще хоть что-нибудь услышат. Идиоты. Нашли кого подозревать! Мать уже наверное поседела… Новость за новостью, и одна круче другой.

Адвокат вернулся и одновременно с ним на столе зазвонил стационарный телефон.

— Вот значит как, — сказал следователь.